Раскрывая тайну звука

Как известно, казахские музыкальные инструменты особенно активно и всесторонне стали изучаться только в ХХ–ХХI веках. Достаточно вспомнить работы Августа Эйхгорна, Рихарда Карутца и других ученых, впервые создавших свои коллекции казахских и шире – центральноазиатских музыкальных инструментов в начале ХХ века, а также труды Болата Сарыбаева, рассматривавшего казахские музыкальные инструменты в общетюркском контексте. Их связь с передне­азиатским и ближневосточным музыкальным инструментарием – еще одно важное направление в современной казахстанской этноорганологической науке, к сожалению, пока мало разработанное.

В свете сказанного книга Сагатбека Медеубека «Әл-Фараби және қазақтың музыкалық аспаптары» («Аль-Фараби и казахские музыкальные инструменты») представляется своевременной, в какой-то мере способной восполнить образовавшийся пробел. Хотя автор скромно заявляет о своем «журналистском расследовании», тем не менее речь идет о настоящей научной разработке, направленной на выявление взаимосвязей между казахским и ближневосточным музыкальным инструментарием. По своему размаху и глубине в постановке проблем она не уступает современным этноорганологи­ческим исследованиям.

Личность аль-Фараби – великого философа, энциклопедиста, математика и астронома, мыс­лителя и музыканта – с давних времен привлекает внимание исследователей. Он изучал музыкальные инструменты, сам создавал и играл на них. Но несмотря на имеющиеся работы ряда ученых о трактате аль-Фараби «Большая книга музыки», сравнительные исследования музыкального инструментария в этой области не проводились. В действительности же необходимость в изучении национальных инструментов на более широком фоне назрела давно.

Кроме того, следует отметить, что в Казахском национальном университете им. аль-Фараби сложились свои давние традиции в понимании личности этого ученого и оценке его деятельности. Существенный вклад в изучение и популяризацию наследия аль-Фараби внесли Акжан Машанов, Каныш Сатпаев, Мукаш Бурабаев, Ауданбек Кобесов, Ануар Алимжанов. Неоценимо значение их трудов в развитии фарабиеведения – новой области науки, получившей развитие в стенах университета и за его пределами. Внутри вуза, а также в ­Казахстане, в дальнем зарубежье открылись научные и учебные центры «Аль-Фараби и казахская духовная культура». Регулярно проводятся научные конференции, олимпиады, посвященные личности великого мыслителя.

Поэтому появление монографии Сагатбека Медеубека «Аль-Фараби и казахские музыкальные инструменты» в контексте университетской науки представляется вполне закономерным.

При более подробном знакомстве с ней обращает на себя внимание охват и привлечение разнообразного материала: от археологических, исторических источников до конструкции инструментов; подкупает читателя эрудиция, прекрасная осведомленность в вопросах современного, в том числе казахстанского этноинструментоведения, знание работ в данной области. В этой связи следует отметить ее значение как для фарабиеведения, так и казахстанского этномузыкознания. Заслуживает внимания попытка автора выявить опосредованные скрытые связи между музыкальными инструментами средневекового Востока (Х в.) и более поздними их видами, бытующими ныне у народов Центральной Азии в целом, и казахов в частности.

Монография состоит из четырех глав, нескольких приложений. Первые три главы носят вступительный (предварительный) характер. Они посвящены преимущественно личности Абу Насра аль-Фараби и его вкладу в развитие мировой науки и культуры. Особое внимание уделяется разработке новых методологических подходов, позволяющих более продуктивно изучать его научное наследие.

Абу Наср аль-Фараби обладал глубокими знаниями в различных сферах науки. Его осведомленность в области физических закономерностей была настолько высокой, что он с помощью простых приемов мог объяснить, как возникает звук в музыкальных инструментах. Опираясь на высказывания великого ученого, автор монографии стремится найти ответы на вопросы о происхождении и механизмах возникновения звука вообще, и музыкального в частности, в его связях с особенностями музыкального восприятия.

Как указывает исследователь, у аль-Фараби есть и другие труды, посвященные музыкальному искусству. Среди них книги ­«Китаб аль-Лика» и «Китаб Ихсай аль-Икаат», которые пока остаются малоизученными.

В работе показано, что Абу Наср аль-Фараби был одним из основоположников современной органологии – науки о музыкальных инструментах. В целях выявления глубинных взаимосвязей научного мировоззрения ученого с казахской инструментальной музыкальной традицией автор обращается к трактатам мыслителей средневекового Востока, занимавшихся вопросами этноорганологии; высказываниям, отражающим особенности национальных музыкальных инструментов, зафиксированных в казахском фольклоре и устной народной словесности.

По справедливому замечанию автора, казахстанское этноинструментоведение в ХХ веке достигло высокого уровня развития во многом благодаря выдающимся трудам Ахмета Жубанова и Болата Сарыбаева. Наряду с ними рассматриваются научные изыскания музыковедов Сары Кузембае­вой, Асии Мухамбетовой, Сауле Утегалиевой и Гульзады Омаровой, посвященные казахским и общетюркским музыкальным инструментам и инструментальной музыке. Внимание уделяется и этнографическим работам Акселеу Сейдимбека, в которых раскрывается историко-культурный контекст функционирования инструментального, в том числе домбрового искусства.

Основная часть монографии посвящена собственно музыкальным инструментам. В ней приводится описание двадцати пяти казахских музыкальных инструментов, которые используются в настоящее время. Из них лишь некоторые сравниваются с ближневосточными (уд, танбур, мизмар, сурнай, рабаб, мизаф, шахруд), другие – с типологи­чески родственными видами, бытующими в Центральной Азии.

Интерес представляет предложенная им методика их изучения. На основе имеющихся описаний (условия и техника изготовления, сборка деталей), приводимых в трактате, он составляет чертеж инструмента, который, возможно, в чем-то схож с казахским. Рас­сматривая историю возникновения и эволюцию казахского инструмента, автор демонстрирует его конструкцию с помощью схемы, указывая названия всех его частей и определяя их функции; объясняет, как происходит сборка инструмента; раскрывает его звуковые и акустические возможнос­ти; дает этимологический анализ названий с позиций языковой теории, а также привлекает нотные образцы звукорядов. Таким образом, проводятся параллели между щипковыми (арабский уд и казахский шертер, танбур и домбра) и смычковыми лютнями (рабаб и кобыз), простыми хордофонами типа цитры (шахруд, мизаф и жетыген), духовыми (мизмар и сыбызгы) и др.

В работе отражены все имею­щиеся достижения в области казахстанского и центральноазиатского этноинструментоведения. В поис­ках подтверждающих аргументов автор обращается к различным источникам, связанным с историей музыкальных ин­струментов, архив­ными данными, а также археологическими находками. Учитывается опыт использования разнообразных музыкальных инструментов фольклорно-этнографической группой «Туран».

Книга Сагатбека Медеубека «Аль-Фараби и казахские музыкальные инструменты» написана доступным языком. Это свидетельствует о том, что монография предназначена не только для узкого круга специалистов, но и для всех читателей, интересующихся современной этноорганологией.

Данная монография представляет интерес как один из редких опытов сравнительного изучения современных казахских и средневековых восточных музыкальных инструментов, поиска общих закономерностей в их создании, опо­средованных связей между ними.

В заключении хотелось сказать несколько слов об авторе книги, Сагатбеке Медеубеке, подчерк­нуть многогранность его личности. Будучи журналистом по специальности, он подготовил ряд серьезных работ, статей, посвященных музыкальным ин­струментам и домбровой музыке. Он является автором песен и кюев. Хотелось выразить ему особую благодарность и признательность за его неизменный интерес к казахскому музыкальному искусству. Видимо, этот редкий сплав разных способностей, навыков и интересов стал основой для создания такого ценного труда.