Кто из пластика делает аккумуляторы и есть ли в Казахстане новое поколение учёных?

Постоянно находясь в информационном потоке, мы редко задумываемся о казахстанской науке. Для многих её либо просто не существует, либо она ассоциируется с людьми, которые уже давно на пенсии. Но если копнуть глубже, можно увидеть целое новое поколение молодых казахстанских исследователей. Они живут наукой, добиваются результатов и прославляют Казахстан в этой далёкой, но важной для каждого человека сфере. Кто эти молодые учёные, чем они занимаются и с какими трудностями сталкиваются, читайте в серии материалов от Orda.kz.

Мы расскажем три разных истории молодых казахстанских учёных, которые складываются в цельную картину того, чем сегодня живёт наука в Казахстане.

«Где нефтехимия, там и деньги»

Первый герой нашей серии материалов — молодой учёный Досым Ескожа, научный сотрудник, который занимается исследованиями в сфере литий-ионных аккумуляторов.

В лаборатории. Фото из личного архива Досыма Ескожи

В науку он пришёл не сразу. Сначала смотрел на свою будущую профессию очень прагматично и думал о нефтянке и деньгах, которые он сможет там заработать. Сейчас он вспоминает об этом с иронией и говорит, что это было очень детское восприятие мира. 

«Со школьных времён я думал, что буду как-то преследовать нефтяную карьеру, потому что считал: где нефть, там и деньги. Простая такая детская логика — наверное, очень провинциальная. Потом вырос и понял, что в химии можно заработать не только нефтью, и что нефтехимия — далеко не самая интересная часть химии в принципе»,вспоминает Досым. 

После учёбы в Казахстане и России и работы преподавателем он понял, что именно его тянет в науку. А туда попасть непросто, поэтому при первой же возможности он и согласился.

«По итогу четырёх лет в России я понял, что в науке у меня есть незакрытый гештальт и что я хочу в ней работать. Тем более мне предложили работу в „Назарбаев университете“, а это довольно редкая возможность. Я захотел посмотреть, как вообще дела в казахстанской науке, интересно ли мне будет. Спойлер: это оказалось очень-очень-очень интересным делом».

На вопрос о том, чем именно его работа полезна стране, Досым отшучивается и говорит, что учёных не всегда стоит спрашивать о пользе для общества в утилитарном смысле. Наука, на его взгляд, начинается не только с практического расчёта, но и с любопытства, с желания понять, как устроен мир.

«В академической среде даже ходит шутка, что исследователи удовлетворяют своё любопытство за счёт государственного бюджета».

«Делаем из пластика аккумуляторы»

Работа Досыма связана с переработкой пластиковых отходов, чтобы затем использовать их в батареях. Этим они занимаются целой командой.

«Научная программа, в которой я работаю, посвящена переработке пластиковых отходов в элементы систем энергохранения. Мы с командой берём пластик, либо отжигаем его, либо методом электропрядения получаем из него различные тонкие плёнки, чтобы потом использовать их в качестве сепаратора в батарейках. То есть мы пытаемся получать разные элементы аккумуляторов — аноды, катоды или сепараторы — из пластика». 

С командой. Фото из личного архива Досыма Ескожи

О своей команде молодых учёных он говорит с явной гордостью и привычной ему самоиронией:

«Всех и каждого из них электрохимии обучил я сам. Ладно, не буду — уже стало нашим локальным мемом то, что я постоянно хвастаюсь ими. Конечно, это неправда, потому что многому из того, что они знают, они обязаны сами себе. Но, в общем, молодцы ребята, самостоятельные, классные». 

В процессе работы. Фото предоставлено Досымом Ескожой Деньги на науке зарабатывают бизнесмены

Сегодня собственные разработки хоть и пользуются успехом, но коммерциализировать это выходит не самым быстрым способом. Тут, говорит Досым, нужны не учёные, а бизнесмены.

«Наука — это одно, коммерциализировать плоды науки — это другое. Всё же этим должны заниматься люди, которые больше думают о менеджменте, больше знают об экономике. Перед людьми науки такая задача тоже ставится, но решается она, как по мне, с очень разной эффективностью».

По его словам, у Казахстана есть и специалисты, и сырьё, и все основные ресурсы, чтобы занять заметное место в этой отрасли. Главный вопрос в другом: как всё это будет организовано и как заработает на практике. Интерес со стороны бизнеса к этой сфере уже тоже есть, но он скорее строится на расчёте, чем на энтузиазме.

«Бизнесмены действительно стараются с нами сотрудничать. Есть казахстанская промышленность, которая к нам обратилась и даже поддержала нас как софинансист: один процент того грантового бюджета, который мы должны были получить, оплатили они из своего кармана. Сказали, что им интересна эта работа. В скобках скажу, что делают они это ещё и для того, чтобы себе чуть снизить налоги или получить какие-то госдивиденды. Но всё же они приходили на наши презентации, слушали нас, интересовались». 

Почему молодому учёному бывает сложно?

Досым довольно критически говорит о том, как сегодня устроена казахстанская наука. Но будучи погружённым в неё, имеет на это право.

По его словам, наша система развивается очень неравномерно, и по-настоящему сильных площадок, где можно расти академически и строить карьеру, в стране немного. Дело не только в личных качествах молодых учёных, но и в самих условиях.

«Современная наука требует хорошего английского, доступа к закрытым научным базам, денег, оборудования, времени и постоянного общения с коллегами из других стран. Всё это вместе в Казахстане могут дать немногие организации».

Фото из личного архива Досыма Ескожи

«Наука — это очень-очень дорого. Она требует большого количества общения, работы очень большого количества людей над научным знанием. У нас плохо развита связь между региональными вузами, связь между вузами в принципе. Большинство студентов не может читать и работать на английском языке, а это совершенно необходимо».

Он отдельно подчёркивает, что люди часто просто не представляют, как реально устроена современная наука.

«Научный мир — это очень закрытый мир. Всем кажется, что научные знания в интернете. Нет, они не в интернете, они в закрытом доступе. И доступ к ним стоит очень больших денег. Обычно им владеют только очень богатые вузы, которые способны всё это оплатить».

Досым не скрывает, что жить наукой в Казахстане непросто. По его словам, более-менее устойчиво чувствовать себя могут в основном доктора наук, тогда как для остальных степеней зарплаты остаются низкими.

Путь к докторантуре и защите он тоже описывает как очень тяжёлый и рискованный. Для этого нужны публикации, участие в проектах, иногда собственные деньги, а главное — годы и возможность почти полностью уйти в исследовательскую работу. Не у всех, особенно в казахстанских условиях, есть на это ресурс. Тем более если у человека уже есть семья, дети и бытовые обязательства.

При этом совсем безнадёжной ситуацию он не считает. Молодые люди стали лучше понимать, как устроена наука и чего она требует от тех, кто хочет связать с ней свою жизнь.

«Из плюсов надо сказать, что молодёжь с появлением интернета и людей, которые говорят о науке, лучше понимает, что их ожидает, и уже готовит своё портфолио. Очень много тех, кто, уже будучи бакалавром, пытается работать в больших лабораториях. Подобные стремления не могут не радовать»,заключил Досым Ескожа. 

Молодые учёные. Фото предоставлено Досымом Ескожой

Работа Досыма и его команды может показаться очень узкой специализацией, и для науки это вполне естественно. Но именно из таких направлений и складывается большая исследовательская среда. Даже в самых нишевых областях Казахстану нужны свои специалисты, потому что без них невозможно выстраивать собственную научную и технологическую базу. 

В следующей истории мы расскажем, как молодые исследователи популяризируют науку в столичных барах и выводят её за пределы привычной академической среды.

Читайте также:

Антинаучные расходы: почему казахстанские нефтяники не тратят деньги на новые технологии? «Пенсионер может мыслить, как молодой»: есть ли преемственность в казахстанской науке? Что ударило по высшему образованию в Казахстане и почему у нас некому готовить учёных?