Паводки в Казахстане: пять областей стали мишенями

Что спасательные службы могут противопоставить большой воде?

Река Уил, Актюбинская область, 8 марта. На полутора тысячах квадратных метров ледяного покрова реки специалисты раскладывают взрывчатое вещество. Съемки — для отчета и безопасности — ведутся с дрона. Даже спецслужбы находятся на безопасном удалении от точки. В один миг происходит детонация, и в воздух взмывают сотни ледяных фонтанов. Эффектно! Но работы проводятся не для красивой картинки — так избавляются от ледового панциря на воде. Превентивные действия для того, чтобы паводковые воды шли беспрепятственно. Несколько дней назад взрывные работы на площади в 43 тысячи «квадратов» провели в Западно-Казахстанской области. Но это — только одна из мер.

В начале марта «Казгидромет» распространил гидрологический прогноз, по которому в зоне подтопления в этом году рискуют оказаться пять областей — Акмолинская, Карагандинская, Восточно-Казахстанская и Северо-Казахстанская области, а также область Абай. В прошлом году в прогнозе были отмечены восемь областей. Такие сводки дают, проанализировав гидрометеорологические наблюдения в регионе за несколько десятков лет. Специалисты учитывают все: сколько дождей было осенью и снега зимой, насколько увлажнена почва и как глубоко она промерзла, даже погоду, которую ожидают в самый «горячий» период для спецслужб — время снеготаяния.

— «Штатной» будет весна, если температура будет повышаться постепенно, без резких колебаний. К примеру, амплитуда таяния была резкой в 2024 году и довольно мягкой в 2025-м — снег таял постепенно, — объясняет начальник управления Комитета предупреждения чрезвычайных ситуаций МЧС РК Айдос АЛИЕВ.

Но, похоже, погода не будет облегчать условия работы спасательных служб — по прогнозам синоптиков, март и апрель в стране будут теплее нормы на один градус. И этот градус может существенно изменить ход вещей и алгоритм работ.

Айдос Алиев уточняет: «сценарий» паводка повторяется редко — каждый год приносит свои особенности. Соответственно, нужно скорректировать тактику работ.

В этом году, по прогнозам, подъемом уровня воды угрожают не столько реки, хотя превентивные меры предусмотрены и на них. Ждут степных паводков — явления весьма непредсказуемого и не менее опасного, чем вышедшая из берегов река. Этому способствует много факторов — большие снегозапасы, ледяная корка до 4 сантиметров и почва, промерзшая на глубину до двух метров. Воде не уйти вглубь, она тает и образует «океан» в степи.

— Талую воду, пришедшую из степи, — рассказывает эксперт, — гонит ветер. Иногда русла, куда она могла бы стекать, еще не освободились ото льда. Вода идет по поверхности и доходит до населенных пунктов. Противостоять ей сложно — приходится укреплять подступы к жилью. Но бывает, она напитывается еще и грунтовыми водами или дождями, которым из-за рельефа местности некуда уходить. Универсального рецепта в нашей работе в случае паводка нет — каждый регион и даже населенный пункт диктует свои алгоритмы необходимых работ и превентивных мер.

Министерство чрезвычайных ситуаций РК информирует: на карте местности, подверженной паводкам, 1242 населенных пункта. В круглосуточный режим работы переведены 39 тысяч специалистов спасательного ведомства, более 18 тысяч единиц техники и спецоборудования стянуты в регионы, на которые может быть направлена «атака» большой воды. Учтен печальный опыт 2024 года, и усиление в спасведомстве прошло и по части оснащения — на базе спасателей теперь 842 единицы разнообразной техники, закуплено еще 27 лодок и катеров, четыре самолета.

Айдос Алиев уточняет: главные подготовительные работы к весеннему паводку спасатели начинают еще осенью. Уже построено 830 километров защитных дамб и валов. 1128 километров дренажных систем, каналов и арыков отремонтированы, а где-то, ориентируясь по местности, выстроены и новые. Специалисты установили и заменили 934 водопропускных сооружения. А эвакопункты, открывшиеся в регионах, способны принять до миллиона человек.

У каждой реки свой характер, и, зная, как она обычно ведет себя весной, углубляют дно реки, ее берега, спрямляют русла и очищают реки, арыки и каналы от мусора и веток. Словом, максимально открывают путь воде.

Обычно на помощь спасателям приходят военнослужащие, волонтеры. Работают чеэсники и с местными исполнительными органами. На них — очистка прогнозируемых водостоков от мусора и вывоз снега. Айдос Алиев отмечает: в последние годы специалистов-спасателей наконец услышали — акиматы стали организовывать снегонакопители согласно их рекомендациям. А бывало, доходило до абсурдного: полигоны для таяния снега местные власти определяли на возвышенности и активно свозили туда снежные глыбы. Таял не только снег, но и впустую потраченные бюджетные средства — а вместо спасения для населенных пунктов появлялась новая угроза!

Не каждая работа на опережение паводка по плечу непрофильным специалистам. Соорудить заслон из мешкотары, возводить барьеры спецтехникой — одно дело. Но иногда в игру вступают редкие профи даже в спасательном ведомстве. Водолазную службу МЧС относят к элитной — не каждый спасатель может выполнять их задачи. И покорители глубин тоже задействованы на паводках.

В прошлом году, уже в апреле, при укреплении дамбы в селе Тепличное (Северо-Казахстанская область), когда усилившийся ветер поднял полуметровые волны, способные разрушить водозащитное сооружение или «перекинуть» воду через гребень дамбы, водолазы опустились в ледяную воду. Они укрепили дамбу с помощью специальной пленки.

Для мониторинга паводков используют и новые технологические решения. С прошлого года в стране работает интегрированная цифровая платформа моделирования паводковых рисков Tasqyn («Паводок»). Ее разработали по поручению главы государства после разрушительных паводков 2024 года. В базу данных системы собираются данные «Казгидромета», Министерства экологии и природных ресурсов, Министерства водных ресурсов и ирригации, МЧС. Это информация с гидропостов, снимки рельефа местности, данные со спутников. За 30 дней программа дает прогноз о критическом подъеме воды в речных бассейнах, рассчитывает, куда пойдет вода (с указанием населенного пункта), и даже в какие дни ждать подтопления!

На пользу слаженной работе системы и анализа текущей ситуации работают аэрофото- и видеосъемка. По графику мониторит ситуацию с воздуха служба спасавиации. В начале марта авиационный патруль в Актюбинской области осмотрел водохранилища Актюбинское, Каргалинское и Магаджанское, а также Иргизский район. Особое внимание — состоянию гидротехнических сооружений, уровню снежного покрова и устьям рек. В Восточно-Казахстанской области аэровизуальное обследование лавиноопасных и паводкоопасных участков сосредоточилось на маршруте «Усть-Каменогорск — район Алтай — район Үлкен Нарын — Катон-Карагайский район». Специалисты отметили: река Бухтарма подо льдом, но уже присутствуют проталины и промоины. А вот плотины водохранилищ Лайлинское, Ешкибайское и Нижнее Тайынты покрыты сплошным ледяным покровом.

— В штатном режиме, — вынесла вердикт комиссия специалистов.

В Шымкенте воздушный мониторинг нацелен на русла рек и ирригационных систем, с воздуха оценивают арычно-ирригационные каналы и водопропускные сооружения. Тут же определяются меры профилактики.

Этой весной на помощь людским ресурсам приходят и беспилотники — проект «Единая инфраструктура дронов». БПЛА мониторят уровень воды и состояние защитных сооружений. Отснятый материал в режиме реального времени передается в оперативные областные штабы ДЧС и Digital-центры. Пока на уровне «пилота» проект продемонстрировал работу в Акмолинской области. По завершении паводков дроны будут отслеживать пожары, стихийные свалки, стройку в неположенном месте, могут даже теплопотери зданий и инженерных сетей отследить.

Юлия ЗЕНГ, фото предоставлены пресс-службой МЧС, Алматы