Qazaq24.com информирует, ссылаясь на сайт Kazpravda.KZ.
Зал смеялся! Потому что чеховское ружье наконец выстрелило. И потому что за 2,5 часа до этого никто не мог с уверенностью сказать, чем же закончится происходящее на сцене, хотя начиналось все традиционно. Появился Чехов в исполнении Константина Демидова, но уже через несколько минут писатель умер, и его увезли на каталке.
Дальше действие стремительно перенеслось в будущее, где функционирует загадочный «Чехов-комбинат» – предприятие по выработке экологически чистой возобновляемой энергии искусства. Лаборанты в белых халатах, которых играли студенты колледжа искусств, запускают механизм переработки чеховского наследия. Энергия вырабатывается в промышленных масштабах. Чехов в этот момент переворачивается в гробу.
Режиссер-постановщик Тимур Каримжанов словно задался вопросом: сколько театральных миров можно вместить в одного Чехова? Водевиль «Медведь» разыгрывается в декорациях готического замка. Елена Ивановна Попова (Ирина Пашкина) скорбит по покойному мужу Николаю (Антон Шпигоцкий), который появляется на сцене в образе призрака-вампира, гоняется с топором за поручиком Смирновым (Ярослав Чумак), пытается его душить и впивается зубами в шею.
Зритель только пережил театральный хоррор «Медведя», как действие уже перенеслось в Японию. Водевиль «Предложение» разыгрывается в стилистике театра Кабуки. Степан Чубуков (Виталий Алфимов), Наталья Степановна (Евгения Чумак) и Иван Ломов (Павел Вилков) существуют в совершенно иной театральной реальности. И самое удивительное, что через несколько минут эта реальность начинает казаться вполне естественной.
Еще один поворот – «Юбилей». Настасья Федоровна Мерчуткина (Надежда Косыгина) приходит за своими пятнадцатью рублями под знаменитое «Болеро» Равеля. Музыка нарастает, персонажи кружатся в балетном вихре, а банковская контора превращается в сцену абсурда. Андрей Андреевич Шипучин (Алексей Никулин), Татьяна Алексеевна (Марина Черняк) и бухгалтер Хирин (Анатолий Кириллов) существуют внутри этого музыкального безумия с полной актерской самоотдачей.
Но самое любопытное заключается в другом. При всей внешней экстравагантности спектакль не теряет связи с Чеховым. Со сцены звучат известные афоризмы: «В человеке все должно быть прекрасно»; «В Москву! В Москву!» Слышим мы и знаменитый монолог Нины Заречной из «Чайки»: «Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси, пауки, молчаливые рыбы, жившие в воде...»
Автор пьес как бы напоминает о своем присутствии посреди этого режиссерского карнавала. Поэтому финал оказывается не просто эффектной шуткой. Это возвращение хозяина. После длинных экспериментов над его пьесами Чехов появляется вновь. Получает ружье и восстанавливает порядок единственным доступным драматургу способом. Антон Павлович хладнокровно расстрелял всех. После чего спокойно удалился, бросив напоследок: «Краткость – сестра таланта».
В этот момент зал смеялся особенно дружно. Знаменитое чеховское ружье выстрелило! Конечно, это всего лишь театральный розыгрыш. Но именно в этот момент спектакль сложился в единое целое. Стало понятно, что перед нами не столько постановка Чехова, сколько игра с Чеховым. Разговор современного театра с классиком. Иногда дерзкий, иногда хулиганский, иногда чрезмерный, но безусловно живой.
А живой театр всегда лучше скучного. Судя по репликам зрителей после спектакля, мнения разделились: «Как тебе этот «Чехов-комбинат»?» – «Отличная идея!» – «Правда?» – «Конечно. Где-то же должны перерабатывать режиссерские фантазии».
Одни покидали зал счастливыми. Другие выглядели так, словно пытались заново собрать увиденное по частям. Несмотря на весь этот балаган, Чехов никуда не делся. Его там было больше, чем во многих серьезных постановках. Потому что цитировали? Нет. Потому что все вокруг было немножко смешно, немножко грустно и совершенно непредсказуемо.
Равнодушных не было. А это для театра, пожалуй, самое главное. После хорошего спектакля всегда хочется поговорить и даже поспорить. И если люди спорят о театре по дороге домой, значит, вечер удался. Даже если половину времени они не понимали, что происходит на сцене: «Но два с половиной часа! Чехов бы столько не выдержал». – «Поэтому он и пришел с ружьем...»