Как передает Qazaq24.com со ссылкой на сайт Orda.kz.
В социальных сетях Казахстана прогремела исповедь блогера Лёли Берг. Девушка публично рассказала о том, что с шести до девяти лет подвергалась систематическому сексуальному насилию со стороны родного отца. После выхода эмоционального ролика она дала большое интервью ORDA News, в котором подробно рассказала свою историю — от детского доверия и страха до взрослого решения бороться за справедливость. Главное — в материале Orda.kz.
Насилие длилось около трёх лет. В 2013 году, когда Элеоноре было девять, семья пыталась привлечь отца к ответственности: завели уголовное дело, девочка прошла психологические экспертизы и консилиум специалистов, подтвердивших, что она говорит правду. Однако дело закрыли из-за отсутствия биологических доказательств.
Сейчас, спустя годы, Элеонора возобновляет борьбу: она открыто рассказывает свою историю в соцсетях, даёт интервью и даже прошла детектор лжи с журналистами, результаты которого полностью подтвердили её слова.
Скриншот из видео ORDA News Детство, которого не былоРодители Эли развелись, когда ей было полтора года. Семья жила в Западно-Казахстанской области, в Аксае. Отец забирал дочь на выходные, каникулы и иногда на более длительный срок. Мама полностью доверяла бывшему мужу.
«Она даже подумать не могла, что родной отец способен на такое. У неё у самой был отличный папа — полковник полиции»,рассказывает Элеонора.
Отец работал на вахте, периодически выпивал. По словам девушки, он был абьюзером и тираном. Постоянно ревновал мать Эли, подозревал в изменах, требовал открывать телефон. Мама готовила вкусный ужин, накрывала стол и ждала мужа с работы, а он мог молча перевернуть весь стол и уйти спать. Такие вспышки ярости происходили реже, пока был жив дедушка Эли. После его смерти абьюз усилился.
«Мой папа держал в страхе мою маму. Он постоянно думал, что она ему изменяет. После смерти моего дедушки это стало происходить чаще», вспоминает Элеонора.
Он был женат на другой женщине, в доме жила его падчерица. Когда Элеонора приезжала, жена была на работе, а падчерица — в школе или на прогулке. Девочка спала в комнате отца, где он обычно жил с женой. По словам Элеоноры, отец умело манипулировал ребёнком. Покупал игрушки, проколол уши, сварил во дворе качели, на которых катались все дети дома, никогда ни в чём не отказывал. Эля воспринимала это как проявление любви.
«Отец никогда мне ни в чем не отказывал. Всегда давал деньги. Моё детство было такое, безотказное», говорит Элеонора.
Первый эпизод произошёл в шесть лет. Девочка проснулась ночью и увидела, как отец смотрит порно.
«Он увидел, что я не сплю, выключил компьютер и лёг ко мне под одеяло. “Давай поиграем в мужа и жену”», вспоминает Элеонора.
По её словам, отец научил её целоваться, показал половой орган и объяснил, «что с ним надо делать». Так началось регулярное насилие.
«Я думала, что это нормально. Что так папа проявляет любовь и заботу. Я полностью ему доверяла», вспоминает Элеонора.
Как утверждает Элеонора, насилие было систематическим — два-три раза каждые две недели, днём и ночью, независимо от того, был отец трезв или нет. Когда девочка отказывалась, он обижался, переставал разговаривать, садился за компьютер или отправлял её спать в другую комнату. Элеоноре становилось так плохо от обиды родного отца, что она «наступала себе на горло» и соглашалась.
По словам девушки, отец активно запугивал ребёнка. Он говорил шестилетней девочке, что если та расскажет маме, он нажмёт на кнопку, и вся семья (мама, бабушка, маленький братик) сгорит. Эля верила каждому слову.
«Если расскажешь — убью маму, бабушку, братика, а сам повешусь», угрожал отец.
Девочка не пыталась кому-либо рассказать о происходящем, только шептала об этом спящей бабушке.
Девять лет. Первая попытка сказать правдуПосле смерти бабушки семья переехала из Аксая в Алматы. Эля почувствовала, что больше нечего бояться, и в девять лет рассказала маме.
Реакция матери была сильным шоком. Она выкурила очень много сигарет подряд. Тётя пыталась вытянуть из девочки все подробности, но Элеоноре было неловко и страшно рассказывать. Семья вернулась в Аксай и обратилась в полицию. Завели уголовное дело.
Элеонора прошла полный консилиум психологов, судебную и психологическую экспертизу.
«Все врачи подтвердили, что я не вру», говорит она.
Однако биологических доказательств не нашли. После последнего случая прошло около полугода. Гинекологи не обнаружили разрыва девственной плевы. Дело закрыли. Отец и его жена подали встречное заявление, обвинив Элю в клевете и назвав её «сказочницей». Семья вернулась в Алматы, и дело замяли.
Долгие годы молчания и невидимые шрамыУже в 6–7 лет у неё начались месячные — крайне рано. В семь лет она ухаживала за новорождённым братиком, пока мама работала. Девочка чувствовала себя взрослой, одинокой и оторванной от сверстников — ей было не о чём с ними говорить.
«Я не успела побыть ребёнком… Я всю жизнь чувствую себя одинокой», признаётся она.
Мать долгое время предпочитала не возвращаться к этой теме. Она думала, что дочь забыла, и сама старалась забыть, чтобы не травмировать ребёнка ещё сильнее. Эля видела, что маме тяжело, и тоже не настаивала на разговорах. Только спустя годы мама извинилась, сказала, что ей стыдно. Сейчас она активно помогает дочери в новом деле.
Во взрослой жизни травма проявилась тяжёлыми последствиями: расстройство пищевого поведения (анорексия в 20 лет, вес падал до 39 кг при росте 170 см), попытки суицида, сложности с доверием к мужчинам. Первый брак повторил сценарий — муж оказался «копией отца»: абьюзер, поднимал руку, выбил зуб, не помогал с ребёнком, изменял.
Групповое изнасилование: когда мир рухнул во второй разВ декабре 2023 года, после ссоры с мужем, Элеонора оказалась в тяжёлой финансовой ситуации. Жила с ребёнком во времянке в горах, денег не было даже на еду.
7 декабря подруги скинулись, она купила продукты и шла домой. Было очень холодно. Трое мужчин предложили подвезти. Она согласилась — до дома было два километра пешком. Они повезли её мимо дома в неизвестное место. По словам Элеоноры, в доме её завели в комнату, раздели и по очереди насиловали.
«Я просто вцепилась в сэндвич и молилась, чтобы меня не убили, чтобы потом поесть», рассказывает Элеонора.
Насилие длилось около трёх часов. Как говорит девушка, мужчины были пьяные или под действием наркотиков. Когда они закончили, она потихоньку оделась и убежала. Телефон разрядился, было уже утро. Сын, к счастью, спал дома один. Она переживала этот ужас целый день, а вечером позвонила мужу.
«Я тебя больше не люблю, семьи не будет», сказал муж Элеоноры вместо поддержки.
Эля молчала об этом два года, потом рассказала маме и подругам. Мама сильно плакала.
Публичное признание и возобновление делаТолчком стал тяжёлый сон. Эля увидела себя шестилетней, умоляющей о помощи. Проснулась, задыхаясь и захлёбываясь в слезах. После этого записала видео и начала говорить открыто.
«Я поняла, что во мне это уже не помещается. Эта обида на папу, то, что меня никто не слышит», вспоминает она.
После этого Эля записала эмоциональное видео и выложила его в соцсети. Реакция оказалась мощной. Ей начали писать десятки женщин и мужчин, которые тоже пережили насилие от близких.
«Мне стало легче в плане того, что я такая не одна. Потому что после того, как я выложила этот ролик, мне стали писать разные женщины, мужчины о том, что они тоже подвергались насилию», говорит Элеонора.
Она решилась позвонить отцу. Разговор получился очень эмоциональным, на повышенных тонах. Отец всё отрицал. Элеонора признаётся, что изначально очень хотела услышать от него раскаяние и просьбу о прощении.
«Даже если бы он просто попросил прощения, я бы продолжила. Просто его раскаяние было бы доказательством. Но сейчас, из-за того, что он отрицает всё, мне немножко тяжелее», рассказывает девушка.
Отец в настоящее время тяжело болен — у него цирроз печени на фоне алкоголизма. Эля говорит, что хочет, чтобы он понёс наказание.
«Я хочу чтоб он мучился не только от того, что он в тюрьме, но и от того, что он ещё и больной», делится Элеонора.
Параллельно с этим Элеонора продолжает развивать свой блог. Она начала его несколько лет назад с мукбангов — просто ела на камеру, потому что страдала анорексией и пыталась набрать вес. Сейчас её контент изменился, она снимает исторические ролики о тяжёлых трагедиях. Эти видео хорошо заходят аудитории.
«Я сама стала для себя родителем»: борьба за сына и справедливостьСейчас Элеонора активно пытается возобновить уголовное дело против отца. Важным доказательством в её пользу стали результаты независимого полиграфа (детектора лжи).
Полиграфолог Кристина Даулетбаева, член Евразийской Ассоциации полиграфологов, провела исследование и подтвердила достоверность показаний Элеоноры.
Элеонора одна растит маленького сына. Живёт в съёмной квартире, доход блогера нестабильный. Бывают дни, когда ей самой буквально нечего есть. Но для ребёнка она всегда находит возможности — в этом ей помогает мама. Она старается дать сыну то, чего самой так не хватало в детстве: чувство полной безопасности и доверительные отношения.
«Самое главное — доброта, человечность… Чтобы он знал, что маме всегда можно доверять и всё рассказать», говорит Элеонора.
Несмотря на всё пережитое, она сохранила веру в то, что жизнь можно продолжать:
«Жизнь на этом не заканчивается. Можно взрастить броню и жить дальше, радоваться. Я сама стала для себя родителем и защитой», с уверенностью говорит Элеонора.
Элеонора до сих пор боится встретить отца на улице — перед ним в ней просыпается та самая маленькая девочка. Но отступать она не намерена. У неё даже есть татуировка с надписью «Или не берись, или иди до конца». Именно так она и живёт сейчас.
Её история уже помогла многим жертвам насилия почувствовать, что они не одни. И сейчас весь Казахстан наблюдает, чем закончится эта долгая и тяжёлая борьба Элеоноры за себя, за своего внутреннего ребёнка и за справедливость.
Читайте также:
Два изнасилования, потерянный ребёнок и годы молчания: откровенное интервью Наташи Калымбетовой Изнасиловали на топчане и сняли на видео: слабослышащая девушка заявила о групповом надругательстве в Шымкенте Подозреваемый в изнасиловании 13-летней падчерицы покончил с собой в Мангистау