Совпадение или расчет? KAZ Minerals начала строительство завода после утверждения Методики

KAZ Minerals приступает к строительству медеплавильного завода стоимостью $1,8 млрд в области Абай после многолетних пересмотров проекта и изменения правил расчета тарифов на переработку меди. Новая Методика позволяет учитывать инвестиции в действующие и новые производственные мощности при формировании стоимости переработки. Экономист Айбар Олжаев считает, что механизм может создать более предсказуемые условия для развития отечественной металлургии.

19 октября 2026 года Министерство промышленности и строительства Казахстана утвердило Методику определения тарифа на переработку медного концентрата. На следующий день Президент Касым-Жомарт Токаев дал старт строительству медеплавильного завода KAZ Minerals в Актогае области Абай. Инвестиции в проект оцениваются в $1,8 млрд, а его проектная мощность составит 300 тысяч тонн катодной меди в год. Первую продукцию планируют получить в 2030 году.

Совпадение дат привлекает внимание на фоне истории самого проекта. В 2017 году KAZ Minerals отказалась от планов строительства собственного медеплавильного предприятия, а годом позже председатель совета директоров компании Олег Новачук объяснял, что такой проект экономически нецелесообразен. Теперь компания называет металлургический комплекс стратегической инвестицией в экономику Казахстана.

Читайте также: В Казахстане приняли новые правила переработки меди. Почему это важно для нас?

Что изменилось в экономике проекта и какую роль в этом могут сыграть новые правила тарифообразования? Один из главных вопросов заключается в том, позволит ли обновленный механизм сделать переработку меди внутри страны более привлекательной для инвесторов.

Приказ министра промышленности и строительства № 525 от 19 октября 2026 года предусматривает единый механизм расчета тарифов на переработку медного концентрата. Документ устанавливает порядок определения стоимости услуги, состав учитываемых затрат и требования к исходным данным. При этом Методика должна вступить в силу через 10 календарных дней после первого официального опубликования. 

Главное изменение касается инвестиционной составляющей тарифа. Согласно документу, при расчете стоимости переработки учитываются не только производственные затраты и нормативная прибыль предприятия, но и капитальные вложения в модернизацию существующих мощностей, повышение их эффективности и строительство новых производств.

Таким образом, расходы на развитие металлургической инфраструктуры могут учитываться при формировании тарифа на переработку сырья. Это создает для перерабатывающих предприятий механизм, позволяющий планировать инвестиции с учетом будущих доходов от производственной деятельности.

При этом Методика не означает автоматического возмещения любых расходов инвестора. Для расчета тарифа необходимы утвержденные бизнес-план и инвестиционная программа, сведения о капитальных вложениях, производственных мощностях и сроках окупаемости проекта. Тарифы предприятия рассчитывают самостоятельно в соответствии с установленными правилами.

Экономист Айбар Олжаев отмечает, что новый механизм важен не только для металлургических компаний, но и для производителей сырья.

«Для переработчиков это возможность планировать долгосрочное обновление предприятий и новые проекты. Для производителей концентрата — единая основа расчета стоимости переработки, которая делает принципы ценообразования более понятными», — объяснил эксперт.

По словам Олжаева, развитие новых металлургических мощностей может расширить возможности для всех участников производственной цепочки. 

Однако нельзя утверждать, что именно новая Методика стала причиной возвращения KAZ Minerals к проекту. Ее утверждение и начало строительства произошли практически одновременно, но для подтверждения прямой связи необходимо знать, как изменились финансовые расчеты компании и учитывались ли новые тарифные условия при принятии инвестиционного решения.

История проекта показывает, насколько сильно за последнее десятилетие менялись планы компании в отношении переработки медного концентрата в Казахстане.

В 2015 году председатель совета директоров KAZ Minerals Олег Новачук выступал за развитие отечественной металлургии.

«Я нацелен на плавку и считаю, что конечный продукт должен в Казахстане получаться», — заявлял он.

Однако уже в 2017 году компания отказалась от строительства завода и списала $16 млн расходов, связанных с изучением проекта.

В январе 2018 года Новачук объяснил это решение в интервью Kapital.kz:

«Когда изучили стоимость и экономический эффект, поняли, что строить еще одно такое производство в Казахстане нет никакого смысла».

Вместо строительства собственного предприятия компания предпочла использовать существующие медеплавильные мощности в Китае. При этом инвестиции в добычу продолжались: в 2018 году KAZ Minerals реализовывала проект расширения Актогайского горно-обогатительного комплекса стоимостью $1,2 млрд.

Таким образом, компания наращивала производство медного концентрата, но не считала создание собственных мощностей для его дальнейшей переработки экономически оправданным.

В июне 2024 года KAZ Minerals вновь объявила о строительстве медеплавильного завода. Тогда стоимость проекта оценивалась в $1,5 млрд, а завершить строительство планировали до конца 2028 года. Позднее в экологической документации появился другой срок — март 2029 года.

Теперь инвестиции оцениваются уже в $1,8 млрд, а получение первой продукции запланировано на 2030 год. По сравнению с первоначальной оценкой 2024 года стоимость проекта выросла на 20%, а сроки запуска отодвинулись.

На церемонии начала строительства в октябре 2026 года Новачук представил проект уже в другой формулировке.

«Для KAZ Minerals строительство металлургического комплекса — стратегическое инвестиционное решение и долгосрочное вложение в экономику Казахстана», — заявил он.

За одиннадцать лет отношение компании к собственной переработке прошло путь от заявленной необходимости до экономической нецелесообразности, а затем — к стратегическому инвестиционному решению.

Чтобы установить, что именно изменило позицию инвестора, необходимо учитывать не только государственную политику, но и коммерческие факторы: стоимость строительства, цены на медь, затраты на переработку, условия привлечения капитала и перспективы реализации готовой продукции.

Проект в Актогае сопровождается несколькими государственными механизмами. Завод включен в перечень крупных прорывных проектов Казахстана и Республиканскую карту индустриализации. Это предусматривает сопровождение проекта и контроль за его реализацией.

Кроме того, ранее сообщалось о рассмотрении возможности привлечения долгосрочного финансирования через Банк развития Казахстана. Однако публичного подтверждения окончательного одобрения кредита недостаточно, поэтому потенциальное участие банка следует отличать от уже предоставленного финансирования.

Новая Методика дополняет эти меры инструментом регулирования отраслевых экономических условий. Она распространяется на производителей сырья и перерабатывающие предприятия, устанавливая единый подход к расчету тарифов.

В совокупности государственное сопровождение, возможное привлечение финансирования и новые правила тарифообразования могут улучшить условия для реализации капиталоемких проектов. Но сами по себе эти механизмы не доказывают, что без них строительство завода было бы невозможно или что именно они обеспечили его окупаемость.

На церемонии запуска проекта Президент Касым-Жомарт Токаев подчеркнул важность соблюдения сроков и качества строительства. Он также отметил значение нового предприятия для укрепления промышленного потенциала Казахстана.

Проект предусматривает полный производственный цикл — от добычи и обогащения руды до выпуска готового металла. Помимо катодной меди, предприятие планирует производить металлическое золото, серебро и другую сопутствующую продукцию. По официальным данным, на заводе создадут более тысячи рабочих мест.

Для страны строительство завода означает возможность увеличить объем переработки медного сырья внутри Казахстана и выпускать продукцию с более высокой добавленной стоимостью. Вместо продажи концентрата для дальнейшей переработки за рубежом компания сможет производить готовый металл на территории страны.

Однако экономический эффект будет зависеть не только от факта запуска предприятия. Важны соблюдение сроков, выход на проектную мощность, фактические объемы переработки и то, насколько производство окажется конкурентоспособным без чрезмерной зависимости от государственной поддержки.

Новая Методика также ставит вопрос о балансе интересов участников рынка. Более высокая стоимость переработки может поддерживать инвестиции металлургических предприятий, но для производителей концентрата она означает дополнительные расходы на соответствующую услугу. Поэтому эффективность нового механизма будет определяться тем, насколько прозрачными окажутся расчеты и насколько обоснованными будут включаемые в тариф инвестиционные затраты.

В случае KAZ Minerals ключевой показатель — не очередное заявление о стратегическом значении завода, а выполнение заявленных обязательств. Компания планирует получить первую катодную медь в 2030 году. После неоднократного пересмотра проекта именно соблюдение этого срока станет одним из главных критериев оценки его реализации.

Утверждение Методики и старт строительства завода в Актогае стали важными событиями для медной отрасли Казахстана. Но пока их последовательность не позволяет однозначно говорить о прямой причинно-следственной связи. Ответ на вопрос, насколько новые тарифные правила повлияли на инвестиционное решение KAZ Minerals, даст дальнейшая реализация проекта и раскрытие его экономических параметров.

Ранее «NewTimes.kz» рассказывал, почему Юрий Масанов считает неправильным автоматически переносить мировые тарифы на переработку меди в казахстанские условия. Экономист объяснял, что ставка TC зависит прежде всего от соотношения доступного сырья и количества медеплавильных предприятий. При этом расходы заводов на электроэнергию, персонал, ремонт, экологические мероприятия и модернизацию никуда не исчезают. Он также обращал внимание на то, что доходы от переработки сопутствующих металлов и производства серной кислоты не всегда стабильны и требуют отдельных вложений.

Позже агентство писало о расчётах Масанова, посвящённых возможностям более глубокой переработки казахстанского сырья. По его приблизительной модели, стоимость продукции, которую потенциально можно производить из экспортируемого медного концентрата внутри страны, могла бы достигать 6,45 млрд долларов ежегодно. При этом экономист подчёркивал, что речь идёт не о чистой прибыли: для получения такой продукции потребуются новые заводы, оборудование, электроэнергия, персонал и значительные капитальные вложения.