Довели до петли

В Жамбылской области впервые дошло до суда дело о доведении до самоубийства несовершеннолетнего

На скамье подсудимых один взрослый и двое школьников. Погибший долгое время подвергался буллингу и находился в трудовом рабстве вместе с друзьями. Их заставляли строить дом односельчанину.

Поскольку еще не вынесен приговор суда, все имена несовершеннолетних в материале заменены на вымышленные.

Трагедия случилась еще в апреле этого года в селе Тастобе Жамбылского района. Когда 15-летний девятиклассник Иманбек свел счеты с жизнью, дело хотели прикрыть. Вроде бы был и повод для этого: несчастная любовь, прощальное письмо… Полиция согласилась с администрацией школы. Но решающую роль сыграла принципиальность прокуроров, которые решили копнуть глубже.

Тот страшный день мама мальчика описала полицейским посекундно. Рано утром она как обычно всех накормила и проводила в школу и на работу. При этом она обратила внимание, что Иманбек в последнее время ходил подавленный. Она поинтересовалась, где он пропадает по вечерам, и попросила не ходить поздно. Мальчик отвечал, что в школе скоро выпускной, поэтому он и еще несколько одноклассников репетируют пос­ле занятий вальс для последнего звонка.

Утром между ними состоялся очередной разговор, а в обед случилась трагедия. Все были дома. Даже отец приехал на обед. Позвав всех к столу, мать не нашла младшего сына, по­этому написала ему в мессенджер. Но ответа не получила.

Тогда она решила поискать его, заглянула в сарай... От ужаса она закричала. На крик прибежали домочадцы. Отец сам доставал сына из петли. Старший брат вызвал скорую помощь. Но было уже поздно…

Негласные следственные действия показали, что в селе действовала жесткая система дедовщины с продуманной иерархией. Старшие школьники назначали “смотрящих” за школой, давали поручения, обучали преступному сленгу, устраивали сходки на окраине села. На этих встречах подросткам устраивали разборы и наказывали их. Чаще всего избивали. Тех, кто не приходил на сходки, ловили в школе или на улице и тоже применяли силу.

Руководил этой бандой, по словам школьников, 22-летний Ш. А. А помогал ему его брат, десятиклассник Даурен. Пос­ле смерти Иманбека школьники рассказали, что старшеклассники собирали учащихся 8-9-х классов на окраине села каждую среду и субботу, где предъявляли им обвинения по разным поводам и в качестве наказания били.

- Нам задавали такие вопросы, например, что такое “сход”, “мазя”, “интерес”, “кругозор”. За то, что не знали, снова били и приказывали знать назубок. Потом давали деньги и отправляли в магазин за напитками и едой. Сейчас школу “держит” одиннадцатиклассник Сергазы. Помогает ему десятиклассник Динмухамед. На сходе сильнее всех младшеклассников бьют одиннадцатиклассники Сергазы и Асылжан, а также десятиклассники Динмухамед, Ерсаин и Даурен, - рассказали школьники.

Они также говорили, что боятся очных ставок, потому что подвергались давлению со стороны старшаков.

Как-то раз старшеклассники собрали учеников 8-10-х классов и заявили, что нужно помочь Ш. по хозяйству. На деле подростков больше года заставляли строить ему дом. Школьники, в том числе Иманбек, ежедневно с 20.00 до 02.00 работали на односельчанина, а взрослые, знавшие об этом, молчали.

В прошлом году с весны до зимы учащиеся выполняли всю хозяйственную работу у Ш. К зиме уже были подняты стены и перекрыта кровля. В феврале этого года работы возобновились. Десятиклассники проводили кровельные работы, в качестве разнорабочих выступали учащиеся восьмых и девятых классов. Пару раз Иманбека забирал его брат Жаксыбек. А когда Иманбек отпрашивался у Ш., говоря, что его зовет мама, тот не отпускал и говорил: “Мать твою притащу, и будете у меня вместе пахать!”

- Если мы не ходили на стройку, Ш. избивал одиннадцатиклассников. Те в свою очередь не давали нам прохода в школе и тоже били. На стройку мы ходили из страха, - говорили школьники.

Весной прошлого года восьмиклассники (ныне девятиклассники) пожаловались классному руководителю Гулбаршин ТАМАБАЕВОЙ. В школе провели собрание, но ограничились угрозами, и на время каникул батрачество прекратилось, но с началом нового учебного года возобновилось. Подростков снова стали привлекать к работам, а за малейшую провинность наказывать, унижая и называя терпилами. У многих забирали телефоны на период стройки. Усугубляло ситуацию то, что мать Ш. и Даурена работала в местной школе и каждый раз, когда подростки приходили батрачить, сама предупреждала их: “Только тихо, чтобы никто не услышал!”

Директор сельской средней школы имени Акима Тарази Самат МЫНЖАСАРОВ назначен недавно, а его заместитель Ержан БАЙМУРЗАЕВ работает там с 2001 года. По словам детей, оба знали о происходящем. Был в курсе и участковый инспектор Олжас МИРЗАХАНОВ, который тоже недавно приступил к службе в селе. Тем не менее все согласились с версией следствия о том, что школьник добровольно ушел из жизни.

А виноватой в этой истории сделали школьного психолога Акботу ПАНТАЕВУ. Ее уволили. Полицейские ограничились выговорами и ротацией, директор и заместитель временно были отстранены, но с началом нового учебного года вернулись к работе.

Эта история стала известна благодаря прокурорам, которые впервые огласили ее на координационном совете под председательством акима Жамбылской области Ербола КАРАШУКЕЕВА, где обсуждались причины суицидов, участившихся среди несовершеннолетних.

- Следствие показывает: за трагедиями часто стоят домашние конфликты, несчастная любовь или долги из-за азартных игр. Но есть и жуткая история, когда ровесники превратили жизнь школьника в ад, систематически запугивая и принуж­дая к труду. По результатам расследования уголовное дело в отношении трех лиц направлено в суд, - сказал тогда еще прокурор Жамбылской области, ныне ректор Академии правоохранительных органов при Генеральной прокуратуре Нургалым АБДИРОВ.

В сентябре дело было передано в суд. Обвинения в доведении до самоубийства (по части 3 статьи 105 Уголовного кодекса) предъявлены Ш. А., а также 17-летнему одиннадцатикласснику Сергазы, который “держал” школу, и 16-летнему “смотрящему” десятикласснику Ерсаину. Все трое находятся под стражей. Санкция данной статьи предусматривает лишение свободы от пяти до девяти лет.

Айжан АУЕЛБЕКОВА, Тараз