Операция “Частные руки”

Правительство утвердило весьма спорный перечень объектов, подлежащих приватизации

Тайна, покрытая мраком

Список из 473 объектов, которые правительство тихо утвердило к передаче в частные руки, выглядит не как продуманная экономическая реформа, а как странная смесь стратегических активов, убыточных учреждений и предприятий, о чьем существовании, похоже, не знали даже некоторые отраслевые ведомства. Официально этот перечень - часть новой политики либерализации, а также работы Национального офиса по приватизации, который должен был превратить процесс в прозрачный и технологичный.

Информация о самих объектах просачивается через пресс-релизы и публикации СМИ. И чем больше деталей становится известно, тем серьезнее выглядит вопрос: по каким критериям этот список вообще составлялся?

Заметная часть позиций - это ключевая инфраструктура: электростанции (Балхашская), ГЭС (Усть-Каменогорская, Шардаринская), нефтеперерабатывающие заводы (Атырауский, Павлодарский), машиностроительные заводы (“Зенит” в Уральске, завод им. Кирова в Алматы, ПЗ в Петропавловске), международные аэропорты (Актобе, Шымкент, Уральск, Атырау). И даже целая национальная компания “Қазақстан темір жолы”. Щедро!

В отличие от мелких коммунальных компаний такие активы определяют национальные тарифы, обеспечивают безопасность, влияют на энергосистему и экспорт. Логично было бы ожидать, что включение подобных объектов потребует предварительной публичной оценки, анализа последствий и хотя бы обсуждения в парламенте. Вместо этого общество узнает об их появлении в списке из кратких сообщений вроде “Балхашская ТЭЦ - под приватизацию” или “В перечень попали аэропорты Актобе, Шымкента, Уральска”. Такая непрозрачность выглядит как минимум непрофессионально, а местами и опасно.

Чемодан без ручки или каркас экономики?

Не менее странно воспринимается сочетание в одном списке гигантов энергетики и, например, футбольных клубов “Астана” и “Жетысу”. Клубы, которые годами получали щедрое бюджетное финансирование, внезапно предлагаются на продажу - скорее всего, потому что содержать их больше никто не хочет. Но почему в один ряд с ними ставятся гидроэлектростанции или НПЗ? Если критерий заключается в том, что “государство не должно присутствовать”, то надо бы объяснять такое решение по каждому пункту, а не просто складывать все в одну корзину.

Впрочем, есть мнение, что все не так уж страшно.

В частности, нефтегазовый эксперт Олжас БАЙДИЛЬДИНОВ уверен, что значимость тех же НПЗ сильно преувеличена. Согласно открытым данным, по его словам, чистая прибыль этих предприятий год от года снижается, а техническое состояние оставляет желать лучшего.

- Давно пора их все продать, и ничего стратегического в этих НПЗ нет - назовите в Европе или США государственные НПЗ, - аргументирует он. - Частные компании должны управлять и владеть НПЗ, тогда в случае поломок это их, а не наши с вами проблемы. Однако для “прибыльной” приватизации НПЗ нужна и рыночная среда - никакого госрегулирования тарифов, никаких запретов на экспорт нефтепродуктов, открытая конкуренция с другими НПЗ региона.

Это не объясняет другие случаи, когда государство стремится избавиться от вполне рабочих активов.

Например, Усть-Каменогорская ГЭС входит в состав холдинга “Самрук-Энерго”. Она получила паспорт готовности к работе в осенне-зимний период. Согласно сообщению пресс-службы предприятия, все технологические процессы там ведутся в соответствии с требованиями надежности и безопасности, станция продолжает работать в штатном режиме. Чем же она тяготит страну?

Экономист Ануар НУРТАЗИН называет нынешнюю затею “приватизационной миной под государством”, поскольку, по его мнению, фактическая продажа стратегических активов - это не совсем реформа, а скорее демонтаж экономической безопасности страны.

- Сегодня Казахстан фактически выставляет на приватизационные торги те объекты, которые являются в сущности каркасом национальной экономики, - считает он. - Разумеется, все это зачастую подается как “эффективный менеджер все спасет”, но это неправда, это еще один экономический миф. “Эффективный менеджер” спасает не страну, а только себя, поскольку спасение страны у него не прописано в уставе, так что любая коммерческая организация делает богаче только себя.

При этом Нуртазин подчеркивает: мы уже видели печальную участь других приватизированных объектов, которые впоследствии разрушались, но государство продолжает передавать их частникам и тем самым фактически сдает рычаги управления страной.

- Сейчас мы должны развивать искусственный интеллект, даже создали министерство, а любой искусственный интеллект потребляет мегаватты, гигаватты энергии, - объясняет он. - Соответственно, кто контролирует генерацию энергии, кто контролирует сеть распределителей, тот контролирует и доступность тепла и света, доступность тарифов, промышленную рентабельность и регио­нальную устойчивость. Кроме того, в таком климате, как у нас, доступность тепла - это краеугольный камень вообще любого экономического и даже биологического выживания, и новые собственники очень легко могут создавать так называемое политическое давление.

Экономист констатирует: с подобной приватизацией государство превращается в арендатора жизненно важной инфраструктуры, причем зачастую неизвестно, у кого и под какие условия.

История повторяется

Фон происходящего становится еще более зыбким, если вспомнить, что год назад депутат мажилиса Никита ШАТАЛОВ в прямом смысле призывал правительство не повторять ошибок приватизаций 1990-х и 2000-х, когда активы уходили по заниженным ценам, покупатели не выполняли инвестиционных обязательств, а через несколько лет государство вынуждено было спасать уже приватизированные предприятия.

Сегодняшний перечень выглядит как игнорирование государством собственных целей и обещаний: нет ни прозрачности, ни четких критериев, ни понятной логики в процессе.

Особое недоверие вызывает механизм “инициативы бизнеса”. В официальном сообщении АЗРК говорится: “Субъекты бизнеса получили возможность подавать заявки на интересующие их активы, инициируя тем самым приватизацию в обратном порядке - от бизнеса к государству”.

Прекрасно. На бумаге это выглядит как демократизация. Но ведь в реальности открывается возможность точечного, избирательного доступа для связанных структур, которые могут заранее договориться о покупке нужного актива. Мы же все это понимаем, разве нет?

Поскольку в открытом доступе нет всех заявок, то сложно убедиться, что процесс не превращается в очередной виток перераспределения собственности.

Публикация этого огромного перечня без детальных финансовых досье по каждому объекту - от баланса до долгов - оставляет ощущение, что государство больше стремится избавиться от проблемных предприятий, чем создать условия для здоровой конкуренции.

Многие из этих объектов убыточные, с хроническими долгами, изношенной инфраструктурой, социальными обязательствами. Их приватизация без четких условий по модернизации и сохранению рабочих мест рискует закончиться банальной ликвидацией. И если футболистам “Астаны” в таком случае придется искать новые клубы, то последствия приватизации ТЭЦ или аэропорта будут куда менее щадящими, мягко говоря.

Рискованный эксперимент

Самая большая проблема - отсутствие объяснения, по каким признакам 473 объекта попали в этот список. Почему именно они? Почему сейчас? Как оценивалась стоимость? Кто будет проводить оценку и по каким стандартам? Какие обязательства получат новые владельцы? Что государство будет контролировать после продажи?

Все эти вопросы висят в воздухе, тогда как приватизация - это всегда вопрос доверия. И начинать ее с информационных лакун, недосказанности и технических сбоев - вариант, который рождает куда больше подозрений, чем уверенности.

На фоне отсутствия четких правил, механизмов контроля и публичного обсуждения масштабная распродажа активов выглядит не реформой, а рискованным экспериментом. Государство словно надеется, что частный сектор возьмет на себя функции, с которыми оно само не справилось.

Однако приватизация ради избавления от ответственности - это прямой путь к повторению тех самых ошибок, о которых говорят эксперты и депутаты. Если уроки прошлого действительно были усвоены, сейчас самое время это доказать.

Владислав ШПАКОВ, Астана

Опрос в тему

Почему новый этап приватизации начался так тихо и не публично?

- Это обычная рутина - о чем там говорить?

- Торопились выполнять поручения, не подготовили обоснования и теперь боятся критики.

- Хотят втихаря отдать объекты в нужные руки.

Проголосовать можно на сайте газеты “Время” www.time.kz

Возвращаясь к напечатанному

Мнения наших читателей

В ближайшее время депутаты примут Строительный кодекс. Как вы думаете, одобрят ли они увеличение гарантийного срока для застройщиков?

- Конечно, ведь нужно решать проблему с низким качеством строительства...........20%

- Надеюсь, что одобрят, ведь в любом случае надо привести к единообразию Гражданский и Строительный кодексы.........29%

- Думаю, что такая норма не пройдет - строительное лобби не пропустит.............51%

Темы: Главная тема