Дроны, авианалеты, парапланы. Как хунта Мьянмы с помощью Китая отвоевывает города у повстанцев

В прошлом году после нескольких месяцев тяжелых боев повстанцы взяли город Чаукме на главном шоссе, ведущем из Мьянмы в Китай. Сейчас, в октябре, армия вернула его за три недели.

Повороты в судьбе этого городка на холмах северной Мьянмы отражают перемену в ходе четырехлетней гражданской войны: армия хунты разворачивает ситуацию в свою пользу.

Чаукме расположен на Азиатском маршруте (шоссе) 14 (AH14) — трассе, которая соединяет Мьянму, юго-западный Китай и Вьетнам. Когда его заняла Национально-освободительная армия Таана (НОАТ), многие восприняли это как ключевую победу оппозиции. Тогда казалось, что боевой дух военной хунты, захватившей власть в 2021 году, рушится.

Большая часть Чаукме лежит в руинах. Пока город был в руках НОАТ, авиация хунты ежедневно бомбила его 200-килограммовыми бомбами, а артиллерия и дроны били по позициям повстанцев вокруг города. Большая часть населения бежала — но сейчас, после взятия города армией хунты, начинает возвращаться.

Пресс-секретарь НОАТ Та Пхан Ла в октябре сказал Би-би-си, что у армии появилось много новых солдат, новое тяжелое вооружение и новые средства для ударов с воздуха, но повстанцы сделают все, чтобы отстоять следующий городок на маршруте 14, Сипо.

Вскоре пал и Сипо, последний из городов, взятых НОАТ в прошлом году, и хунта таким образом вернула контроль над дорогой, ведущей в Китай.

Армия Мьянмы добилась этих успехов благодаря помощи Китая, который решил поддержать хунту в ее намерении провести в декабре выборы.

Военные сейчас стараются отвоевать как можно больше территории именно для того, чтобы организовать там выборы. И у них получается, поскольку они извлекли уроки из прошлых ошибок и обзавелись новыми средствами войны.

Вначале у повстанцев было преимущество, в частности, за счет применения недорогих дронов. Сейчас хунта сама закупила тысячи дронов в Китае и обучила солдат, как их применять.

Кроме того, армия начала бомбить противника с мотопарапланов. Это — в дополнение к непрекращающимся «традиционным» бомбовым ударам с самолетов, полученных от Китая и России.

Вооруженная оппозиция же страдает разобщенностью. Она состоит из отрядов ополченцев из числа сельских жителей и оппозиционеров, бежавших из больших городов, а также из повстанческих группировок нацменьшинств, которые закалены в боях, поскольку воюют с центральными властями уже десятки лет.

Они все преследуют разные цели, у них нет единого руководства, они не признают правительство национального единства, сформированное оппозицией после переворота 2021 года, а группировки нацменьшинств к тому же не доверяют представителям основного народа Мьянмы (Бирмы), собственно бирманцам.

В октябре 2023 года так называемый «Братский альянс» — союз трех группировок нацменьшинств из северного штата Шан — пошел в наступление. Повстанцы назвали это «Операцией 1027».

К тому моменту вооруженное сопротивление хунте в большей части страны продолжалось уже два года, но без особых результатов. «Операция 1027» стала поворотным пунктом.

Три группировки альянса — Национально-освободительная армия Таана, Араканская армия и армия Национального демократического альянса Мьянмы — тщательно подготовили наступление, накопив большое количество дронов и тяжелой артиллерии.

Они застали армию врасплох и в считанные недели захватили 180 военных баз и объектов, взяв под контроль большую часть штата Шан.

Другие отряды и группировки восприняли этот успех как сигнал к общему наступлению, и местные ополченцы в других регионах тоже начали атаковать деморализованных военных.

«Братский альянс» продвигался по шоссе AH 14 в сторону второго города Мьянмы, Мандалая, и уже пошли разговоры о том, что хунта вот-вот рухнет.

Но этого не случилось.

По мнению эксперта по Мьянме из британского Международного института стратегических исследований Моргана Майклса, авторы этих прогнозов переоценили два фактора.

«Эти три повстанческие группировки штата Шан сотрудничали уже давно. Когда другие группировки в 2023 году увидели, что эти три добиваются успеха, они тоже синхронизировали свои атаки, но это было ложно истолковано как некое единое движение всей оппозиции к победе», — объясняет Майклс.

«А второе ложное истолкование касалось боевого духа армии. Он упал, да, но не настолько, чтобы рухнула вся командная структура», — продолжает эксперт.

Чтобы восполнить потери, хунта в конце 2023 года объявила призыв. Тысячи молодых бирманцев скрылись от него или бежали за границу, но армии все же удалось набрать больше 60 тысяч рекрутов.

Эта живая сила, а также активное применение дронов позволили армии развернуть ход войны.

Тем временем, как отмечает Су Мун, эксперт по военному применению дронов из американского центра военной аналитики Acled, Китай усилил охрану границы и запретил вывоз продукции двойного назначения, и это сильно осложнило повстанцам закупку дронов или комплектующих для них.

К тому же армия, по словам Су Мун, обзавелась хорошими средствами радиоэлектронной борьбы.

Перед армией хунты сейчас отступает не только НОАТ.

В апреле другая группировка из «Братского альянса», Армия Национального демократического альянса Мьянмы (АНДАМ), под давлением Китая ушла из города Лашо на севере штата Шан, где у нее была штаб-квартира, а недавно согласилась вообще прекратить боевые действия против хунты.

Самая сильная в военном отношении группировка в штате Шан, Объединенная армия штата Ва, тоже поддалась давлению Китая и прекратила снабжать оружием и боеприпасами других повстанцев.

Эти группировки действуют близ китайской границы, и им жизненно необходим доступ в Китай. Поэтому китайским властям было достаточно закрыть границу и задержать нескольких лидеров этих группировок, чтобы заставить их подчиниться требованиям Пекина.

Южнее Шана, в штате Карен, хунта вернула контроль над дорогой ко второму по важности пограничному переходу — на границе с Таиландом.

Полтора года назад военные базы на этой дороге захватил повстанческий Национальный союз Карена. Сейчас он объясняет свое поражение наличием у армии свежей живой силы и большого количества дронов, а также предательством со стороны других повстанческих группировок штата.

В соседнем штате Кая, большую часть которого коалиция повстанческих отрядов контролирует уже два года, армия в августе взяла городок Димосо. Кроме того, она продвигается в северном штате Качин и в районах Сагайна и Мандалая в центре страны.

В то же время во многих регионах дела у хунты идут не так успешно. Повстанцы по-прежнему контролируют большую часть штатов Ракхайн (или Аракан) и Чин, успешно отбивая атаки армии и местами даже тесня ее.

Впрочем, как считает Морган Майклс, армия просто концентрирует силы на стратегически важных направлениях и районах — главных торговых путях, а также городах, где хунта хочет организовать выборы.

Сейчас хунта заявляет, что не сможет провести голосование в 56 из 330 городских поселений Мьянмы. Оппозиция говорит, что их намного больше.

«Китай — против анархии»

Китай имел большое влияние на группировки нацменьшинств, действующих у его границы, и два года назад мог бы предотвратить их «Операцию 1027». Но он этого не сделал, и это почти наверняка связано с тем, что Пекин был крайне недоволен центрами телефонного мошенничества и кибермошенничества, расплодившимися под крылом кланов-союзников хунты.

Между тем повстанческий «Братский альянс» обещал первым делом закрыть эти центры.

Но сейчас Китай полностью поддерживает хунту. Пекин обещает ей техническую и финансовую помощь в проведении выборов, а Си Цзиньпин в этом году дважды встречался с главой хунты, генералом Мин Аун Хлайном. И это несмотря на то, что Китай был недоволен переворотом 2021 года и его разрушительными последствиями.

Китай рассматривает Мьянму как свои ворота в Южную Азию и выход к Индийскому океану, а также как коридор поставок нефти и газа в его юго-западные регионы. Многие китайские компании инвестировали в Мьянме большие средства.

«Китай — против анархии и войны в Мьянме», — заявил в августе министр иностранных дел Китая Ван И.

«Политика Пекина заключается в том, чтобы не допустить краха государства, — объясняет Морган Майклс. — У него нет особо теплых чувств к этому военному режиму, но когда он увидел, что тот может зашататься и пасть, он решил, что это будет равнозначно краху государства, и вмешался».

Но остановить гражданскую войну в Мьянме будет сложно даже Китаю. Хунта принесла людям Мьянмы столько страданий и разрушений, что ненависть к этим генералам, возможно, будет передаваться из поколения в поколение.

Это сокращенный перевод статьи корреспондента Би-би-си. Оригинал на английском языке — здесь.