Вот тебе, бабушка, и бурный день…

История бабушки из Астаны показывает, как в стране работает забота о тех, кого оставили одних

В глухом переулке столичного района Байконур накануне случился переполох, которому позавидовало бы любое ЧП. Причиной стал не пожар, не криминал и даже не коммунальная авария, а одинокая 85-летняя Елена ГАМЕЗА - слепая, беспомощная, живущая в ветхом домике.

Соседка пенсионерки Мадина ЗУБАЙРАЕВА знала, что после того как летом умер сын Елены Кирилловны, за той вроде бы ухаживает другая соседка - Инна ЖУКОВА. Однако по вечерам свет в доме старушки горит, но дыма из трубы нет - стало быть, она ночует в неотапливаемом помещении.

Заподозрив неладное, Мадина днем заглянула во двор к бабе Лене и услышала, как в фильме ужасов, размеренный стук в окно. Старушка билась в него изнутри дома, словно пытаясь вырваться на свободу.

- Она была заперта! Я вызвала участкового, пришлось взломать дверь. Баба Лена была очень голодная… Есть запись, где она просит, чтобы ее забрали, и говорит о том, что ее душат! - рассказывает женщина.

Она выложила в соцсетях эмоциональный пост о ситуации, который за сутки собрал десятки тысяч просмотров, и уже на следующий день к дому старушки съехались: участковый, представители акимата, социальные службы, медики. До полного набора не хватало только пожарной машины.

Ситуация и правда выглядела странно. По словам Мадины, баба Лена уже переписала на тех самых соседей свой домишко.

Тут надо пояснить, что речь идет о районе частного сектора, который утвержден под снос. Процесс этот хотя и вялотекущий, но уже запущен. Повсюду здесь либо груды развалин, либо заброшенные дома, превращающиеся в труху без участия бульдозера. Но переулок, в котором разгорелись страсти вокруг Елены Кирилловны, вполне обитаем. Неужели весь сыр-бор из-за дома старушки?

Инна Жукова, на которую в интернете обрушилась волна осуждения, отступать не собирается.

- С тех пор, как умер Сергей, сын бабы Лены, мы эту Мадину тут ни разу не видели! - заявляет она. - Никто не мешал ей ухаживать за бабушкой. Да, мы закрываем ее, когда уходим, потому что бабушка себя не контролирует. Но живет она фактически у нас и ни в чем не нуждается!

По ее словам, Елена Кирилловна давно пребывает в глубокой деменции, а после смерти сына вообще оказалась в условиях, которые трудно назвать человеческими: в доме жили бродячие собаки, розетки были выдернуты из стен, а комнаты завалены хламом.

Нынешний интернет-скандал, уверяет Жукова, ложь и травля, и она намерена идти в суд, чтобы защитить свое имя от клеветы. Хотя признает: пенсионерка действительно оформила завещание на имя гражданского мужа Инны и еще одного соседа, также помогающего бабушке.

Чиновники и специалисты, съехавшиеся в переулок, поначалу откровенно не знали, как реагировать. Елена Кирилловна, едва услышав голоса, начинала всхлипывать, цеплялась за ближайшую ладонь, словно боялась снова остаться в пустоте, и путалась в обрывках фраз. Любому, кто видел ее всего пару минут, было ясно: оставлять такого человека без постоянного присмотра невозможно.

Руководитель отдела социального сопровождения семьи района Байконур Ербол КАЗЫМБЕКОВ подтвердил, что ситуация давняя:

- Летом тоже поступил вызов. Мы приехали, вместе с участковым. Бабушка испуганная была думала, что мы ее забрать хотим. Говорила, что доверяет Инне, как дочери. Сейчас проблем нет. Повезем бабушку в поликлинику, а потом - в дом престарелых, потому что законных представителей у нее нет.

Правильное решение, конечно, приняли - куда ж денешься после очередного соцсетевого удара по лбу. Приехали, проверили, забрали. Но вот что делать с вопросами, которые теперь уже не спрятать под ковер?

Почему соцслужбы, прекрасно знавшие о смерти сына, о слепоте и явной деменции Елены Кирилловны, не сообразили отправить ее в специализированное учреждение сразу, а не "когда грянул Facebook"? Почему месяцами женщина жила в условиях, которые нормальными можно назвать только под успокоительными?

И еще один, куда более колючий: каким чудом оформлялось завещание, если к моменту подписи женщина уже была недееспособна? Документ, влияющий на судьбу квартиры, подписан человеком, который сегодня не вспомнит даже, ел ли он завтрак. Кто проверял ее способность понимать, что вообще происходит? Или проверяли так же тщательно, как обычно?

История Елены Кирилловны - не исключение. Это диагноз системе. По всей стране в полузаброшенных домах живут такие же старики: тихо, невидимо, на подачках от соседей и на авось реакции тех, кто по должности обязан приходить первым - а приходит последним.

И главный вопрос, который государство должно задавать себе, а не ждать очередного поста с видео: сколько таких историй еще остается в тени, пока кто-то не постучит в окно?

Владислав ШПАКОВ, фото автора, Астана