Когда кругом адское пекло

– Что-то есть от птиц, – с улыбкой говорит второй пилот вертолета Ми-8 авиации акимата Восточно-Казахстанской области Владимир Ларионов. – Дым, горы, но экипажу иногда даже компас не нужен – просто знают, куда лететь.

Это сейчас Владимир Викторович может перевести дух, улыбнуться – на смену горячему сезону пришли осенние дожди. А все три летних месяца было не до юмора. С мая Восточный Казахстан плавился от жары: земля растрескалась, трава высохла в ломкую солому. С июня лесники и чеэсники, что называется, не смыкали глаз: очаги, с которыми первое время боролись в южных степных районах, стали подбираться к лесным уголкам. В июле после грозы дым заметили над хребтом Листвяга – в самом сердце Катон-Карагайского национального природного парка. Было решено поднять вертолеты.

– Местность дикая, – пояснил пилот. – Склоны гор обрывистые, под углом 70–80 градусов. Турис­тов не бывает, потому что не добраться. Когда мы доставили десант, не могли посадить вертолет – везде большие уклоны. Только одним колесом прикоснулись.

Жара, тлеющая хвоя под ногами, в воздухе – пепел. Крутизна такая, что сильные мужчины с тяжелым ранцевым опрыскивателем за плечами могли сорваться. Это в кино пожарные в экипировке, похожей на космические скафандры, эффектно бьют по огню из рукавов. В реальности в таежной местности, если можно проехать, водители стараются подогнать автоцистерны поближе к подножию гор. Ранцы у лесников и пожарных пустеют за минуты, против стихии у них остаются лопата и хлопушка.

Три года назад соцсети отреагировали на видеоролик с сотрудниками­ авиалесоохраны в минуту передышки: закопченные усталые лица, жадные глотки воды… Запомнился комментарий, где мама молодого десантника возмутилась тем, что мужчины работают в пекле с минимальным пайком. Кто-то возразил, что чеэсники в силу профессии должны прибыть в очаг экстренно, а значит, налегке. И чаще всего местная исполнительная власть подключается уже на следующий день: быстро решаются вопросы с питанием, водой, минимальными условиями для отдыха. Когда горит лес, главное – не мешать каждому заниматься своим делом.

– Мы выполнили восемь вылетов с водосливным устройством, – рассказал Владимир Викторович. – Сбросили в общей сложности 28 тонн. На местнос­ти много речек, но воду взять невозможно: либо узкое ущелье, либо мелководье с перекатами. Воду брали из озера Маральего в 30 километрах. Сделали четыре слива, дозаправились, до захода солнца еще четыре рейса успели сделать. К ночи мы остановили огонь, ситуация позволила людям отдохнуть.

Полеты с водосливным устройством – вызов даже для опытных пилотов. Озеро Маралье расположено на южном склоне Листвяги. Подвешенную на тросе матерчатую «бочку» с тремя-четырьмя тоннами воды несли, маневрируя между горами, с риском зацепить деревья или скалы. На высоте 2 тыс. м у винтов более низкая подъемная сила, «вертушке» сложнее зависать над акваторией и взлетать. В самом очаге из-за дыма была низкая видимость. Воду сбрасывали вдоль склона, целясь в эпицентр на скорости 120–130 км⁄час.

Наутро лесники и пожарные загасили тлеющие остатки. Площадь­, пройденная огнем, составила 3,7 га. Всего 3,7 га! Для труднодоступной хвойной тайги это стопроцентно успех – результат слаженности чеэсников, акимата и природоохранных служб.

В августе по тому же сценарию – после грозы – сразу в трех местах горел сосняк в отрогах Калбинского хребта в Асубулакском лесхозе. Раскаленная хвойная подстилка вспыхнула, как порох. Ветер стал раздувать пламя. Со стороны при виде огня, подбирающегося к соснам, казалось, что время замерло. Все службы сработали как идеально отлаженный механизм: на тушении задействовали сразу пять вертолетов МЧС с водосливными устройствами плюс «вертушки» областного акимата.

Небесные пожарные совершили 100 рейсов, сбросив в общей сложности почти 300 тонн воды. На земле работали больше 200 человек, 43 единицы техники – автоцистерны, тракторы, бензовозы, малые патрульные комплексы. В воображении при таких цифрах рисуется сплошная линия техники, щитом вставшая против стихии. Реально техничес­кая мощь по командам из штаба то и дело меняла дислокацию, чтобы оказаться там, где фронт огня. Как указало в своей сводке облуправ­ление природных ресурсов и регулирования природопользования, работа осложнялась переменчивым ветром, крутыми склонами, жарой, отсутствием подъездных путей...

Всего с начала пожароопасного сезона на востоке страны произошло порядка 35 пожаров, сгорело примерно 100 га леса. Эта цифра не окончательная. Например, в первые дни сентября вертолеты, пожарные авиалесоохраны и лесники ликвидировали пожар на территории Маркакольского лесхоза.

– Сейчас малую авиацию активно задействуют в борьбе с природными пожарами, – заключил пилот Владимир Ларионов. – Все, кто работают в воздухе и на земле, помогают спасать зеленое богатство.