По информации сайта Orda.kz, передает Qazaq24.com.
Международный валютный фонд (МВФ) ежегодно публикует обзор экономики Казахстана, в котором оценивает ситуацию со стороны международных экспертов и даёт прогнозы по ключевым макропоказателям. Orda.kz вместе с казахстанскими экспертами разобрались, что именно фонд увидел в экономике страны в 2026 году, какие риски считает ключевыми и почему часть рекомендаций вызывает споры.
В январе 2026 года МВФ выпустил подробный отчёт (Staff Report) по итогам миссии в Казахстан, которая проходила с 6 по 19 ноября 2025 года. Это не формальный пресс-релиз, а основной аналитический документ для исполнительного совета фонда, подготовленный на основе встреч с представителями правительства, Нацбанка и финансового сектора.
Прошло уже больше квартала с момента миссии, и часть выводов можно сопоставить с реальной динамикой. Это позволит понять, насколько точно фонд оценивает ситуацию и можно ли рассматривать его рекомендации как рабочий сценарий для экономики Казахстана.
Рост есть, но МВФ видит в нём проблемуМВФ начинает с того, что признаёт: экономика Казахстана в 2025 году продолжила быстро расти. Рост, по оценке фонда, поддержали увеличение добычи нефти и активность в несырьевых секторах. Прогноз по реальному росту ВВП на 2025 год — 6,2 %, что заметно выше 5 % в 2024-м. При этом нефтяной ВВП, по оценке фонда, должен был вырасти сразу на 11,5 %.
Но ключевой акцент в отчёте — не сам рост, а его последствия. Фонд прямо пишет о явных признаках перегрева экономики (так называется ситуация, когда спрос становится ажиотажным и опережает возможности экономики). Причина, по его версии, в том, что внутренний спрос разгоняется не рыночным путём, а за счёт политики государства, квазигосударственного сектора и быстрого роста потребительского кредитования. Иными словами, рост уже не лечит слабости экономики, а сам начинает производить риски.
МВФ отдельно подчёркивает, что экономика растёт выше своего потенциального уровня. По оценке сотрудников фонда, рост в первые 10 месяцев 2025 года достигал 6,4 %, тогда как потенциальный темп для Казахстана они оценивают в 3–4 %. Это и есть тот самый разрыв, который потом проявляется в инфляции, дефиците и нарастающем давлении на финансовую систему.
Финансовый аналитик Андрей Чеботарёв отмечает, что прогноз фонда реализуется даже с опережением:
«На самом деле прогноз сбывается даже быстрее, поскольку он был сделан до начала конфликта вокруг Ирана, и его никто не предвещал. Рост за счёт нефти стал ещё выше».Финансовый аналитик Андрей Чеботарёв. Фото: instagram/financekaz
По его словам, рост цен на нефть усилил тот самый перекос, о котором говорил МВФ:
«Мы стараемся слезть с нефтяной иглы, диверсифицировать экономику. Но рост цен на нефть практически полностью нивелирует эту работу. Нефть снова начинает приносить больше денег и усиливает свою роль в экономике».
Эксперт отмечает, что именно это МВФ и называет источником дисбаланса.
Инфляция не уходит и будет давить ещё долгоОдин из самых неприятных выводов доклада касается роста цен. МВФ пишет, что инфляция в Казахстане остаётся устойчиво высокой и держится значительно выше целевого уровня. До целевых 5 % она, по прогнозу фонда, будет снижаться очень медленно и дойдёт только к 2030 году.
По словам Чеботарёва, текущая динамика показывает более быстрое снижение:
«Мы уже видим по итогам марта инфляцию около 11 %. Во многом это связано с ростом цен на нефть и изменением курса, которые МВФ не мог учесть, — это был фактор „чёрного лебедя“».
При этом он подчёркивает: сама логика МВФ остаётся верной — инфляционное давление создаёт именно структура экономики и разогретый спрос.
Причины МВФ перечисляет разные: сильный внутренний спрос, импортируемое ценовое давление, мягкая бюджетная политика и избыток ликвидности. Даже жёсткая политика Нацбанка, по оценке фонда, пока лишь частично компенсирует эти факторы. Высокая инфляция, в свою очередь, уже бьёт по благосостоянию домохозяйств и подрывает доверие к самой идее скорого возвращения цен к норме.
«Фактор чёрного лебедя» — концепция, описывающая редкие и непредсказуемые события с серьёзными последствиями. Они ломают привычные прогнозы, меняют ход истории и экономические тренды (к примеру, пандемия COVID-19).Экономия на бумаге — расходы через квазигоссектор
МВФ отмечает, что власти заявляют о сокращении бюджетных расходов. Но, по оценке фонда, это ужесточение во многом перекроют растущие расходы госкомпаний. В итоге политика государственного сектора останется мягкой.
Фонд отдельно объясняет, что, если учитывать кредитование и инвестиции крупных госструктур, картина становится ещё менее красивой. По оценке сотрудников МВФ, расширение балансов крупных госкомпаний в среднем за последние пять лет составляло около 20 % от расходов госбюджета. Если бы эти расходы шли напрямую через бюджет, дефицит был бы ещё выше.
Проще говоря, государство вроде бы пытается охлаждать экономику, но тут же продолжает подливать в неё деньги через другие каналы. Это и есть один из главных перекосов, на который указывает МВФ.
Банки устойчивы, но нагрузка смещается к населениюМВФ считает, что банки в целом остаются устойчивыми, хорошо капитализированными, прибыльными и ликвидными. Но и здесь они отмечают важное «но»: быстрый рост потребительского кредитования продолжает подпитывать внутренний спрос и усиливает опасения по поводу долговой нагрузки домохозяйств. В октябре 2025 года рост потребительских кредитов всё ещё держался на уровне около 25 % год к году.
Такая ситуация, по версии фонда, не создаёт трудностей для банковской системы и её устойчивости. Проблема в том, что население всё активнее живёт в кредит, а этот кредит становится ещё одним топливом для перегрева.
Андрей Чеботарёв с такой оценкой согласен лишь частично. По его словам, сами кредиты пока не создают системной угрозы для экономики:
«Я не вижу значимой макроэкономической проблемы в части закредитованности. С банками всё хорошо».
При этом он обращает внимание на другой эффект — социальный:
«Люди привыкли воспринимать кредиты как часть дохода. Сейчас доступ к ним снижается — чаще отказывают в рассрочках и потребкредитах. Для многих это может стать проблемой, потому что они закрывали нехватку дохода за счёт кредитов».
Таким образом, со слов эксперта, риск смещается не столько в банковскую систему, сколько в поведение самих домохозяйств.
Главная претензия МВФ — слишком большая роль государстваСамая жёсткая часть отчёта касается не инфляции и не нефти, а самой модели роста. МВФ прямо пишет: реализация структурных реформ сталкивается с постоянными трудностями, а «роль государства остаётся значительной и ограничивает развитие частного сектора».
Это, пожалуй, главный диагноз фонда. Казахстан, по оценке МВФ, всё ещё слишком сильно зависит от государства как инвестора, кредитора, распределителя и организатора роста. Частный сектор в такой конструкции не вытягивает экономику, а идёт следом. Отсюда и главный рецепт: меньше государства в экономике, больше конкурентного рынка, сильнее защита прав собственности, лучше деловой климат и меньше барьеров для бизнеса.
Что предлагает МВФПрактические рекомендации фонда выглядят довольно прямолинейно. Во-первых, держать жёсткую денежно-кредитную политику и, если инфляция снова ускорится, повышать ставку дальше. Во-вторых, реально ужесточать фискальную политику, а не компенсировать её расходами госкомпаний. В-третьих, повышать ненефтяные доходы бюджета, в том числе за счёт сокращения льгот и налоговых исключений. В-четвёртых, ускорять структурные реформы, сокращать роль государства и создавать условия для частной инициативы.
На бумаге всё выглядит логично: если экономика перегрета, её надо охлаждать. Если инфляция высокая, спрос надо сдерживать. Если частный сектор слабый, государство должно отойти в сторону. Но именно здесь начинается спорная часть.
Айдархан Кусаинов: диагноз верный, а вот рецепт может не сработатьЭкономист Айдархан Кусаинов в целом с оценкой фонда согласен. По его словам, МВФ «очень здорово и правильно всё написал». Перегрев, инфляция, перекосы и дисбалансы он тоже считает реальными симптомами. Но вот рекомендации фонда, по его мнению, упираются в ограничение самой казахстанской модели.
«Проблема самих рекомендаций МВФ в том, что делать структурные реформы и так далее — плохие предложения. При существующем положении страна находится в голландской болезни [чрезмерное укрепление нацвалюты из-за дорогой нефти с ущербом для других экспортных отраслей], и поэтому структурная реформа невозможна», говорит он.Экономист Айдархан Кусаинов. Фото: Orda.kz
Эксперт даёт вполне понятную оценку — если следовать рецепту МВФ, жёстко сокращать госрасходы, инфляцию это действительно может притормозить. Но у этого метода есть существенные минусы.
«Если сокращать госрасходы, то помрут и те остатки производства, которые у нас сидят на субсидиях и на госрасходах. То есть, с одной стороны, они правы: прекращать накачивать в экономику деньги нужно, потому что это нездорово и перекосы только нарастают. Но если государство перестанет это делать, то умрут и те остатки производства, которые есть, и доходы населения вообще расти перестанут».
Отдельно он спорит и с акцентом на закредитованности населения. По его мнению, это, скорее, нарастающая социальная трудность, чем определяющая макроэкономическая угроза.
«С банками всё хорошо. Я не вижу там значимой макроэкономической проблемы в части закредитованности», отмечает экономист.
В итоге его вывод звучит так: МВФ точно описал симптомы, но с лечением не всё так просто. Пока экономика стоит на перекошенных условиях, особо выбора нет. Либо продолжать подпитывать рост через государство и накапливать перекосы, либо резко убирать этот допинг и сталкиваться с просадкой производства и доходов.
К чему всё это приводитДоклад МВФ — это, по сути, холодный взгляд со стороны на казахстанскую экономику. И взгляд этот довольно неприятный. Рост есть, но он всё меньше похож на здоровый. Инфляция остаётся высокой. Внутренний спрос разогрет. Квазигосударственный сектор продолжает раздувать расходы даже там, где государство старается сдерживаться. А частный сектор по-прежнему не стал самостоятельной опорой экономики.
Фонд предлагает классический набор мер: жёстче монетарная политика, строже бюджет, меньше присутствие государства, больше рынка. Но главный вопрос теперь не в том, что именно советует МВФ. Главный вопрос в том, насколько вообще нынешняя конструкция экономики Казахстана способна выполнить эти советы без выбора из двух зол.
Читайте также:
Центральная Азия делит небо: почему Казахстан рискует уступить Узбекистану по авиатопливу Конфликт в Иране и валютные рынки: устоит ли доллар, что будет с евро и тенге Маршрутка vs шаттл: зачем в Казахстане переизобретают главный транспорт 90-х?