Кто такие доулы смерти и зачем к ним обращаются казахстанцы

Одни доулы сопровождают женщин во время беременности и родов, помогают им эмоционально, физически и информационно. Другие сопровождают человека в противоположный момент жизни – когда он понимает, что времени осталось немного. Они помогают справиться со страхом смерти, подготовиться к уходу, поговорить с близкими о том, о чём обычно трудно говорить, и пережить близким первые дни после утраты.

Таких специалистов называют доулами смерти (end of life doula). В США, Канаде, Великобритании и Германии это направление существует уже более 20 лет. В Казахстане профессия только начинает появляться – сегодня профессиональных доул смерти можно пересчитать по пальцам одной руки.

Кто и зачем становится таким специалистом? Что входит в его работу и чем доула смерти отличается от врача, психолога или социального работника? Действительно ли человеку, который умирает, нужна помощь не только медицинская, но и эмоциональная, бытовая и человеческая?

"Доулы отличаются осознанным отношением к смерти, ведь никому из нас не удастся избежать умирания, мы все когда-нибудь завершим наш жизненный путь. Конечно же, доулы не предлагают людям радоваться этому событию, но мы призываем думать и говорить о нем как о естественном процессе. Доулы смерти знают, как правильно обсуждать тему смерти с человеком и его родственниками, умеют оказать психологическую поддержку умирающему и членам его семьи", – объясняет дипломированный специалист курса "Доула конца жизни и паллиативной помощи" Кристина Куценко. 

В Астане Кристина Куценко создала не имеющее аналогов в Казахстане сообщество "Круг доул смерти". В настоящее время в нем состоят пять специалистов, выбравших для себя профессию, которая у особо впечатлительных граждан вызывает страх.

"Работать со смертью могут менее 25% людей, поэтому доул смерти никогда не будет много, у нас сложная профессия, она требует максимальной отдачи душевных сил и полного погружения в каждую историю. К сожалению, в современном обществе начисто отсутствует культура горевания. С ранних лет нам не дают выражать эмоции, делают замечания: "Не кричи, не плачь, не грусти, не злись, не разговаривай громко, не смейся, не раздражайся". И люди скрывают свои чувства и эмоции, но подавление эмоций негативно сказывается на ментальном и физическом здоровье", – убеждена Кристина Куценко. 

Кристина нередко сталкивается на практике со случаями, когда родственники матери, потерявшей ребенка, назначают определенный срок для горя, по истечении которого она просто обязана вернуться к привычной жизни. Или же без ее разрешения раздают вещи умершего малыша, чтобы "маме стало легче".

"Однажды ко мне за помощью обратилась женщина, похоронившая единственную дочь. Муж запрещал ей плакать, потому что со дня смерти прошло "целых два месяца". Но никто не вправе устанавливать период для горя. Человек, переживший утрату, может и должен горевать столько, сколько он посчитает нужным. Я не призываю поощрять слезы, но заявлять нечто типа: "Время лечит" либо вообще кощунственное "Роди нового ребенка" – абсолютно непозволительно", – утверждает собеседница.

В доулы смерти Кристина пришла неслучайно. Она возглавляет ритуальное агентство "Память №1" и не понаслышке знает о том, что после смерти близкого человека люди часто остаются со своим горем один на один, несмотря на то, что окружены родственниками и друзьями.

"Недавно мы хоронили маленького мальчика. Мать не находила в себе силы поехать на кладбище, умоляла разрешить ей остаться дома. Она не хотела видеть момент, когда гроб с ее малышом опустят в яму и засыплют землей. Но родственники были неумолимы. Ее под руки притащили к могиле, хотя она упиралась. Зачем они так себя вели? Почему не проявили сострадания и милосердия, ведь мать решила для себя, что попрощалась с сыном? Нельзя не уважать чувств людей, переживающих утрату. И если кто-то не может присутствовать на погребении, его не надо принуждать. У нас были ситуации, когда мамы просили нас забрать умерших младенцев из морга или не приходили на кладбище в момент погребения. И это не потому, что они не скорбят. Каждый человек по-своему переживает горе, сам решает, отдавать вещи умершего или нет, ставить на самых видных местах фотографии либо спрятать их в альбом", - привела примеры из практики Куценко. 

Тема смерти продолжает оставаться в Казахстане глубоко табуированной. Разговоры о конце жизни, похоронах и погребальных традициях считаются едва ли не признаком дурного тона. Подобные беседы обрываются на корню, у тех, кто слышит их, портится настроение, они прерывают собеседника, просят сменить тему разговора.

"Умирающий человек имеет право на такие похороны, которые хочет именно он, а не его родственники. И его желание заказать обивку гроба, цветы на могилу или музыку для погребения не должно вызывать у родственников страх. Мы хоронили под "Секрет гарден" и "Скорпионс", другие доулы рассказывали мне о похоронах под хиты Фредди Меркьюри. Здесь нет ничего предосудительного, последнюю волю умерших во всех религиях принято исполнить", – объясняет специалист.

Создав сообщество "Круг доул смерти", Кристина Куценко поставила перед собой несколько задач: объединить специалистов, организовывать мероприятия в паллиативных центрах и домах по уходу за пожилыми людьми, донести до казахстанцев информацию о том, как подобрать для себя или близких подходящую им доулу и в чем заключаются ее обязанности.

"Доула поддерживает умирающих и их родственников. Близкие усопших нередко обращаются к доулам, но вот сами умирающие пока не готовы к такому опыту. Я нисколько не сомневаюсь в том, что уже в ближайшее время ситуация начнет постепенно меняться и спрос на доул стремительно вырастет. Доула становится для семьи своеобразным контейнером эмоций. Она помогает прожить горе, находится рядом с умирающим человеком или его близкими, беседует с ними, поддерживает. В отличие от психолога, доула может помочь совершить последние обряды с телом умершего и присутствовать на похоронах", – рассказывает Кристина Куценко.

У доулы смерти множество обязанностей. Она одинаково готова к задушевным беседам и разговорам о том, как человек хочет распорядиться оставшимся временем и организовать похороны. Также помогает справиться со страхом смерти. В Казахстане есть единственная профессиональная доула смерти, имеющая к тому же сертификат о прохождении курса об оказании психологической помощи владельцам животных, пережившим смерть своего питомца.

"По первой профессии я переводчик с английского и немецкого языков. Я решила выучиться на доулу конца жизни, столкнувшись с тем, что в силу разных обстоятельств современные люди разучились горевать. Они не проживают горе, закрывают в невидимую, но прочную клетку негативные эмоции, и те в какой-то момент начинают уничтожать в человеке надежду, доброту и даже желание жить. Я полгода училась на доулу смерти в санкт-петербургском Институте развития человека. Кстати, его диплом получила и Кристина Куценко. Для нас ежедневно проводили видеолекции, один-два раза в неделю мы разбирали практические кейсы", – вспоминает Ирина Гура.

Работая доулой смерти с людьми, Ирина часто получала запросы на психологическую помощь и консультации от хозяев умерших животных.

"Я не могу пройти мимо брошенного на произвол котенка. У меня дома сейчас живут четыре пушистых найденыша. И я не понимаю тех, кто удивляется тому, как тяжело переживают утрату питомца его владельцу. Домашнее животное – член семьи, к нему прикипаешь душой, он зависит от тебя, и его уход всегда связан с болью потери. Когда умер мой кот, мне самой понадобилась консультация доулы смерти. Сначала я беседовала с осиротевшими хозяевами питомцев, применяя опыт доулы конца жизни. Едва узнала о запуске курса, ориентированного на животных, записалась на первый же поток. Мне часто звонят не только казахстанцы, но и жители других стран, и я всегда готова помочь им", – рассказывает Ирина Гура.

Разговоры о смерти в семье специалист считает нормой. К примеру, она открыто поделилась со своей дочерью желанием быть кремированной после смерти. 

"В настоящее время тема смерти приобрела форму исключительно медицинской проблемы. Люди потеряли навыки ухода за умирающими, разучились открыто говорить об умирании и прощании. Мы хотим вернуть смерти ее законное место в жизни",– подчеркнула спикер.

В столице Казахстана три года работает проект Death Cafe Astana, где за чашечкой чая или кофе в уютной дружеской атмосфере полного доверия посетители необычного заведения открыто и без цензуры говорят людям о смерти.

"У нас собираются люди разных возрастов и профессий. Мы вместе обсуждаем темы смерти, утраты и поиска жизненных смыслов. Наш проект некоммерческий, обязательной платы за вход на мероприятие нет, по желанию можно оставить донат, положив любую сумму в бокс. Мы не ставим перед собой цели научить людей правильно горевать (тут все индивидуально), не даем советов и рекомендаций", – рассказывает специалист по гореванию и создатель Death Cafe Astana Юлия Кулюкина.

Встречи в рамках Death Cafe Astana проходят четыре раза в месяц, три из них в пространстве "Внутри книги" (на казахском, русском и английском языках), четвертая встреча – в режиме онлайн для всех желающих из разных регионов республики.

"Переживающему утрату человеку часто кажется, будто только он столкнулся с непосильными испытаниями. Но в нашем кафе он видит людей с такими же переживаниями, осознает, что он не один", – говорит Юлия Кулюкина. 

Пространство Death Cafe Astana Юлия создала в сложный для нее период переживания собственного горя по родной бабушке. Перед тем как открыть его, она связалась с основательницей российского проекта, доулой смерти, автором Telegram-канала "Жизнь со смертью" Катериной Пичуричко и та охотно поделилась своим опытом. Поначалу Юлия Кулюкина волновалась, что проект окажется недолговечным и первая же встреча окажется последней. Но  интерес к нему растет, у него уже появились постоянные посетители.

Довольно часто приходящие поднимают тему страха смерти, в тяжелых случаях доходящую до танатофобии (неконтролируемый страх смерти). Однажды к Юлии обратилась за помощью женщина, испытывающая панические атаки при навязчивых мыслях о конце своей жизни. Долгие годы она не могла спать по ночам, представляя собственные похороны и могилу.

В таких ситуациях, утверждает доула, важно найти причину, по которой у человека возникает фобия, иначе исправить ситуацию не получится. В ходе доверительной беседы выяснилось, что мать женщины планировала одновременно совершить суицид и убийство своего ребенка дошкольного возраста. К счастью, их спасли. Казалось бы, девочка должна была забыть об этом, ведь в семье не поднимали больше тему незавершенного самоубийства матери, которое привело бы к двум смертям. Шли годы, девочка превратилась в успешную предпринимательницу, приобрела машину и квартиру. Но вместе с благополучием в ее жизнь неожиданно пришла танатофобия. Юлия помогла ей справиться со страхами.

"К нам приходят люди с разными запросами, представители разных верований и конфессий. У нас нет запретных тем, наши посетители делятся страхами своей смерти. Они рассказывают о собственном горе и горе близких людей. У нас нет запрета на эмоции и слезы. Никто не дает оценки их историям. Кто-то вообще из недели в неделю просто молчит и лишь потом решается раскрыться. В мае 2026 года мы открыли второе кафе в Экибастузе. В ближайшее время планируем расширить географию нашего проекта, ведутся активные переговоры, но я воздержусь преждевременно называть город, где откроется третье Death Cafe", – рассказывает Юлия Кулюкина. 

Собеседницы не согласны с тем, что уход из жизни должен непременно сопровождаться страхом, тревогой, одиночеством и растерянностью. Они убеждены в том, что доулы смерти и встречи в пространстве Death Cafe нужны современным людям. Но при этом они предупреждают казахстанцев о необходимости серьезного подхода к выбору доулы. Если специалист, к которому вы обратились, не имеет профессиональной подготовки, предлагает нетрадиционные методы лечения, рекомендует обратиться за помощью к народным целителям и экстрасенсам и оспаривает диагнозы врача, перед вами некомпетентная доула. Что касается оплаты труда доул, то расценки за услуги разные: от бесплатных консультаций до 7-12 тысяч тенге за 60-90 минут общения. 

"У каждой доулы свой подход к клиентам, но она обязательно оказывает эмоциональную поддержку, принимает и понимает страхи и тревоги человека, помогает справляться с переживаниями. Она способна создать спокойную атмосферу, помочь в прощании, проведении обрядов и принятии утраты, поддержать семью на разных стадиях горя. Доулы во время родов уже никого не удивляют, надеемся, что и доула смерти скоро станет обычной для Казахстана профессией", – резюмировала Кристина Куценко.