Опасный тренд, или Как молодежь в Казахстане вовлекают в религию

Почему слова муллы вызвали бурную реакцию казахстанцев, должен ли муж платить жене за домашний труд и зачем выпускники медресе запустили новый тренд — редакция Total.kz предлагает обзор публикаций из казахоязычных СМИ и социальных сетей.

Недавно имам-проповедник Талгат Бакытулы на одной из похоронных церемоний заявил, что «тенгрианцев нельзя хоронить на мусульманских кладбищах», для них должны быть отдельные места. Это высказывание вызвало неоднозначную реакцию казахстанцев, пишет Democrat.kz.

Одни пользователи поддержали эту позицию.

«Рядом с мусульманином не должен лежать никто, кроме мусульманина», «Тенгрианцев нужно хоронить в другом месте», «Независимо от того, что они казахи, тех, кто не уверовал в Аллаха, следует хоронить отдельно от наших кладбищ», — написали они в комментариях.

Однако известный имам Нурлан Байжигитулы с таким мнением не согласился.

«Земля не является собственностью муллы. Кто и где будет похоронен — известно лишь Аллаху. Ведь вы хороните и самых порочных, и самых недостойных людей. Если государство выделило участок под кладбище, значит, там и будут хоронить», — отметил он.

В свою очередь проповедник Данияр Кенжеулы возразил ему, ссылаясь при этом на Абая.

«По нормам шариата рядом с мусульманином не хоронят немусульманина. Согласно шариатскому праву это недопустимо. Это неизменное и строгое правило», — заявил он, настаивая на необходимости отдельных кладбищ для тенгрианцев.

В публикации отмечается: осознают ли те, кто так громко кричит о «мусульманских кладбищах», «шариатских нормах» и «земле Аллаха», что Казахстан — это светское государство и не живет по шариатским законам.

«Получается, они не подчиняются нормам и требованиям, закрепленным в Конституции, в которой закреплено, что Казахстан — земля казахов, и они против политики президента, управляющего страной на его основе?» — задается вопросом автор материала.

© infom.kz.

Портал Stan.kz подсчитал, что бесплатный труд казахстанских домохозяек может превышать один миллион тенге в месяц. Уборка, приготовление пищи, уход за детьми в Казахстане часто воспринимаются как обязанность женщины. Однако, если оценить этот труд по рыночным расценкам, его стоимость оказывается свыше одного миллиона тенге ежемесячно, отмечается в материале.

К примеру, услуги по уборке квартиры в зависимости от площади стоят от 12 тысяч тенге, работа повара оценивается в 15–20 тысяч тенге в день, а заработная плата нянь может достигать 300–400 тысяч тенге в месяц. Если сложить эти расходы, то стоимость труда женщины, занимающейся домашним хозяйством, по рыночным расценкам может достигать порядка 1,5 миллиона тенге в месяц.

Между тем в Казахстане есть семьи, где мужья выплачивают своим женам вознаграждение за ведение домашнего хозяйства и воспитание детей. К примеру, Данияр Султанбай рассказал изданию, что ежемесячно платит супруге 200 тысяч тенге.

«Я делаю это уже более полугода. Эти деньги — ее личный бюджет. Многие, возможно, зададутся вопросом: зачем платить жене зарплату? Но я считаю, что это правильно», — отметил он.

По словам Фаризат, ее супруг также ежемесячно выплачивает ей своего рода «зарплату», однако точную сумму она не уточнила.

«Муж каждый месяц платит мне зарплату. Эти деньги идут на бытовые расходы и мои личные нужды. Считаю, что у каждой женщины в браке должны быть собственные средства», — говорит она.

Алматинка Камшат Шинадилова отмечает, что привлечение специалистов по уборке и приготовлению пищи помогает экономить время и уделять больше внимания себе.

«К услугам клининга я обращаюсь примерно раз в месяц. В последний раз уборка нашего двухэтажного дома обошлась в 70 тысяч тенге. Женщина не должна ограничиваться только бытовыми обязанностями и забывать о себе. Отдых, прогулки, личное время — тоже важны», — убеждена она.

Многие опрошенные редакцией женщины сходятся во мнении, что, если сопоставить домашний труд с профессиональными услугами, его реальная стоимость оказывается очень высокой.

«Тренд» из песни, прославляющей казахов, запущенный молодыми выпускниками медресе муфтията, по мнению журналиста Ораза Алимбекова, вводит молодежь в заблуждение.

Он опубликовал этот ролик на своей странице в Facebook.

«Этот тренд с роликом под казахскую песню хафизов и кари сбивает молодежь с пути. Ислам, по сути, не придает значения национальности. Интернациональный нарратив соответствовал интересам исламского халифата, возникшего на Аравийском полуострове, который стремился обратить в мусульманство все народы. Молодые выпускники медресе муфтията, хафизы и кари создали этот тренд на основе песни, прославляющей казахскую нацию. По сути, таким образом муфтият пытается завоевать аудиторию в 20 миллионов казахстанцев», — отметил журналист в своем посте.

По его словам, подобные методы применялись в Казахстане и ранее.

«Практику навязывания религиозной пропаганды, обернутой в оболочку национальных традиций, в конце 1990-х годов на казахской земле начали использовать суфии-зикристы во главе с Исматуллой Максымом, прибывшим из Афганистана. В основе концепции этой группы лежал так называемый «казахский ислам». Имамы муфтията опасались, что «зикристы» могут увлечь за собой казахскую общину, поэтому выступали против них очень жестко. Именно тогда усилились проповеди о том, что «домбра — харам», а «сәлем салу» (приветствие невестки) — ширк. А теперь этот тренд запустили, но уже с участием молодых выпускников медресе», — пишет Алимбеков.

По мнению журналиста, казахам следует формировать сознание иного рода — не религиозное.

«Нет никакой пользы в том, чтобы укоренять религиозное сознание среди казахов. Нам нужно формироваться как политическая нация, а для этого необходимо развивать политическое сознание», — заключает Ораз Алимбеков.