Голос народа, его память и дыхание

Когда я смотрю на домбру, вижу не только музыкальный инструмент. Я вижу деревянный ковш, которым словно зачерпнули всю историю нашего народа. В изгибах домбры и ее чарующих звуках – бескрайняя степь, в тонком грифе – дорога кочевника, в двух струнах – радость и горечь, победы и потери, любовь и разлука. Как говорит культуролог, старший эксперт Казахстанского института общественного развития (КИОР) Айдана Кулманова, я не единственная, у кого возникают такие ассоциации.

– Домбра давно перестала быть просто инструментом – она стала голосом народа, его памятью и дыханием. Есть инструменты, на которых играют. А есть те, которыми говорят. Домбра говорит. И каждый, кто хочет ее услышать, обязательно поймет, о чем поет домб­ра, – делится моя собеседница.

До появления письменности у степных народов домбра служила летописью. Кюй – инструментальная пьеса, не просто мелодия, а рассказ без слов: о батыре, вставшем на защиту рода; о хане, оплакивающем сына; о всаднике, скачущем сквозь буран. Через звучание струн из поколения в поколение передавалось то, что не вмещалось на бумаге – интонация подвига, тембр горя, ритм победы. Домбра мчалась с казахом в седле, ночевала у костра, провожала в последний путь. Она была не предметом, а спутником – мудрым свидетелем всей жизни степи.

Сквозь века, смену ханов и империй, войны и перекочевки, голод и торжества шел по Великой степи домбрист. За его плечами не было ни богатства, ни власти – лишь домбра, в которой звучала судьба народа. Пока рушились государства и менялись правители, она стала тем, что невозможно потерять.

Именно этот глубокий смысловой пласт и зафиксировало меж­дународное сообщество, когда в 2014 году на 9-й сессии Межправительственного комитета ЮНЕСКО казахское традиционное искусство исполнения кюя на домбре было официально включено в Репрезентативный список нематериального культурного наследия человечества. Исключительная заслуга в подготовке, научном обосновании и формировании номинационного пакета принадлежит выдающемуся казахстанскому музыковеду, профессору Саиде Елемановой. Казахстан тогда шел к этому признанию не с пустыми руками – в 2011 году страна ратифицировала Конвенцию ЮНЕСКО 2003 года об охране нематериального культурного наследия, приняв на себя обязательства по системному выявлению, документированию и сохранению живых культурных традиций.

– Домбровый кюй представляет собой сложную знаковую сис­тему и форму синкретического повествования, реализуемую посредством музыкального ритма и уникальной тембральной специфики двухструнного инструмента. В казахской традиционной культуре кюй функционирует как подлинный медиум исторической памяти, транслирующий мифологические пласты, космогонические представления, философско-мировоззренческие устои кочевой цивилизации и художественную рефлексию природного ландшафта. Музыкальное наследие структурировано вокруг двух фундаментальных исполнительских методов: төкпе – экспрессивный, динамичный стиль, исторически преобладающий в Западном Казахстане, и шертпе – утонченный, щипковый стиль, характерный для центрального, южного и восточного регионов, – рассказывает Айдана Кулманова.

По ее словам, современный ландшафт домбрового искусства дифференцирован на локальные исполнительские школы, каждая из которых обладает специфическим репертуаром и стилис­тикой. Западно-Казахстанская школа хранит бессмертные кюи Курмангазы, Даулеткерея, Дины Нурпеисовой. Мангистауская – так называемый адайский кюй, заложенный такими домбристами, как Ускинбай и Абыл. Центральный Казахстан – это Таттимбет и Итаяк, Восточный Казахстан – Ашим и Кетбука.

При поддержке Министерства культуры и информации КИОР в течение двух лет проводил масштабное комплексное исследование текущего состояния, рисков и механизмов трансляции нематериального культурного наследия, в том числе исполнительского искусства домбрового кюя. В 2024 году эксперты института выехали в 10 регионов Казахстана, в 2025-м охватили еще 6 областей. В состав исследовательской группы в качестве ведущих научных консультантов были привлечены ученый Ардаби Маулет и профессор Саида Елеманова – автор исторического номинационного пакета ЮНЕСКО.

По результатам полевых выездов во всех исследованных регионах были четко дифференцированы три базовых канала трансляции домбрового искусства.

Первый и самый устойчивый – семейная преемственность, инс­титут традиционного наставничества по модели «ұстаз – шәкірт». В Мангистауской области исследование подтвердило высокую жизнеспособность исторической школы адайского кюя: зафиксирована непрерывная преемственность от основоположников – Абыла, Есира, Картбая, Кулшара, Байшагыра, Шамгула, Оскинбая, Мурата – к современным носителям, среди которых Сержан Шакурат, Айтберген Жанбыршы, Роза Айдарбаева и Азирбай Оскинбаев. В Актюбинской области ключевыми трансляторами живой традиции выступают Жумабай Жансугуров, Дуйсенбай Ешмуханов, Талап Хамзин, Жайлау Асылханов и Балымбет Кузембаев.

Второй канал – институциональная система образования. В Туркестанской области зафиксирована самая плотная сеть профильных школ искусств. Ведущими педагогами выступают Иманали Сайманов, Шынгыс Исаев, Дуйсекбай Сенбек и Алимбек Конысбеков. В Жамбылской области активно функционируют творческие кружки при районных домах культуры, среди которых исследователи особо выделили образцовый кружок «Акберен» под руководством Дидара Апбасова.

Третий канал – общественные и региональные инициативы. Локальные исполнители-энтузиасты проводят открытые лектории и мастер-классы, успешно адаптируя аутентичные приемы игры к урбанизированной среде. Важнейшим фактором сохранения интереса молодежи к наследию остаются детско-юношеские ансамбли при районных домах культуры.

Однако, говорит Айдана Кулманова, вместе с тем КИОР зафиксировал и тревожные тенденции. Чрезмерная академизация исполнительства в современных учебных заведениях приводит к жесткой стандартизации репертуара. Это вытесняет импровизационную свободу традиционных кюйши и постепенно стирает уникальные региональные приемы штриха – төпелеу и шертпе в их первозданном виде, а также специфические народные настройки инструмента.

В нынешнем году институт планирует комплексную этнографическую экспедицию в три города республиканского значения – Астану, Алматы и Шымкент. Согласно прогнозным гипотезам исследователей, механизмы трансляции нематериального культурного наследия в крупных урбанизированных центрах принципиально отличаются от сельских регионов.

Между тем домбра уже давно вышла за пределы концертных залов и этнографических экспедиций. Интеграция традиционного кюя в повседневный звуковой ландшафт вывела нематериальное культурное наследие из плоскости музейных экспонатов, превратив его в функциональный элемент современной урбанистической среды. В международных аэропортах Казахстана мягкие, атмосферные композиции в стиле шертпе уже служат официальной звуковой визитной карточкой страны. Динамичные и экспрессивные кюи внедрены в практику многих университетов, колледжей и передовых школ в качестве сигналов начала и окончания занятий.

– Домбра – не аксессуар культуры, она сама и есть культура. Это не консервация прошлого – это прививка идентичности новому поколению, чтобы казах, выросший среди смартфонов и стриминга, все равно узнавал в двух струнах голос своих предков, – убеждена Айдана Кулманова.

Именно поэтому решение учредить День домбры общенациональным праздником – не формальность и не дань моде на традиции. Праздник был учрежден указом в 2018 году, но по-настоящему живым его сделала последовательная позиция Президента Касым-Жомарта Токаева: именно он назвал домбру священной, предложил ввести уроки игры на ней в школах, открыл в столице памятник великой кюйши Дине Нурпеисовой. Год за годом в Национальный день домбры он напоминает соотечественникам – это не просто музыкальный инструмент, а дос­тояние, которое нужно беречь, как берегут родной язык.

Когда в первое воскресенье июля тысячи домбристов на площадях одновременно берут один и тот же кюй – это не концерт. Это акт коллективной памяти, момент, когда нация слышит сама себя. Дети, рожденные в этот день, получают домбру в подарок еще в роддоме – как будто вместе со свидетельством о рождении им выдают пропуск в общее прошлое и общее будущее.

На недавнем историческом заседании, посвященном закрытию сессии Парламента, Президент Касым-Жомарт Токаев вновь вернулся к этой теме, напомнив соотечественникам о грядущем празднике. «Как писал выдающийся поэт Кадыр Мырза Али, «Нағыз қазақ – домбыра». Действительно, прославляя домбру, мы возносим на пьедестал наше национальное искусство. Домбра, являющаяся нашей священной ценностью, призвана стать уникальным брендом, представляющим наш народ во всем мире», – сказал Президент.

– В этом жесте – вся суть замыс­ла: домбра должна звучать не в музее, а в каждом доме, передаваясь не по указу, а по любви, – соглашается Айдана Кулманова.

Несомненно, Национальный день домбры – это не просто демонстрация уникального культурного кода страны, но и реальное, практическое сохранение живого наследия на мировом уровне.

– Пока звучит домбра – жива степь, жив язык, жива память. И, кажется, именно в этом и заключается главная мудрость праздника: народ, который бережет свой инструмент, бережет самого себя, – заключает Айдана Кулманова.