Когда в степи цветут тюльпаны...

– Айдархан Миралиевич, как национальный костюм помогает нам сохранять связь с традициями?

– Национальный костюм – это не просто одежда, а своего рода живая память народа. В его орнаментах, силуэтах и деталях отражаются история Великой степи и мировоззрение наших предков. Каждый элемент традиционного костюма имеет смысл. Узоры на ткани – не просто украшение, а древний язык символов, передававшийся из поколения в поколение. В них можно увидеть образы степных трав, рогов барана, солнечных лучей, дорог и бескрайних просторов. Орнамент служил своеобразным оберегом, отражал представления людей о гармонии мира, благополучии и защите семьи.

Не менее выразительны и сами силуэты одежды. Свободные линии чапанов и камзолов, теплые ткани, богатая вышивка – все это формировалось в условиях кочевой жизни, когда одеж­да должна была быть одновременно удобной, практичной и красивой. В ней сочетались эстетика и жизненная мудрость степняков.

Когда человек надевает национальную одежду, он словно на мгновение возвращается к своим корням, чувствует связь с культурой и землей, на которой много лет жил его народ. Особенно символично, что это происходит в дни Наурыза – праздника весны, обновления и возвращения к истокам. Национальная одежда становится символом преемственности поколений, напоминанием о богатой культуре и духовных ценностях, которые продолжают жить и развиваться вместе с народом.

– Казахский костюм богат символами и деталями. Какие из них актуальны для современной моды?

– Национальная одежда казахов удивительно современная по своей философии. В ней всегда существовала гармония формы, орнамента и материала. Сегодня все больше модельеров обращаются к богатому наследию степи, переосмысливая традиционные силуэты, узоры и ткани в духе сегодняшней моды. Можно сказать, что в наши дни национальная одежда выходит за рамки сценических костюмов и музейных витрин, постепенно становясь частью повседневного стиля.

Дизайнеров особенно вдохновляют традиционные орнаменты. Наиболее часто в разработках костюмов модельерами, в том числе и мной, используется қошқар мүйіз – один из древнейших символов, который означает силу, благополучие и жизненную энергию. Но, на мой взгляд, важно не просто повторять древние формы, а переосмысливать их, превращать в современную графику.

Также важны другие составляющие традиционного костюма: свободный силуэт, многослойность, использование натуральных материалов.

– Есть ли в ваших коллекциях образы, которые ассоциируются с атмосферой Наурыза?

– Конечно, есть, и их много. Для меня Наурыз – это прежде всего вес­на в степи, пробуждение природы и радость новой жизни. В моих принтах и композиционных решениях можно увидеть цветущую степь, поля тюльпанов, а также ощутить движение вет­ра на бескрайних просторах. Иногда вдохновением становятся и народные игры – их энергия, стремительность и праздничная атмосфера.

Аромат весенней степи однажды вдохновил меня на создание авторского парфюма Tulip, посвященного цветению диких тюльпанов. Мне хотелось передать в нем ощущение того момента, когда степь после долгой зимы словно оживает: воздух наполняется свежестью, солнце становится мягче, а на прохладной еще земле уже появляются первые яркие цветы.

Вообще, тюльпан для меня – особый символ весны и обновления. Эти цветы издавна росли на просторах Казахстана. Когда степь покрывается красными, желтыми и розовыми цветами, она превращается в огромный живой ковер, сотканный самой природой. Этот образ часто находит отражение и в моих коллекциях – в орнаментах, цветовых сочетаниях, плавных линиях силуэтов.

Наурыз становится нас­тоящим источником творческой энергии, напоминает о том, что культура народа, как и природа, постоянно обновляется. Традиции могут получать новое звучание, но их глубокий смысл остается неизменным: это уважение к земле, природе и тем духовным ценностям, которые пере­даются сквозь века.

– Какие цвета и фактуры лучше всего передают дух степи?

– Я всегда считал степь великим художником. Ее цвета и простор вдохновляют меня на новые коллекции. Дух степи – это природная гармония. Это цвета земли и неба, оттенки травы и солнца – бежевые, терракотовые, зеленые и голубые тона. Что касается фактур, то они должны быть натуральными: войлок, шерсть, шелк, хлопок. Такие материалы не только красивые, но и «живые» – они дышат, сохраняют тепло, мягко ложатся в складки. Именно из таких тканей испокон веков соз­давалась одежда кочевников, которая должна была быть удобной в дороге, защищать от ветра и холода, но при этом оставаться легкой и практичной.

Силуэты же дополняют общую картину. Чаще всего они свободные, словно повторяющие движение ветра в степи. В них нет жесткости или излишней строгости – наоборот, линии мягкие, текучие, позволяющие человеку чувствовать себя комфортно. Такая пластика формируется самой природой степи, где пространство открыто, а горизонт кажется бесконечным.

Иногда вдохновение приходит из самых простых наблюдений: как колышется трава на ветру, как меняется цвет степи на закате или как после дождя небо становится особенно глубоким и прозрачным. Все эти впечатления постепенно превращаются в ткани, цвета и формы будущих коллекций.

– Станет ли нацио­нальный костюм частью современной городской моды?

– Сегодня национальные кос­тюмы все чаще можно увидеть не только на сцене или во время народных гуляний, но и в повседневной жизни. Это свидетельствует о том, что интерес к традиционной одежде в обществе растет. Молодежь охотно выбирает элементы традиционного стиля: орнаментальные вставки, вышивку, стилизованные камзолы или платья с этническими мотивами. В этом проявляется стремление сохранить культурное наследие и вмес­те с тем придать ему новое звучание.

Убежден, что сделать национальный костюм частью современной моды возможно и даже необходимо. Традиция должна жить не только в музеях или на праздниках. Задача дизайнера – бережно переосмысливать традицию, сохраняя ее дух и символику. Тогда постепенно она станет частью нашей жизни.

– Айдархан Миралиевич, расскажите о стиле неофольклор, эстетику и философию которого вы активно продвигаете...

– Неофольклор – это своего рода диалог традиций и нынешней моды. Еще в середине 90-х годов я начал работать с этим направлением. Его идея заключается в соединении традиционной культуры и современного дизайна. Это не копирование прошлого, а его новое прочтение. Основная задача разработчика моделей – передать настрое­ние и философию далекой эпохи. В современной одежде, сшитой в этом стиле, могут появляться новые крои и детали, однако сохраняется главное – ощущение степного прос­тора, естественности и внутренней гармонии, которые всегда были частью культуры Великой степи.

Неофольклор популярен сегодня и в Казахстане, и в других странах Азии, особенно в соседних Кыргызстане и Узбекистане.

– Что нужно сделать, чтобы казахский стиль стал узнаваемым в мире?

– Прежде всего – сохранять свою культурную идентичность. Мир сегодня ищет уникальность. А у Казахстана есть богатое наследие – самобытная культура, традиции кочевой цивилизации, народные ремесла, орнаменты с природными мотивами и история Великого шелкового пути. Именно через эти ценности казахстанская мода может говорить с миром и стать популярной.

А для ее продвижения, безусловно, нужны специальные площадки. Одной из них является Aspara Fashion Week, которая была создана для того, чтобы показать, как традиции могут вдохновлять современную моду и объединять дизайнеров из разных стран.