Трансформация: от артхауса к зрителям

Женское кино

2025 год привел в равновесие артхаусные и коммерческие картины и стал определенной точкой развития казахстанского кино как бизнеса. Граница между этими двумя понятиями постепенно стирается, и коммерческие фильмы стали попадать на кинофестивали.

Из чисто артхаусных выделяются такие фильмы, как «Папа умер в субботу» Заки Абдрахмановой, «Победителя видно на старте» Жаннат Алшановой, «Эвакуация» Фархата Шарипова, «Кадет» Адильхана Ержанова и «Сверчки, ваш выход» Ольги Коротко. Среди коммерческих картин – «Sasyq» Ердена Телемисова, «Qaitadan» Думана Еркинбека, «№ 37» Жандоса Айбасова. Эти фильмы развивают жанры, у них есть свое оригинальное лицо. Также образ казахского кино сегодня определяют и сериалы, снятые по заказам открывшихся у нас новых стриминговых платформ.

Женское кино все больше и больше начинает обращать на себя внимание. В Казахстане оно важно не тем, что в нем появились «женские темы» – другой стала сама оптика: общество показано глазами женщины, а не через мужское объяснение женского опыта. Я хочу сказать, что появление женщин-режиссеров сильно изменило ландшафт казахского кино. В их фильмах насилие, традиции и жизненный выбор героинь перестают быть частными историями, они становятся диагнозом среды, в которой живут персонажи.

До этого, будь то «Улболсын» Адильхана Ержанова или «Бакыт» Аскара Узабаева, даже если речь шла о насилии и главной героиней была женщина, все равно это была мужская точка зрения на проблему. В картинах о женщинах, где режиссером выступают женщины, все по-другому.

Однако не надо думать, что женское кино направлено против мужчин – оно больше о женщинах. Возьмем, к примеру, фильм Ольги Коротко «Сверчки, ваш выход». Этот фильм о том, как девушка отправляется со своим другом на загородную вечеринку, на которую другие парни приглашают девушек легкого поведения. Понятно, что это неправильный расклад, но парни хотят доказать ей, что она ничем не лучше «ночных бабочек». Заканчивается история трагически: девушку насилуют и убивают, потому что мажоры не любят, когда им «читают мораль».

Не думаю, что мужчина-режиссер стал бы рассказывать зрителю такую историю. Он бы наверняка нашел одного плохого, а остальные «тут ни при чем». Здесь же, наоборот, показано, что в других условиях они повели бы себя, возможно, иначе, а тут сработало какое-то странное мужское единство.

Фильм не был в прокате. Он участвовал в кинофестивале в Локарно (Швейцария) и был показан на открытии кинофестиваля дебютного и короткометражного кино «Байконур» в Казахстане.

«Папа умер в субботу» Заки Абдрахмановой – великолепная картина о трех женах и двух дочерях умершего мужчины. А еще – о казахских традициях и менталитете. Жаль, что ее тоже не было в прокате. Картину показали только в рамках Qyzkaras – независимого кинофестиваля в Алматы, посвященного женскому взгляду в кинематографе.

Фильм «Победителя видно на старте» Жаннат Алшановой – тоже участник элитного кинофес­тиваля в Локарно. Здесь представлены портреты двух городских женщин – 35-летней матери и 16-летней дочери. В картине нет криминала, смерти и выживания, но есть два образа жизни. Мать живет за счет мужчин-любовников, а дочь хочет быть самостоятельной, чтобы никогда не зависеть от мужчин. И это тоже отражает изменившийся женский взгляд и женскую позицию.

Необычное
жанровое кино

Казахстанский зритель подус­тал от однотипных комедий. И в 2025 году пошел поиск или уход в другие жанры. Это в первую очередь комедия «Sasyq» («Вонючий») режиссера-дебютанта Ердена Телемисова. Она про инопланетянина, который, попав в пустынно-степной Казахстан, прячется в придорожном туалете – ему необходимо быть в жидкой среде, иначе он умрет. Выживать ему помогает бомжующий старик-казах, который никак не может покончить жизнь самоубийством, а еще русская старушка из придорожного киоска и ее внучка-подросток.

Казалось бы, коммерческая картина, но она получила уже десятки призов на кинофестивалях. Кстати, продюсер картины – тоже женщина, Гульнара Сарсенова, которая продюсировала такие громкие фестивальные картины, как «Тюльпан» Сергея Дворцевого и «Монгол» Сергея Бодрова.

Картина «Qaitadan» («Заново») режиссера-дебютанта Думана Еркимбека прямо-таки заворожила зрителя. Во-первых, это фильм-катастрофа, снятый за очень небольшой для такого жанра бюджет. Во-вторых, такой жанр у нас ждали, учитывая, что Алматы находится в сейсмоопасной зоне. Правда, в картине происходит не землетрясение, а прорыв дамбы, и главный герой пытается предупредить жителей поселка об этом. Элемент фантастики заключается в том, что он, просыпаясь, каждый день по-разному пытается изменить ситуацию, чтобы получить лучший результат. Ему это удается, но здесь важен социаль­ный момент: как к этому готовы местные власти, волонтеры и т. д. Удивительной по социальной значимости картина получилась потому, что она отрабатывает немало важных вопросов.

Третья необычная работа этого года «№ 37» – экранизация одноименного спектакля независимого театра ŞAM («ШАМ»), где сыграли те же актеры: талант­ливейший Еркебулан Дайыров, Асан Мажит, Зарина Кармен и другие. Этот режиссерский дебют актера Жандоса Айбасова тоже отчасти является фильмом-катаст­рофой, так как в нем показан мощный взрыв в метро, который приводит к исчезновению на 15 лет главного героя Расула. В финале картины он, понимая, что остался в живых только потому, что его закрыл собой другой человек, едет в город Балхаш, чтобы помочь близким своего спасителя. После выполнения этого странного морального долга он возвращается в свой дом и видит, как его отсутствие тяжело изменило жизнь родных. Фильм держит внимание зрителя, но в итоге больше похож на прекрас­ный этюд, сыгранный великолепными актерами, нежели на картину, поднимающую глубокие философские темы.

Казахстанский зритель устал от однотипных комедий и все чаще выбирает более сложные жанровые истории, где фантас­тика и катастрофа становятся способом говорить о реальности. Фильмы «Sasyq», «Qaitadan» и «№ 37» показывают, что умному зрителю интересны не простые развлечения, а риск, эксперимент и разговор о социальных и моральных выборах.

Серьезная миссия

Артхаусные фильмы берут на себя разговор о самых болезненных темах: войне, утрате, перемещении людей и разрушении привычного мира.

«Эвакуация» Фархата Шарипова и «Кадет» Адильхана Ержанова – абсолютно фестивальные фильмы. Они отражают проблемы нашего времени, его вызовы и опасения. И если пафос «Эвакуации» нацелен на мысль о том, какие потери несет война, в частности массовая эвакуация славянского населения в Казахстан во время Великой Отечественной войны, то фильм «Кадет» вскрывает как бы истоки войны.

В центре и той, и другой картины – ребенок и мать. В первом случае мать теряет девочку из-за долгого переезда во время эвакуации. Это маленькая трагедия на фоне всеобщего хаоса. Но в конце концов неважно, что будет происходить глобально, важно – найдет ли мать своего ребенка. Фархат Шарипов как бы предупреждает нас: посмотрите, что происходит во время войны. Вы потеряете своих детей и вообще лишитесь всего привычного и хорошего, что вас окружало. На смену этому придет хаос.

В фильме «Кадет» мать-одиночка Алина и ее сын Серик переезжают в отдаленный поселок с кадетской школой. На первый взгляд это история о попытке матери устроить сына в престижное учебное заведение и помочь ему влиться в строгое армейское окружение, но в школе происходят жуткие события: травля, насилие, загадочные смерти и признаки сверхъестественного, что постепенно разрушает привычный мир героев.

Оба этих фильма – «Эвакуация» и «Кадет» – по-разному говорят об одном и том же: война начинается задолго до военных действий и всегда бьет прежде всего по детям и матерям. Именно в этом – напоминать о цене исторических катастроф на уровне человеческой жизни – главная миссия серьезного кино.

В целом 2025 год зафиксировал важный сдвиг: казахстанское кино перестало выбирать между фестивалем и зрителем. Разные по жанру и масштабу фильмы сходятся в одном – внимании к человеку, его уязвимости, опыту семьи, детства и утраты, а также в готовности говорить о сложных темах напрямую, без жанровых и идеологических страхов.

Сериалы и стриминги

И последнее. Сейчас те режиссеры, которые так громко заявили о себе на престижных международных фестивалях, переходят из кино в сериалы. Таковы законы рынка. И теперь платформы Unico Play, Freedom Media, Salem social media и Aitube начали снимать силами профессионалов хорошо продаваемые, качественные киносериалы. Так, компания Unico Play сделала «Черную икру» (Берик Жаханов), Freedom Media снял «Казахские страшные сказки» (Адильхан Ержанов), Salem social media – сериал «Оffside» (Рустем Омаров).

«Черная икра» – популярная экологическая драма, действие которой разворачивается в начале 2000-х годов. Впервые сериал охватил именно мужскую аудиторию нашей страны, потому что показаны взаимоотношения между братьями и ценности семьи. При этом сильны сцены экшена, которые снимались в Каспийском море, о том, как происходили разборки, борьба с браконьерством. Именно на этом сериале заметно, как подросло у нас новое поколение сценаристов – Елена Лисасина, Нурбол Ерболулы, Куаныш Стаханов, Ален Рахметалиев, Райымбек Альжанов и другие, а Берик Жаханов проявил себя как крепкий режиссер экшена.

Freedom Media также снимает много сериалов, но ставку они сделали на Адильхана Ержанова. «Казахские страшные сказки» – это хоррор-сериал с элементами детектива и мистики. Городской следователь расследует необъяс­нимые убийства в ауле Каратас, сталкиваясь с монстрами из казахского фольклора и древними легендами. Блистательный актерский состав – Куантай Абдимади, Анна Старченко, Динара Бактыбаева, Санжар Мади, Данияр Алшинов, Азиз Бейшеналиев, а также особый киноязык Ержанова, безусловно, привлекают внимание к этому сериалу.

Также мне показался интерес­ным сериал «Offside». Гораздо проще по форме, но было важно, что он вышел сразу же после того знаменитого футбольного матча, когда алматинский «Кайрат» попал в основной этап Лиги чемпионов УЕФА. И теперь даже те люди, которые никогда не были футбольными болельщиками, стали ими. Хотя его и сериалом не назовешь в классическом понимании этого слова. Он стал больше похож на китайские супер­короткие фильмы-сериалы. Услышав о них, я не верила, что за минуту можно что-то рассказать зрителю, но китайские коллеги сказали, что, к их удивлению, они пользуются большой популярностью. За серию продолжительностью в минуту зритель платит 1 юань (76 тенге). «Offside», конечно, длиннее, он идет 22–23 минуты, но состоит из двух эпизодов примерно по семь минут, а между ними – песенные вставки. Там проговорены социаль­но важные проблемы: борьба с коррупцией, идея о том, что спорт должен быть честным и т. д. Но главное – форма.

Мы живем в эпоху таких быст­рых перемен в технологиях, в зрительском восприятии, в форматах, что понятно: не двигаясь в ногу со временем, можно сильно отстать.

Таким образом, 2025 год можно считать переломным: кино в Казахстане перестает быть иск­лючительно фестивальным или только прокатным и все активнее осваивает сериальный формат как пространство художественного поиска, социальной рефлексии и экономической устойчивости.