IMEI, государство и данные пользователей: во что превращается верификация смартфонов в Казахстане

История с IMEI в Казахстане постепенно перестаёт быть борьбой с серым импортом смартфонов. За последний год вокруг системы верификации устройств успели вспыхнуть скандалы, споры о монополии, вопросы о персональных данных и опасения по поводу будущего цифрового контроля. При этом Казахстан всё сильнее начинает напоминать Кыргызстан, где аналогичная система со временем фактически перешла под контроль государства. В материале Orda.kz разбираемся, как меняется рынок IMEI в Казахстане и почему эта история уже давно вышла за пределы обычной регистрации смартфонов.

Весной 2026 года Forbes выпустили большой материал о казахстанской системе верификации смартфонов по IMEI. На фоне огромного потока новостей о верификации тема почти потерялась. Хотя ещё год назад вокруг неё кипели скандалы, споры о монополии и обвинения в создании очередной «прокладки».

Они описали Казахстан как пример страны, которая смогла начать системную борьбу с серым рынком смартфонов через инфраструктурный контроль устройств.

Но если внимательно посмотреть на происходящее, становится заметно другое. Как Казахстан всё сильнее повторяет путь Кыргызстана. Там система IMEI тоже начиналась как инструмент борьбы с контрабандой и нелегальными телефонами. А затем постепенно превратилась в государственную цифровую инфраструктуру с участием налоговой и таможни.

Как Казахстан вообще пришёл к IMEI-контролю

Тема IMEI в Казахстане появилась не на пустом месте. Годами рынок смартфонов существовал в полусерой зоне. Огромное количество устройств завозили без полной уплаты пошлин и НДС. Одни из них завозили буквально «в чемоданах», другие — через параллельный импорт или схемы с подменой документов и стоимости.

Параллельно существовала и другая проблема — клонирование IMEI. На рынок попадали устройства с дублирующимися идентификаторами. Иногда это были восстановленные телефоны, иногда контрафакт, иногда устройства с изменёнными прошивками.

В государстве долгое время не могли полноценно контролировать этот рынок. Тогда и появилась эта идея: вместо бесконечной борьбы с импортёрами и продавцами взять под управление саму возможность работы устройства в сети. Если смартфон не сможет подключиться к мобильному оператору, то продавать его станет бессмысленно.

В теории схема выглядела эффективно. На практике всё быстро превратилось в политически токсичную историю.

В 2025 году вокруг системы верификации смартфонов разгорелся большой скандал. Многие опасались, что в стране появится новая монопольная структура с доступом к огромному массиву данных о мобильных устройствах. Тогда активно обсуждали вопрос: не станет ли рынок IMEI аналогом истории с оператором РОП. Orda.kz подробно разбирала это в материале: 

Верификация смартфонов в Казахстане: будет ли монополия, как у «Оператора РОП»?
 

Позже обсуждение перешло уже к конкретным компаниям, которые могли получить контроль над верификацией устройств.

Казахстан выбрал «свой путь», через который уже прошел Кыргызстан

После прошлогодних скандалов вокруг верификации смартфонов министр цифрового развития Жаслан Мадиев уверил, что частной монополии в этой сфере не будет. Но смысл этой позиции оказался не в отказе от монополии как таковой, а в том, что контроль над системой должен стать государственной привилегией.

И тут казахстанская история начинает всё сильнее напоминать сценарий, уже реализованный у соседей. Ещё в 2021 году Кыргызстан начал внедрять похожую систему контроля мобильных устройств через частную компанию Inmobiles MIRS.

При этом между двумя историями прослеживается интересная связь и по самим компаниям. В отчёте по проектам государственно-частного партнёрства на 1 февраля 2023 года, исполнителем проекта «Создание единой автоматизированной системы регистрации мобильных устройств посредством IMEI-кодов» в Казахстане значилось ТОО «Inmobiles». Казахстанские СМИ находили подтверждение, что после нескольких перерегистраций, компания превратилась в ATS Mediafon, в того самого частного игрока, который занялся верификацией мобильных устройств в Казахстане.

Даже это сходство делает казахстанский кейс продолжением уже знакомого сценария. Сначала частный оператор запускает техническую инфраструктуру и берёт на себя весь негатив вокруг системы, а затем государство постепенно забирает контроль над механизмом себе.

Аргументы были схожие:

борьба с серым импортом; защита от контрафакта; повышение прозрачности рынка; налоговый контроль; борьба с кражами устройств.

Сейчас в кыргызской модели регистрации IMEI фигурируют уже Государственная налоговая служба, таможенные органы и государственная цифровая система идентификации мобильных устройств. То есть механизм, который начинался как частный инструмент борьбы с серым рынком, фактически стал частью государственной цифровой инфраструктуры.

Что думают казахстанские эксперты и как на ситуацию смотрят за рубежом

Одним из критиков возможной передачи контроля над системой IMEI государству стал экономист Айдархан Кусаинов. Он обратил внимание на противоречие между официальной риторикой о снижении роли государства в экономике и происходящим вокруг верификации смартфонов.

«Сначала бизнес инвестировал и создал инфраструктуру, разработал и выстроил систему, принял на себя весь общественный негатив, отработал возражения и стартовые накладки и косяки. Теперь самое время отобрать бизнес в госмонополию», заявил Кусаинов.

По мнению экономиста, история с IMEI стала плохим сигналом для частного сектора. Она показывает, что долгосрочные инвестиции бизнеса в совместные проекты с государством в любой момент могут превратиться в проблему.

Самое интересное, что международные медиа смотрят на ситуацию иначе. В апреле Forbes выпустил материал о казахстанской системе IMEI и фактически назвал её примером инфраструктурного контроля над серым рынком смартфонов.

Издание обратило внимание на главный принцип системы, что контроль перенесли с таможни и отдельных продавцов, на инфраструктуру связи. Если устройство не проходит верификацию, оно теряет возможность работать в мобильной сети.

Forbes отметили, что Казахстан стал одной из немногих стран, где государство пытается решать проблему серого импорта на уровне инфраструктуры связи.

Но вместе с этим издание указало и на риски такой модели. Среди них:

рост стоимости устройств; снижение доступности дешёвых смартфонов; проблемы для малообеспеченных пользователей; вопросы приватности; централизация данных и контроля. Иллюстрация: ИИ Почему многие были против частной модели

При этом и к частной системе вопросов было немало. С самого начала часть общества и экспертов выступала против передачи столь чувствительной инфраструктуры коммерческим структурам.

Ранее мы подробно разбирали историю вокруг частных верификаторов, которые угрожали пользователям блокировкой смартфонов и вызвали волну критики из-за возможного появления новой «прокладки» между государством, операторами и владельцами устройств. 

Тогда критиков в основном беспокоили:

доступ частных компаний к данным устройств; прозрачность хранения информации; механизм возможной блокировки смартфонов; контроль над реестрами IMEI и потенциальные злоупотребления.

Особенно остро воспринимали саму идею того, что частная компания может получить влияние на инфраструктуру, от которой зависят миллионы пользователей.

К чему пришли

История с IMEI в Казахстане стартовала как борьба с серым импортом смартфонов. Но довольно быстро стала куда более масштабной, где были споры о монополии, вопросы о персональных данных и борьба за контроль над цифровой инфраструктурой.

Сначала общество возмутилось из-за частных компаний и возможной новой «прокладки» между государством, операторами и пользователями. Теперь ситуация меняется: система всё сильнее уходит под контроль государства. И если раньше основная критика шла в сторону частных верификаторов, то теперь недовольство всё чаще звучит уже со стороны экспертного сообщества, которое видит в происходящем усиление государственной монополии.

И тут Казахстан всё заметнее повторяет модель, знакомую по кыргызскому кейсу. Там механизм тоже запускали как способ борьбы с контрафактом и серым рынком, а в итоге он постепенно стал частью государственной цифровой системы с участием налоговой и таможни.

При этом Forbes уже рассматривает казахстанскую модель как потенциальный пример для других стран. А мы и дальше продолжим следить за тем, как эти инновации будут менять рынок смартфонов и цифровую систему Казахстана.

Читайте также:

АФМ создаёт сеть помощников для борьбы с финансовыми преступлениями Обманом втянули в госзакупки? Новый поворот в истории с ёлочными игрушками в школе Степногорска Масло за бесценок? Кто зарабатывает на загадочном экспорте через юг Казахстана