Были чистые стали грязные

Хроническая болезнь

Еще восемь лет назад «Казправда» поднимала проблему промышленного загрязнения рек и водоемов Восточного Казахстана («Поджать хвосты, или Насытились до отвала», 28 мая 2018 года). Напомним: в регионе, где регулярно фиксируют загрязнение рек промотходами, в том числе высокое и даже экстремальное, отсутствовали утвержденные современные технологии и госпрограммы для ликвидации всевозможных стоков, сбросов, просачиваний, дренажей.

Глава государства Касым-Жомарт Токаев не раз подчеркивал стратегичес­кое значение водных ресурсов. В новом Основном законе ответственность перед будущими поколениями закреплена в Преамбуле, а ст. 37 прямо гласит: государство ставит своей целью охрану окружающей среды. «Казправда» решила выяснить, что за восемь лет сделали на востоке страны, чтобы сохранить водное богатство Казахстанского Алтая.

Вот всего несколько фактов, которые говорят сами за себя.

Глубоковский район: в августе экологи оштрафовали горно-металлургическую компанию «Востокцветмет» за ненадлежащую организацию работ по ликвидации рудника отработанного Юбилейно-Снегирихинского месторождения. Из закрытых шахт, которые в теории не должны влиять на окружающую среду, полилось так, что местная таежная речка Карагужиха окрасилась в апельсиновый цвет. Загрязнение выявили также на рельефе и в воздухе. Экологи выдали компании строгое предписание. Похожее строгое предписание по ликвидации стоков и строительству очистных сооружений «Востокцветмету» выдавали и в 2024-м, когда в Карагужихе нашли превышение предельно допустимых концентраций тяжелых металлов в 83 тыс. раз. И плюс до этого – во время 15-летней эксплуатации «Снегирихи», вплоть до 2017 года…

Усть-Каменогорск: в 2024-м экологи оштрафовали АО «Ульбинский металлургический завод» за превышение нормативов сбросов с промышленно-ливневой канализации в реку Ульбу. В похожем нарушении предприятие уличили в 2021-м, когда в сбросах в Ульбу нашли превышения по ионам хлоридов, сульфатам, кальцию, магнию. И в 2019-м, когда Ульбинский металлургический завод нахимичил с отчетами, разместив на хвостохранилище свыше 7 тыс. тонн опасных отходов. К слову, хвостохранилище УМЗ, в том числе с жидкими и твердыми радиоактивными отходами, расположено примерно в 900 м от водоохранной зоны Ульбы.

Еще факты. В Риддере минувшей зимой был обнаружен ручей, стекающий по рельефу с хвостохранилища Риддерского горно-обогатительного комплекса. До этого в 2024 году были выявлены многочисленные изливы в Ульбу с очистных сооружений РГОКа. В 2023-м из-за порыва пульпопровода молочный цвет приобрел приток Ульбы – речка Филипповка, в 2021-м превышения по марганцу и тяжелым металлам от 5 до 144 раз нашли в промстоках в Бухтарму…

Список можно продолжать. Для сведения: Карагужиха – приток Убы, Филипповка – приток Ульбы. В свою очередь, Уба, Ульба, Бухтарма – притоки Иртыша, а Иртыш – водное «наше все». Главная река страны питает водозаборы городов и сел, является основой гидроэнергетики, служит стратегическим водным путем от Китая до России...

Каждый раз, когда по итогам проверок предприятиям выдают предписания и накладывают штрафы, складывается­ впечатление, что промышленным гигантам, мягко говоря, не страшно. Например, несмотря на то что в рудничных стоках, окрасивших Карагужиху в ярко-оранжевый цвет, выявили превышение по нитритам, нитратам, сульфатам, аммонию и марганцу от 2,5 до 44 раз, «Востокцветмету» предъявили штрафы в целом на сумму чуть больше 120 млн тенге. Компания, воспользовавшись правом добровольной оплаты в половинном размере, в авгус­те заплатила примерно 9 млн тенге. Остаток около 50 млн тенге она может заплатить до 20 сентября. Стоит ли вообще удивляться,­ что загрязнение рек Восточного Казахстана имеет характер хронического заболевания?

– Непосредственно в Ульбу осуществляют сброс предприятия первой категории воздействия – металлургические комбинаты и две теплоэлектроцентрали, – пояснил руководитель областного департамента экологии Асет Сулейменов. – В притоки Ульбы сбросы ведут горно-обогатительные предприятия и Риддерская ТЭЦ.

Никаких рисков?

Примерно 15 лет назад наука привела показательные цифры: из 20 млн тонн горной массы, ежегодно перерабатывае­мой в стране, только 4% превращается в продукцию. Почти треть полезных компонентов отправляется в отходы или стоки.

В свое время Восточно-Казахстанское областное территориальное управление охраны окружающей среды (сегодня облдепартамент экологии) обнародовало шокирующие данные: в 2000 году масса отходов горно-металлургического комплекса области составила 1,42 млрд тонны, через год цифра выросла до 1,44 млрд тонн! «В том числе 1,4 тыс. тонн относятся к первому классу опас­ности, – значилось в отчете экологов. – Переработка не ведется, за исключением металлургических кеков на «Казцинке». Методы утилизации токсичных отходов цветной металлургии и горнодобывающей промышленности сводятся к складированию и захоронению в окружающей среде, что ведет к загрязнению».

Вот еще один показатель, которым ведомство поделилось в 2001 году: общий объем сточных вод составил 260 млн кубов, масса сброшенных загрязняющих веществ – 107 тыс. тонн. И речь ведь не о безобидном иле из песка или глины. Например, на Ульбинском металлургическом заводе, помимо бериллиевого и танталового подразделений, действует урановый завод плюс производство «таблеток» и тепловыделяющих сборок с урановой «начинкой». Что может попасть в Ульбу через выпуски промышленно-ливневой канализации этого предприятия?

На сегодня в открытом доступе нет статистики по общим объемам загрязняющих стоков в водоемы Восточного Казахстана. Косвенно представление дают данные Казгидромета за 2025 – первое полугодие 2026 года, согласно которым четыре реки (Тихая, Ульба, Глубочанка, Красноярка) остаются среди самых загрязненных рек страны, у них шестой класс. Иртыш и Уба отнесены к четвертому классу, то есть являются загрязненными. В Ульбе с начала года зафиксированы десятки случаев превышения содержания цветных металлов, в Иртыше – четыре таких случая.

На вопрос «Казправды», какими технологиями располагает регион для снижения промзагрязнения, руководитель облдепартамента экологии Асет Сулейменов ответил: «Рассмотрение и предос­тавление информации по указанному вопросу не входят в компетенцию департамента». Что называется, приехали.

Руководитель аппарата администрации НАК «Казатомпром» Газиз Кошкар­баев на запрос о сбросах в Ульбу заверил: регулярного превышения нормативов на выпусках АО «УМЗ» не установлено, сброса опасных отходов в реку нет. «Сброс очищенных сточных вод осуществляется­ при наличии всех необходимых разрешительных документов, – значится в официальном ответе руководителя аппарата администрации НАК. – Качество очистки постоянно контролируется лабораторией предприятия и соответствует нормативам, установленным экологичес­ким законодательством РК».

Полгода назад, когда «Казправда» подняла проблему многолетнего размещения радиоактивных отходов УМЗ в черте Усть-Каменогорска («В двух остановках от беды», 31 марта 2026 года), в НАКе также заявили: у завода полный порядок с бумагами, значит, рисков для города нет.

Действительно ли нет рисков? В 2009 году на востоке страны взялись за проект «Восстановление окружающей среды города Усть-Каменогорска» стои­мостью примерно 70 млн долларов. Правительство специально пошло на то, чтобы часть средств (35% от суммы) взять взаймы в Международном банке реконструкции и развития, лишь бы предотвратить загрязнение подземных вод стоками с отвалов и хвостохранилищ. Экологи предупреждали, что подземная линза из кислот, цветных металлов, радионуклидов, нитратов и прочей химии может продвигаться к источникам питьевой воды и Иртышу. В 2015-м проект завершился, но опас­нейший отвал № 6 УМЗ с отходами обогащения уранового производства никуда не делся. Вместе с действующим хвостовым хозяйством предприятия эти объекты остались, по сути, минами замедленного действия.

Размытая ответственность

Справедливости ради надо сказать, что некоторые усилия по снижению влияния вредных выбросов на реки ВКО все-таки предпринимаются. В Риддере больше десяти лет действуют системы для перехвата и очистки стоков с рудничных отвалов, с десяти до двух сокращено количество водовыпусков. В Усть-Каменогорске титано-магниевый комбинат, сбрасывающий стоки в Ульбу, разработал проект модернизации своих очистных сооружений. Тем не менее факт остается фактом: Казгидромет ежемесячно фиксирует в главных водных артериях области и их притоках превышения по цветным металлам, марганцу, кадмию и т. д.

Мы ознакомились с природоохранным законодательством. В Экологическом кодексе водным ресурсам посвящен отдельный раздел 15, включающий десять статей. Здесь прописаны все нюансы, вплоть до температуры, разрешенной при сбросе промстоков. В Водном кодексе статьи № 75, 76, 79, 83, 85 содержат требования по защите вод от загрязнения, засорения и истощения. В Уголовном кодексе в ст. 328 расписаны варианты наказаний, вплоть до реального лишения свободы на срок до 7 лет за загрязнение или истощение вод.

Казалось бы, у экологов в руках все правовые рычаги, чтобы выполнить норму Конституции. Вместе с тем, хотя водному богатству края регулярно наносится колоссальный ущерб, пока не слышно ни об одном уголовном деле в отношении индустриальных гигантов. Об «эффективности» штрафов уже сказано выше. Более того, идеология новой Конституции – «государство для человека», но тот же Ульбинский металлургический завод спокойно получил от Минэкологии и Минэнергии добро на дальнейшее размещение радиоактивной грязи на могильнике в черте областного центра! Какую среду оставит потомкам этот металлургический комбинат?! На чьи плечи лягут расходы, когда рано или поздно ради безопасности населения и Иртыша придется убирать подземную линзу, зараженную цветными металлами и радионуклидами?

Остается надеяться, что в природоохранных ведомствах все-таки проявят волю и откажутся от застарелой парадигмы «человек для государства». Наука уже сейчас готова предложить современные решения очистки промстоков: мембраны и фильтры из новых материа­лов, комплексы многобарьерной защиты, цифровые системы мониторинга и анализа. Люди и природа не обязаны нести риски только из-за того, что вынуждены соседствовать с промышленными предприятиями.