Как передает Qazaq24.com со ссылкой на сайт Orda.kz.
Лилия Рах одевала криминальных авторитетов в 90-х, работала с семьёй Назарбаевых, строила модный бизнес в эпоху кооперативов и привозила в Казахстан люксовую одежду, которую покупали по цене квартир. В интервью журналисту ORDA News Архату Рахимжанову она рассказала, как торговала одеждой в последние годы существования СССР, почему бандиты стали её главными клиентами, какие отношения связывали её с Храпуновой и Назарбаевыми и почему мода до сих пор остаётся главным делом её жизни.
«Мымра городская»Лилия Рах родилась в селе Песчанка Семипалатинской области и говорит, что интерес к одежде у неё появился ещё в детстве — благодаря матери. По её словам, мама сильно выделялась на фоне остальных жителей деревни и постоянно придумывала для дочери необычные образы.
«Она лепила меня под своё видение. Я точно выглядела нестандартно для своей деревни», вспоминает Рах.
Мать Лилии работала сразу на нескольких работах, умела шить, вязать, вышивать и считалась лучшим продавцом во всём районе. Денег в семье было немного, но мама всё равно старалась доставать красивые вещи и наряжать дочь не так, как остальных детей в деревне. Из-за этого она постоянно бросалась в глаза окружающим. Когда дети ссорились с ней, они пытались задеть её прозвищем «Мымра городская».
Позже, уже в студенчестве в Семипалатинске, её любовь к моде только усилилась. Она шила себе одежду, ходила в джинсах и на платформе, дружила с городской рок-тусовкой и быстро стала заметной фигурой среди студентов.
«Мне эта внешняя красота была нужна как воздух», признаётся Рах.«Я всех наряжала»
Рах вспоминает, что ещё в конце 1980-х она открыла свой первый коммерческий магазин через русское общество в Талдыкоргане. Тогда кооперативы уже разрешили, а страна постепенно уходила от советской системы.
По её словам, магазин быстро стал популярным, потому что она привозила вещи, которые отличались от всего, что продавали на рынках. Лилия ездила в Алматы, находила людей, которые летали в Польшу, перекупала у них товар и собирала ассортимент «не как у всех».
«Я привозила этот товар, но видела это как-то по-другому. Он отличался от всего того, что вообще привозили с рынков, отовсюду. А у меня всё было другое. Я где-то это находила. Ходила, видела. Я всех наряжала».
Позже она открыла уже большой бутик, начала возить одежду из Москвы и Алматы, занимала деньги у знакомых и постепенно расширяла бизнес.
«Я одевала бандитов 90-х»В 90-х среди клиентов Рах оказалось немало криминальных авторитетов. Она говорит об этом спокойно и даже с иронией.
«Никогда не была криминальной, но с криминалом работала. Потому что я их всех одевала. Приходят ребята, а в магазине всё женское. Они говорят: „Слушай, ну ты такая крутая, давай нам что-нибудь“. Ну и всё, и понеслось. Один пришёл, привёл другого. Семьи свои приводили».
По её словам, они просили собрать образы как в популярном сериале того времени — «Бригада». Тогда Рах находила выходы на московских поставщиков, возила длинные пальто, костюмы и аксессуары Pierre Cardin. Главными клиентами, по её словам, стали «бандиты того времени», их семьи и крупные бизнесмены Семиречья и Алматы. При этом сама Рах утверждает, что никогда не участвовала в криминале и не переходила границу бизнеса.
О Храпуновых и НазарбаевыхВо время интервью Лилия Рах также рассказала о людях из окружения семьи Назарбаевых. Она не отрицала, что одевала Лейлу Храпунову, но подчёркивает: отношения были исключительно рабочими.
«Это как подружайка-парикмахер. Подруга из обслуживающего персонала», объясняет она.
По словам Рах, Храпунова иногда делилась с ней личными переживаниями, но настоящей дружбы между ними не было. Когда семья Храпуновых уехала из Казахстана и вокруг неё начались уголовные дела, Рах восприняла это спокойно.
«Жаль, что у людей нет меры. Что невозможно остановиться».
Совсем иначе она описывает отношения с Алией Назарбаевой. Рах прямо называет их дружескими и говорит, что для дочери первого президента была своего рода убежищем. Она также описывает Назарбаеву как «душевного, ранимого и много раз обманутого человека». По её словам, Алие было тяжело жить под давлением фамилии.
«Ей нужен был человек, который бы помог, который бы поговорил даже. Порой поговорить было не с кем. Кроме того, папа для неё — это Бог. Ей нужна была оценка папина. Она старалась ради него. Она очень хотела получить одобрение отца. Для неё это было очень важно», рассказывает она.
Рах отдельно упоминает и старшую дочь Нурсултана Назарбаева — Даригу. Но, в отличие от Алии, близкого общения с ней у Рах не было. По её словам, она несколько раз помогала Дариге Нурсултановне с образами и подарками, однако не занималась её имиджем постоянно и не входила в её личный круг.
Говоря об эпохе Назарбаева, Рах признаётся: ей тяжело смотреть на то, как сегодня вскрываются истории о коррупции, насилии и борьбе за активы.
«Я была увлечена тем, что делаю во благо, и совсем не замечала, что, оказывается, в это время было столько разрушений, убийств и всего остального».О рейдерстве и долгах
Отдельно Рах рассказала о конфликте с Jusan Bank, который она называет рейдерским захватом бизнеса. По её словам, банк за короткое время забрал недвижимость Savage Group площадью 6,5 тысячи кв. м в центре Алматы, а стоимость объектов сильно занизили.
Она утверждает, что хотела договориться с банком и добровольно предлагала отдать часть имущества, чтобы сохранить сам бизнес, однако переговоры зашли в тупик.
«Вокруг меня сложились такие обстоятельства, что я вообще никакого выхода не видела. Я ничего не воровала, я развивала фэшн в этой стране. В банке всё это прослеживалось. Но там бесконечно менялись команды — за год сменилось, по-моему, около десяти команд, и невозможно ни с кем разговаривать. Я многого боялась, если честно, потому что и ночные звонки разные были, и всё в этом плане».
В какой-то момент она даже записала обращение к Касым-Жомарту Токаеву и заявила, что готова совершить самосожжение у здания банка. По словам Рах, в тот момент она была готова на всё.
«Мода — это вся моя жизнь»Несмотря на кризисы, долги и потерю части бизнеса, Лилия Рах продолжает считать моду главным делом своей жизни. Она называет свой бутик пространством интеллектуальной моды, где соединяются искусство, стиль и эмоции.
«Мода для меня — это любовник, муж, брат, сестра. Это моя жизнь».
Кроме того, во время разговора она несколько раз возвращалась к мысли, что всю жизнь жила через работу, стиль и постоянное движение вперёд. Именно поэтому, по её словам, в какой-то момент ей пришлось выбирать между личной жизнью и модой.
И отказываться от этого выбора она не собирается.
Ранее в большом интервью с редакцией Камила Ахмулаева, жена одного из самых влиятельных воров в законе, рассказала, почему считает дело мужа провокацией, как ждала его десятилетиями и почему его имя до сих пор вызывает споры. Речь идёт о Серике Джаманаеве, известном как Голова. Ему приписывали контроль над тюрьмами, наркотрафиком и ОПГ. В 2021 году суд приговорил его к 19 годам лишения свободы, а в апреле 2025 года он умер в петропавловской онкобольнице от онкологии печени.
Читайте также:
«Дети умирали по дороге в аэропорт»: Аружан Саин — о детских домах, аутизме и провалах системы «Мы уже не советское общество»: Гульмира Илеуова о власти, русских и бедности в Казахстане "Между пассивностью и участием": что стоит за высокой явкой на референдума, рассказал политолог Полетаев