По информации сайта Nur.KZ, передает Qazaq24.com.
Сможет ли Казахстан превратить существующие преимущества в новые источники конкурентоспособности. Об этом мы поговорили с политологом, главным редактором журнала "Мир Евразии" Эдуардом Полетаевым.
Послание Касым-Жомарта Токаева фактически ставит вопрос о переходе Казахстана к более сложной и устойчивой модели развития. Ее основой должны стать не только сырьевые доходы и государственные расходы, но и сильный частный сектор, современная инфраструктура, энергетическая обеспеченность, технологические отрасли и более эффективное использование человеческого капитала.
Эта логика прослеживается сразу в нескольких решениях. Для МСБ, который уже формирует около 40% ВВП, предлагается трехлетний мораторий на проверки и переход к риск-ориентированному регулированию. В социальной политике акцент переносится с расширения выплат на адресную помощь, занятость и повышение доходов.
Одновременно обсуждается более соразмерная налоговая нагрузка для обладателей крупных состояний при сохранении гарантий частной собственности. Отдельный масштаб задает инфраструктурная программа "Халықтық құрылыс": до конца 2029 года на модернизацию предполагается направить около 6,5 трлн тенге из Национального фонда.
Параллельно президент ставит задачи энергетического профицита, развития атомной генерации, глубокой переработки, критических материалов, ИИ и цифровой экономики.
Фактически речь идет о том, сможет ли Казахстан связать эти направления в единую систему и превратить существующие преимущества в новые источники конкурентоспособности. Об этом мы поговорили с политологом, главным редактором журнала "Мир Евразии" Эдуардом Полетаевым.
Касым-Жомарт Токаев заявил: "Мнимая доброта к людям за счет бюджетных средств - это и есть самый настоящий популизм". При этом президент говорит не об отказе от социальной роли государства, а об адресной помощи и инвестициях в человеческий капитал. Способен ли такой подход сделать социальную политику Казахстана более справедливой и одновременно снизить зависимость граждан от постоянных выплат?
Да, такой подход способен сделать социальную политику более справедливой и устойчивой, если основной акцент действительно будет перенесен с простого распределения выплат на развитие человеческого капитала и повышение экономической самостоятельности людей. Достаточно жесткое заявление президента о "мнимой доброте" за счет бюджета вовсе не означает отказ государства от социальной ответственности.
Казахстан остается социальным государством. Речь идет о необходимости сделать помощь более эффективной и адресной, чтобы средства, прежде всего, получали граждане, которые действительно в них нуждаются. Есть категории, которым государственная поддержка необходима постоянно: дети, многодетные семьи, пожилые граждане, люди с ограниченными возможностями и другие социально уязвимые группы. Здесь государство своих обязательств не снимает.
Но проблема социальной политики значительно шире пособий. Важно создавать условия, при которых трудоспособный человек может реализовать свой потенциал и самостоятельно обеспечивать себя. Для этого нужны рабочие места, профессиональное обучение, переподготовка, развитие МСБ, повышение производительности труда и мобильности рабочей силы. Очень серьезной остается проблема работающей бедности. Низкая безработица сама по себе еще не означает, что у человека достаточно дохода для нормальной жизни. Поэтому президент правильно призывает бороться не только с последствиями бедности, но и с причинами, которые ее воспроизводят.
С этой точки зрения показательно повышение минимальной заработной платы с 85 до 110 тыс. тенге. Эта мера затронет около 1,8 млн человек, в том числе более 370 тыс. работников бюджетной сферы. При этом рост ВВП сам по себе не гарантирует автоматического сокращения социального неравенства. Многое зависит от качества экономического роста, отраслей, которые его обеспечивают, уровня заработной платы и структуры занятости. Поэтому социальная политика напрямую связана с диверсификацией экономики.
Чем активнее развиваются обрабатывающая промышленность, строительство, аграрный сектор, транспорт и логистика, тем больше появляется сфер приложения труда. В этом я вижу сильную сторону подхода Касым-Жомарта Токаева. Социальная политика должна не просто компенсировать человеку недостаток дохода, а давать образование, профессию, работу и возможность самостоятельно повышать качество своей жизни. Именно такой подход соответствует принципам Справедливого Казахстана.
Президент предложил обсудить повышенную ставку для обладателей крупных состояний, одновременно подчеркнув неприкосновенность законно приобретенных активов. То есть речь идет о поиске баланса между социальной справедливостью и защитой частной собственности. Насколько такая модель подходит Казахстану и как избежать ситуации, когда повышение нагрузки начнет сдерживать инвестиции или возвращать часть доходов в тень?
Такой баланс для Казахстана вполне возможен, но переход к нему должен быть постепенным и очень точно настроенным. Именно поэтому важно, что президент предлагает не механически вводить повышенную ставку, а обсудить ее параметры, одновременно гарантируя неприкосновенность законно приобретенной собственности.
Вопрос прогрессивного налогообложения остается предметом серьезной экономической дискуссии. У разных моделей есть свои преимущества и недостатки, поэтому Казахстану необходимо выработать собственный подход.
Плоская ставка в свое время сыграла важную роль. Она помогала выводить доходы из тени, упрощала налоговую систему и способствовала росту собираемости налогов. Но по мере развития экономики неизбежно возникает вопрос справедливости: насколько обоснованно, когда человек с небольшим доходом и обладатель очень крупного состояния несут одинаковую относительную налоговую нагрузку.
Поэтому сама постановка вопроса Касым-Жомартом Токаевым выглядит взвешенной. Президент одновременно говорит о более соразмерном вкладе состоятельных граждан и о защите их законных активов.
На мой взгляд, необходимо различать обычные доходы и действительно крупные, сверхвысокие доходы. Именно для последних можно рассматривать более высокую ставку. Но критерии должны быть предельно понятными.
Необходимо избежать ситуации, при которой новая система снова начнет стимулировать выплату части доходов в тени или вывод капитала в другие юрисдикции. Поэтому изменения должны вводиться постепенно, с сохранением инвестиционной привлекательности Казахстана.
Есть и общественное измерение. Человек с невысоким заработком закономерно может спросить, почему он платит тот же процент, что и владелец крупного бизнеса. Более соразмерное распределение нагрузки в этом смысле соответствует принципам Справедливого Казахстана.
Но важна не только ставка. Люди должны понимать, как используются дополнительные поступления. Если они возвращаются обществу через инфраструктуру, образование, здравоохранение, создание рабочих мест и социальные проекты, принцип справедливости приобретает вполне конкретное содержание.
Поэтому предложенный президентом подход может стать следующим этапом развития налоговой системы, если удастся совместить справедливость, защиту собственности и экономические стимулы.
С 2027 года предлагается рассмотреть трехлетний мораторий на проверки микро- и малого бизнеса. При этом количество нарушений среди индивидуальных предпринимателей сократилось на 34%, тогда как сумма штрафов выросла почти на 11%, а число внеплановых проверок увеличилось в десятки раз. Может ли эта пауза стать периодом перехода от административного контроля к риск-ориентированному цифровому регулированию и что принципиально должно измениться за три года?
Да, мораторий может стать таким переходным периодом, если использовать эти три года не просто как паузу в проверках, а для изменения самого механизма государственного контроля и адаптации МСБ к новым экономическим условиям. Любые серьезные изменения требуют времени. Предпринимателям необходимо разобраться в новых нормах и научиться работать в изменившейся регуляторной среде.
При этом важен сам подход президента: законодательство не должно становиться для бизнеса постоянным источником дополнительных сложностей, а нормы должны корректироваться, если практика показывает наличие проблем. Поэтому риск-ориентированная модель является логичным развитием системы контроля. Налоговые органы должны концентрировать внимание на субъектах с высоким уровнем рисков, тогда как добросовестный предприниматель должен испытывать минимальное административное давление. Здесь необходимо найти баланс.
Государству важно обеспечивать полноту налоговых поступлений, бизнесу нужны понятные правила и минимум избыточных барьеров. Цифровизация, большие данные и искусственный интеллект способны сделать регулирование более точным и адресным. Значение МСБ для экономики велико. Его доля составляет около 40% ВВП. Малые и средние предприятия создают рабочие места, платят налоги, представлены практически во всех секторах и способны достаточно быстро реагировать на изменения спроса. Поэтому и глава государства, и правительство закономерно уделяют этому сектору серьезное внимание. Создание комфортной среды для МСБ напрямую связано с экономической активностью и занятостью. Но государственная поддержка не решает автоматически внутренних проблем самого бизнеса. Малым предприятиям нередко не хватает квалифицированных специалистов, управленческих компетенций, навыков анализа рисков и финансового планирования.
Предпринимателю необходимо уметь формировать команду, делегировать полномочия и оценивать состояние рынка. Поэтому мораторий является лишь одной из составляющих поддержки. Наряду с ним важны доступ к финансированию, обучение и другие инструменты адаптации. За эти три года государству стоит не только перестроить контроль, но и помогать бизнесу видеть новые возможности. Они возникают во внутреннем туризме, сфере услуг, образовании, дошкольной инфраструктуре, цифровом сервисе и других направлениях. В этом плане подход Касым-Жомарта Токаева дает предпринимателям дополнительное пространство для развития.
Но ответственность должна быть взаимной: государство снижает избыточные барьеры и создает условия, а бизнес внимательнее анализирует экономическую политику, спрос и рыночную конъюнктуру. Тогда мораторий станет не просто периодом отсутствия проверок, а временем перехода к более зрелой модели отношений между государством и предпринимателями.
Одной из крупнейших инициатив Касым-Жомарта Токаева стала программа "Халықтық құрылыс": до конца 2029 года на инфраструктурную модернизацию предполагается направить около 6,5 трлн тенге из Национального фонда, одновременно вовлекая местный МСБ и отечественных производителей. Насколько такой масштабный строительный цикл способен дать мультипликативный эффект для промышленности, занятости, человеческого капитала и регионального развития?
Такой масштабный строительный цикл действительно способен дать эффект, который будет значительно шире самой строительной отрасли. Я бы рассматривал программу "Халықтық құрылыс" в том числе как один из элементов экономической безопасности страны. Строительство является одним из опорных элементов экономики.
Оно создает рабочие места и одновременно формирует спрос на продукцию отечественных производителей стройматериалов, транспортные услуги, работу архитекторов, проектировщиков и специалистов других отраслей. Именно поэтому решение Президента связать инфраструктурную модернизацию с местным бизнесом и отечественным производством имеет особое значение. Если значительная часть заказов остается внутри страны, государственные вложения начинают работать сразу на несколько секторов экономики. При этом особенно важна координация. Нужно понимать, какие объекты действительно необходимы конкретному региону, насколько они будут востребованы и какой экономический или социальный результат принесут.
Если строятся школы и медицинские учреждения, это инвестиции в человеческий капитал. Если создаются дороги, вокзалы, аэропорты и логистические объекты, это усиление транспортного потенциала Казахстана. Я бы отдельно выделил цифровизацию строительства. Президент связал масштабную стройку с развитием цифровой экономики, и это очень важное направление. Строительным и коммунальным структурам необходимо активнее использовать единые цифровые платформы и данные. Это позволит заранее координировать строительство дорог, инженерных сетей и коммуникаций, избегая ситуации, когда уже готовую инфраструктуру приходится повторно реконструировать. Особенно актуально это для таких проектов, как город Алатау.
Здесь данные об инженерных сетях, городской среде и транспортной инфраструктуре должны интегрироваться в единую цифровую систему. Поэтому программа, предложенная Касым-Жомартом Токаевым, способна дать намного больший эффект, чем просто увеличение количества строительных объектов. При правильной организации она одновременно поддерживает занятость, отечественное производство, человеческий капитал, инфраструктуру и развитие регионов. В этом смысле предложение президента объявить 2027 год Годом всенародного масштабного строительства логично рассматривать как элемент более широкого системного обновления страны.
В послании энергетический профицит, атомная энергетика, глубокая переработка, критические материалы, цифровая экономика, ИИ, инфраструктура и частный капитал фактически связаны в одну экономическую конструкцию. Можно ли рассматривать это как стратегию Токаева по укреплению экономической самостоятельности Казахстана? И какие условия необходимы, чтобы существующие сырьевые и транзитные преимущества начали создавать новые источники конкурентоспособности?
Да, эти направления можно рассматривать как взаимосвязанные элементы курса на укрепление экономической самостоятельности Казахстана. Но сама стратегия должна оставаться гибкой, поскольку технологии, рынки и источники конкурентоспособности постоянно меняются. Казахстан уже давно стремится уменьшить зависимость от преимущественно сырьевой модели развития.
При этом стратегию нельзя воспринимать только как однажды написанный документ с неизменными целями на десятилетия вперед. Еще сравнительно недавно искусственный интеллект практически не обсуждался как фактор государственной экономической политики. Понятие критических материалов также стало активно использоваться недавно. Изменилась энергетическая повестка, появились новые технологические отрасли. То есть новые реалии постоянно создают новые задачи.
Очень показательно, что президент назвал нынешний период «эрой электричества». На мой взгляд, Касым-Жомарт Токаев здесь абсолютно прав. Электроэнергия становится базовым ресурсом для все большего числа отраслей. Развиваются центры обработки данных, искусственный интеллект, электрический транспорт, цифровые сервисы. Все это увеличивает потребность в надежной генерации. Поэтому Казахстану необходимо укреплять энергетическую самостоятельность. Сегодня страна производит около 123 млрд кВт·ч электроэнергии, а Президент поставил задачу выйти к 2029 году на устойчивый энергетический профицит. В этих условиях развитие новых генерирующих мощностей и атомной энергетики приобретает уже не только отраслевое, но и стратегическое значение. Поднимая вопрос строительства АЭС, Президент фактически говорит о создании энергетической основы для следующего этапа индустриального и технологического развития.
Но "эра электричества" гораздо шире одной атомной энергетики. Это энергоэффективные здания, распределенная генерация, современные транспортные системы, центры обработки данных и новая городская инфраструктура. По мере развития ИИ и цифровых сервисов IT-компании также превращаются в крупных потребителей электроэнергии. Поэтому энергетика, цифровизация и инфраструктура уже не могут развиваться отдельно друг от друга. Нужна взаимосвязанная система, включающая ресурсную базу, генерацию, технологии, финансовые механизмы и эффективное управление. Одновременно необходимо развивать инвестиционную среду, совершенствовать финансовые институты, механизмы финансирования инноваций и нормативно-правовую базу.
Инновационная экономика требует новых форм взаимодействия государства и бизнеса. Важен и региональный аспект. Новая экономика не должна концентрироваться исключительно в крупнейших городах. Инфраструктурное развитие должно создавать дополнительные возможности для регионов и сокращать внутренние диспропорции. При этом Казахстану необходимо правильно использовать уже существующие конкурентные преимущества. У нас есть критические материалы, аграрный сектор, транспортно-логистический потенциал и значительные природные ресурсы. Отказываться от традиционных добывающих отраслей нет необходимости. Их доходы могут работать на создание новых производств и повышение эффективности экономики. Параллельно нужно развивать отрасли с высокой добавленной стоимостью, транспорт и логистику, сферу услуг, туризм, энергоэффективность и зеленые направления.
В этом и состоит диверсификация: не заменить одну отрасль другой, а сформировать более сложную и устойчивую структуру экономики. Чем больше у страны собственных источников дохода, технологий и компетенций, тем выше ее экономическая устойчивость и тем прочнее основа национальной безопасности. Поэтому реформы, поддержка МСБ, совершенствование законодательства, привлечение инвестиций, развитие инфраструктуры, энергетики и человеческого капитала я рассматриваю как элементы единого процесса. Одного стратегического документа для такой трансформации недостаточно, хотя он необходим для систематизации целей.
Нужны работающие институты, инвестиции, инфраструктура и последовательное развитие новых отраслей. То, что делает Касым-Жомарт Токаев, на мой взгляд, действительно является шагами по укреплению экономической самостоятельности и самодостаточности Казахстана.