Qazaq24.com информирует, ссылаясь на сайт Informburo.KZ.
Депрессия – одно из наиболее распространённых психических расстройств, которое влияет не только на настроение человека, но и на его способность работать, общаться с близкими и справляться с повседневными задачами. Часто депрессию принимают за мимолётную грусть, усталость или эмоциональное выгорание, из-за чего человек может годами не обращаться за помощью.
При этом вокруг лечения депрессии всё ещё много мифов. Люди боятся, что антидепрессанты вызывают зависимость, меняют личность или притупляют эмоции. Для кого-то сам факт необходимости принимать такие препараты становится поводом считать себя слабым или серьёзно больным. Из-за этих страхов люди нередко откладывают обращение к специалисту и пытаются справиться с нелёгким состоянием самостоятельно.
Практикующий врач-психотерапевт Жибек Жолдасова рассказала корреспонденту Informburo.kz, как отличить депрессию от усталости, когда действительно нужно обратиться за помощью к специалисту, а также развеяла главные распространённые мифы об антидепрессантах.
– Жибек, почему вокруг антидепрессантов до сих пор существует столько страхов?
– Мне кажется, люди боятся препаратов, которые называют психотропными. Если уж сильно обобщать, то к психотропным веществам можно отнести даже банальные валерьянку и пустырник, алкоголь и табак. Эта группа веществ сильно демонизирована. И вообще, всё, что начинается на "пси", воспринимается людьми довольно тяжело: не только психотропные препараты, но и психологи, психиатры, психотерапевты. Поэтому начинают появляться разные истории и мифы, из-за которых человек избегает обращения к специалисту и вообще столкновения с ситуациями, которые могут привести к психологу или назначению так называемых психотропных препаратов.
– Правда ли, что антидепрессанты вызывают зависимость?
– Современные антидепрессанты не вызывают зависимость и привыкание. Проведено огромное количество исследований, которые показывают, что критерии, по которым диагностируют зависимость от алкоголя, наркотиков и других седативно-снотворных препаратов, неприменимы к антидепрессантам.
При зависимости, например от алкоголя или наркотиков, человек постепенно привыкает к веществу, ему приходится увеличивать дозу, а при прекращении употребления возникает тяжёлый синдром отмены. Для антидепрессантов это нехарактерно. Однажды подобранная доза обычно продолжает работать, и довольно редко возникает необходимость постоянно пересматривать лечение.
По моим пациентам: примерно 70–80% получают эффект уже от первого препарата, который я подбираю на приёме. Поэтому утверждение о том, что антидепрессанты вызывают зависимость, – большой миф. И это, скорее всего, главный из всех мифов.
– Многие боятся, что антидепрессанты "изменят личность" или будут притуплять эмоции. Насколько обоснован этот страх?
– Действительно, у части пациентов может наблюдаться некоторое притупление эмоций, но для современных антидепрессантов это не самое характерное и довольно редкое побочное действие. В большинстве случаев, наоборот, люди отмечают, что начинают больше радоваться, замечать яркие краски и испытывать эмоции. Жизнь становится более насыщенной, потому что состояние человека улучшается и восприятие окружающего мира меняется в лучшую сторону.
Что касается изменения личности, то антидепрессанты не могут принимать решения за человека или менять его характер. У меня пациенты иногда спрашивают: "Если на фоне препарата мне стало лучше и я теперь принимаю другие решения, разве это не антидепрессант решает за меня?" Конечно, нет. Антидепрессант – это всего лишь химическая молекула, которая помогает мозгу функционировать более качественно.
Если человек заболел воспалением лёгких и принимает антибиотики, ведь антибиотики не начинают дышать за него, пока он лечит пневмонию. С лекарствами в целом происходит примерно то же самое. Они помогают организму справиться с заболеванием, но не принимают решения за человека и не меняют его личность.
Современные препараты проходят многочисленные клинические испытания, которые позволяют оценить их безопасность и эффективность. Поэтому утверждение о том, что антидепрессанты меняют личность человека, тоже один из распространённых мифов.
– С какими ещё распространёнными мифами об антидепрессантах вы сталкиваетесь в своей практике?
– Мифов об антидепрессантах действительно очень много, причём со временем они меняются. Один из распространённых – что антидепрессанты являются плацебо и назначаются скорее для психологического успокоения. Это не так. Препараты проходят клинические испытания, в том числе плацебо-контролируемые, и допускаются к назначению только при более высокой эффективности, чем плацебо. А их эффективность изучается в большом количестве исследований и метаанализов.
Также некоторые психологи без медицинского образования считают, что антидепрессанты мешают психотерапии, скрывая симптомы депрессии и тревоги. На самом деле современные исследования показывают, что сочетание медикаментозного лечения и психотерапии может давать лучший результат, чем каждый из этих методов по отдельности. Есть исследования, которые показали, что только психотерапией можно лечить лишь лёгкую степень депрессии. При средней и тяжёлой депрессии без антидепрессантов не обойтись.
– А при назначении медикаментозного лечения чего человеку стоит ожидать в первые недели? Препарат сразу даёт эффект или на это требуется определённое количество времени?
– У большинства антидепрессантов есть период накопления, который обычно занимает около двух-трёх недель, хотя у каждого препарата могут быть свои индивидуальные особенности. В этот период постепенно развивается ожидаемый антидепрессивный и противотревожный эффект: могут уменьшаться панические атаки, выравниваться настроение и уходить негативные мысли.
Если эффект недостаточный, врач обычно корректирует дозу. При необходимости её повышают до максимальной. У каждого препарата есть минимальная и максимальная терапевтическая доза, а конкретная дозировка подбирается индивидуально для каждого пациента.
– Бывают ли случаи, когда препарат человеку не подходит? Что тогда делать?
– Есть резистентные случаи, когда человек устойчив к применению препаратов или он не чувствует эффекта от них. Но такие случаи встречаются довольно редко. Даже в таких ситуациях врач помогает дальше перебирать препараты и подбирать нужные. Есть пациенты, которым иногда приходится отменять один антидепрессант и назначать другой, но это не такие тяжёлые случаи.
Самые тяжёлые случаи – это резистентная депрессия. В принципе, это во всём мире единичные случаи, но даже в таких ситуациях можно подобрать антидепрессанты. Иногда назначают два антидепрессанта разного действия одновременно. Это для того, чтобы лучше помочь человеку, так как иногда один препарат помогает не до конца.
– Если антидепрессанты не просто "повышают серотонин", то что на самом деле происходит в мозге?
– Головной мозг гораздо сложнее, чем простая работа отдельных нейромедиаторов. Мы часто используем выражения вроде "дофаминовая яма" или "не хватает серотонина", но на самом деле всё гораздо сложнее. За каждое наше действие, желание или решение отвечают нейромедиаторы, но не по отдельности, а во взаимодействии и определённом балансе. Например, когда человек пишет своё имя на бумаге, работает одно сочетание нейромедиаторов, когда играет в шахматы – другое, а когда смеётся с друзьями – третье. В каждой ситуации их взаимодействие меняется.
Большое количество исследований эффективности антидепрессантов также показывает, что их действие не сводится только к влиянию на серотонин. Они могут воздействовать и на другие нейромедиаторы – например, норадреналин, дофамин и другие вещества. Поэтому нам ещё предстоит до конца разобраться в том, как именно работает головной мозг, каким образом это связано с настроением и как антидепрессанты влияют на эти процессы. На сегодняшний день мы не можем на сто процентов описать весь механизм их действия. Но мы точно знаем, что антидепрессанты помогают восстановить необходимый баланс нейромедиаторов.
Если говорить о влиянии антидепрессантов на психическое состояние человека, то улучшается настроение, появляются силы и энергия для самореализации и повседневной жизни. Человек начинает мыслить более позитивно, продуктивнее находить выходы из сложных ситуаций и легче принимать решения. У него появляются планы на будущее и ощущение, что он способен реализовать свои жизненные цели.
На физическом уровне это тоже может ощущаться как прилив сил и энергии, ощущение ясности в голове и более яркое восприятие жизни по сравнению с состоянием депрессии. То есть и физическое, и ментальное состояние человека меняется в лучшую сторону.
– По каким признакам можно понять, что это уже не просто усталость или выгорание, а депрессия?
– Грусть и усталость бывают у всех. Это довольно кратковременные ситуации, после которых у нас может улучшаться настроение, мы можем отвлекаться на что-то, настроение меняется, и мы можем выйти из этого состояния самостоятельно. Для усталости это очень показательный критерий. Если вы выспались, отдохнули, все симптомы усталости проходят.
Если же это симптомы депрессии, то никакой достаточный сон, никакой хороший отдых, к сожалению, из депрессии не помогают выйти. Это основной критерий. И обычно, как считается в клинической практике, если человек не может выйти из депрессивного состояния примерно в течение двух недель – нужно обращаться за помощью к специалисту. Иначе дальше депрессия у многих может прогрессировать, затягиваться, мысли становятся более негативными. И на этом фоне у человека могут появиться и мысли о смерти, суицидальные мысли.
А эмоциональное выгорание – это когда человек испытывает длительный стресс, причём на протяжении нескольких недель, месяцев, а иногда и лет. И как раз таки эмоциональное или профессиональное выгорание может являться причиной развития депрессии. То есть выгорание тоже нужно выявлять и лечить вовремя.
Если вы чувствуете выгорание, возможно, речь идёт о его лёгкой степени. В таком случае иногда достаточно полноценного отдыха: трёх-четырёх недель может хватить, чтобы симптомы прошли. Это ещё не депрессия. Если человек отдохнул в течение месяца и его состояние восстановилось, значит, выгорание не перешло в депрессию.
А при средней или тяжёлой степени выгорания уже может присутствовать лёгкий, средний или тяжёлый депрессивный синдром. В такой ситуации специалисту важно провести дифференциальную диагностику и определить, нужно ли подключать антидепрессанты или пока достаточно других методов помощи.
– Почему люди с симптомами депрессии часто не обращаются за помощью и годами пытаются справиться самостоятельно?
– Наверное, одна из причин – большое количество мифов, о которых мы говорили вначале. Они не дают людям вовремя обращаться к специалисту. Многие думают, что это просто настроение. Семья часто может транслировать, что это просто капризы и надо взять себя в руки, что никакой депрессии не существует. Особенно часто мы слышим от старшего поколения, что депрессия – это вообще выдуманное заболевание, а не болезнь, и человеку просто нужно собраться, и всё должно получиться. Всё это как раз и мешает обращаться за помощью вовремя.
Сама сфера ментального здоровья очень стигматизирована. Многие люди думают, что их сразу возьмут на учёт, чуть ли не наденут смирительную рубашку, и после этого они не смогут ни устроиться на работу, ни сделать карьеру, ни вообще реализовать себя в жизни. На самом деле это не так.
Депрессивный синдром, если это чистая депрессия, независимо от её происхождения, обычно предполагает консультативный учёт у психиатра. На диспансерный учёт такого пациента никто не ставит, работу у него никто не отнимает. Ему просто помогают вовремя выйти из этого состояния и при необходимости назначают антидепрессанты.
– Как сделать так, чтобы люди не боялись говорить о своём состоянии и вовремя обращались за помощью?
– Есть такая статистика: когда известные люди в публичных заявлениях, интервью или в социальных сетях рассказывают о том, что у них была депрессия, что они обращались к специалисту и им назначали антидепрессанты, которые им помогли, количество обращений к специалистам резко возрастает. Люди понимают, что, оказывается, можно получить помощь и избавиться от депрессии.
Помните, была такая история о том, как Анджелина Джоли удалила себе грудь из-за высокого наследственного риска рака молочной железы? После её заявления количество обращений к маммологам по поводу обследования молочных желез тоже резко возросло.
Поэтому, когда известные личности рассказывают о таких проблемах открыто, это очень хороший признак. Это позволяет другим людям своевременно обращаться к специалистам.