Чабаны эпохи гаджетов

От пастбища до цифровых трекеров: как сейчас живут фермерские хозяйства

Житель поселка Ынтымак Жамбылского района Алматинской области Нурлан АХМЕТЖАНОВ с детства помогал родителям пасти скот, прошел школу советского производства, выучился на бухгалтера-экономиста и вот уже четверть века руководит собственным крестьянским хозяйством. О дефиците рабочих рук, капризах погоды и неглянцевом быте современного казахстанского животновода - в репортаже нашего корреспондента.

Начинал с нуля

Село Ынтымак расположилось в живописных предгорьях Заилийского Алатау. Скотоводством здесь занимались исторически: в советские годы тут гремело отделение Узунагашского молочного совхоза, а пос­ле его распада традиции предков сохранили местные жители. На широких улицах поселка, где сегодня живут 320 семей, почти в каждом дворе видны кошары и высокие стога сена.

Для Нурлана Ахметжанова эти места родные. Пасти овец он начал еще мальчишкой, как и многие сверстники, помогал родителям управляться по хозяйству. Отец работал в совхозе механизатором, мама - на почте. После восьмого класса школы Нурлан окончил Талгарский сельскохозяйственный техникум, работал в колхозе. Отучился заочно на экономиста-бухгалтера в профильном алматинском институте.

- Дома всегда держали скот - на столе были свои мясо и молоко, - рассказывает Нурлан Улатаевич по дороге на ферму. - В начале 2000-х решил открыть крестьянское хозяйство. Взял кредит. Начинал с нуля: 10 коров, пять лошадей, несколько десятков овец. Первую технику тоже брал в кредит через “Каз­АгроФинанс” - тогда мы вносили первоначальный взнос, а государство помогало с рассрочкой. Сейчас берем агрегаты под 5-6 процентов годовых. Техническую часть закрывает брат - он инженер-механик, на нем вся техника и держится.

Сегодня в отаре главы кресть­янского хозяйства “Ын­тымак” более 500 овец. Есть лошади, коровы, а также козы - их фермер держит из-за диетического мяса исключительно для себя.

Само хозяйство - это отлаженный комплекс: загоны, сенохранилища, баня, домики для рабочих и главы хозяйства. Вода поступает из родника. Ближе к полудню кошары пустеют. Большая часть стада уже на пастбище, а маточное поголовье перегнали на джайляу. В тени яслей остались лишь телята и племенной бык голштинской породы.

- Через несколько дней здесь никого не будет, вместе со скотом мы уходим в горы, - объяс­няет фермер. - Пробудем там до конца сентября, чтобы животные нагуляли вес.

На джайляу скотоводы живут в полуспартанских условиях: интернета нет, электричеством обеспечивают солнечные панели, а воду берут из родников. Подъем в половине шестого утра, отбой - когда завершится вся работа.

Природная аптека и капризы климата

Со дня на день в районе нач­нется горячая пора - сенокос. Затянувшиеся дожди немного сдвинули сроки. На пастбищных землях, что рядом с фермой, под ногами расстилается плотный ковер из разнотравья: душица, мать-и-мачеха, зверобой, тысячелистник, пижма, полынь. Наш провожатый осмат­ривает угодья с улыбкой - травостой в этом году отличный. А вот прошлый сезон выдался засушливым, корма сгорали на корню, сено приходилось закупать со стороны.

- Мы полностью зависим от погоды, - разводит руками Нурлан. - Бывали годы, когда из-за засухи уходили в глубокий минус. А пару недель назад по району прошел сильнейший ураган, который сносил крыши. Сколько здесь живу, такого не помню. Чтобы страховать рис­ки, на поливных участках мы стали сеять суданскую траву. В ней много белка, поэтому животные быстро набирают вес. Она дает два-три укоса, но это серьезные вложения: семена, вспашка, наем техники, полив...

От качества травы напрямую зависит и экономика хозяйства. Богатое предгорное разнотравье дает жирность молока около 3,7-3,8 процента. Конечно, свое молоко фермер предпочитает магазинному:

- Сам много лет сдавал сырье на завод. С фермы уходит плотное, жирное молоко, а на прилавках нормализованное, 2,5 процента. В последнее время я и вовсе отказался от молочного направления, перевел хозяйство на мясное - держу алатаускую породу и казахскую белоголовую.

Как заманить молодежь?

Вдали виднеется отара. Со­временные пастухи объезжают ее не на лошадях, а на маневренных мотоциклах.

- Молодежь сейчас на коня не посадишь, им технику подавай, - говорит Ахметжанов.

Изменились и методы контро­ля. На смену пастушьим собакам приходят технологии. Фермер достает смартфон: благодаря GPS-трекерам на экране в реальном времени видно, где именно пасутся лошади и коровы.

При этом найти квалифицированные кадры в ауле - главная проблема. Романтика степной жизни молодежь не привлекает, несмотря на то что государство пытается поддержать отрасль (включая инициативы по снижению пенсионного возраста для чабанов до 55 лет).

- Труд тяжелый, без праздников и выходных. Чабан в среднем зарабатывает 300-350 тысяч тенге в месяц, но молодые ребята сразу хотят вдвое больше, - разводит руками собеседник.

Дефицит кадров коснулся и доярок. Хотя ручной труд в современных хозяйствах давно автоматизирован - доильные аппараты делают всю основную работу, а сырье сразу поступает в охладительные танки, людей все равно не хватает.

- Все упирается в себестоимость, - откровенничает фермер. - Соискатели просят зарплату 500-600 тысяч тенге. Но, если мы будем столько платить, бизнес станет нерентабельным. Расходы выросли колоссально. Раньше солярка стоила 80-90 тенге, сейчас на заправках - 335 тенге за литр. Государство выделяет нам льготное дизтопливо по 275 тенге из расчета на гектар посевной площади, но объемы строго лимитированы. Запчасти и расходники подорожали в разы, и никаких льгот на них нет. Но мы держимся, в сезон приглашаем до 10 рабочих.

Бизнес на перспективу

Несмотря на жесткие условия, Нурлан Ахметжанов уверен: животноводство и агросектор остаются одними из самых надежных направлений для инвестиций. Новичкам он дает прагматичные советы:

- Первое - нужна своя земля. База без пастбища ничего не стоит. Чтобы содержать хотя бы 100 голов крупного рогатого скота, требуется как минимум 50 гектаров угодий. Вторая задача - решить вопрос с дефицитом влаги. Мы сейчас внедряем капельное орошение, на него государство дает хорошие субсидии. В Жамбылском районе под “каплю” ушло уже больше тысячи гектаров.

По мнению фермера и по совместительству депутата районного маслихата, огромный потенциал скрыт и в закрытом грунте - тепличное выращивание овощей востребовано круг­лый год. Соседние хозяйства в районе успешно поставляют на рынок томаты и огурцы вне зависимости от сезона.

- Еда - это то, на что спрос будет всегда, - резюмирует собеседник. - Нам проще: мы находимся в 40 километрах от Алматы. Логистика короткая, проблем со сбытом мяса на рынки и комбинаты нет. Сложнее тем, кто везет продукцию за 150-200 километров. Сейчас килограмм баранины на рынке стоит больше 4000 тенге, позиции стабильные. Приехали друзья, хотели местный курт в магазинах купить. Нашли только киргизский. Удивились очень. Я подумал: надо купить оборудование и производить свой продукт. Главное в нашем деле - работать системно, любить землю, свою работу. Тогда и отдача будет.

Елена КОЭМЕЦ, фото Веры ОСТАНКОВОЙ, Конаев