Qazaq24.com, ссылаясь на сайт Kazpravda.KZ, отмечает.
Долгая дорога недолгой жизни
Удивителен и неповторим мир поэзии. Его основы были заложены в тот самый момент, когда проблеск человеческой мысли впервые прорвался через тьму веков и устремился к высотам познания. С тех пор и по сей день продолжается его борьба за внутреннюю свободу, за право жить в согласии с собственными законами и не оглядываться ни на изменчивую моду, ни на цензурные уставы – тайные или явные, ни на сиюминутные прихоти сменяющих друг друга калифов на час.
Поэзия родственна вечности и потому бесконечно таинственна. Ее просторы открыты всем горячим сердцам и пытливым умам, но лишь немногим дано внести в буйную мистерию смыслов и образов новое, никогда не звучавшее прежде слово. Этих немногих мы и зовем поэтами – настоящими, истинными, большими. К их числу, без сомнения, принадлежал и славный сын казахского народа Мукагали Макатаев, чей талант справедливо будет назвать законной гордостью всего человечества.
«О поэзии Мукагали Макатаева, о нем, как о поэте, о человеке, можно было бы говорить и писать очень много. В нем сочетались лиричность Есенина и гражданственность Маяковского, но истоки его таланта, его дарования находятся в казахской народной поэзии, глубокими корнями связаны с поэзией Бухар-жырау, Махамбета, Абая», – писал известный поэт и переводчик Орынбай Жанайдаров.
Расцвет самобытного творчества Мукагали Макатаева в значительной степени обусловлен тем гармоническим единством глубокого национального чувства и универсальных гуманистических ценностей мировой культуры, которое с первых шагов поэта в литературе составляло его «духовный паспорт» и сближало с крупнейшими художниками слова всех времен.
Он был носителем лучших черт своего народа и вместе с тем – прямым наследником достижений всечеловеческого гения. Соединяя сложный, извилистый путь казахской литературы с протянувшейся сквозь века магистралью литературы мировой, Макатаев имел полное право сказать о своем творчестве так, как он сделал это в стихотворении «Автограф»:
Тайны мои,
Песни мои
Знают народы огромной Земли...
Жизненный путь поэта был недолог – всего 45 лет – и внешне совсем не богат на события. Мукагали Макатаев родился 9 февраля 1931 года в селе Карасаз Нарынкольского района Алма-Атинской области.
С детства Мукагали воспитывался в любви к честному труду, в уважении к родной земле и традициям народа. Горькой болью утраты отозвались в жизни будущего поэта четыре долгих года войны, принесшие в его дом страшную весть: отец мальчика, Сулеймен, погиб в бою с фашистами. Уходя на фронт, он наказал сыну пуще всего заботиться о родных, беречь тепло родного очага, и этот отцовский наказ юный Мукагали выполнил с честью.
Позднее в своих стихах он еще не раз обратится к судьбам сверстников – сирот войны, мальчиков и девочек, чье право на детство было отнято суровым, беспощадным временем:
Людоедская была вокруг война,
Нашей пищей был талкан иль горсть зерна,
Чашка молока – на целый день,
Вот и все, что нам дала страна...
В 1948 году Мукагали окончил среднюю школу и некоторое время работал в комсомольских и советских органах своего родного села. Вся дальнейшая трудовая биография поэта самым тесным образом переплетена с журналистикой. Макатаев работал литературным сотрудником одной из районных газет и диктором Казахского радио, трудился в редакциях «Социалистік Қазақстан» и «Мәдениет және тұрмыс», а затем возглавлял отдел поэзии в газете «Қазақ әдебиеті» и журнале «Жұлдыз».
Первые стихи молодого поэта появились в 1948 году на страницах газеты «Советтік шекара» и сразу же были замечены читателями и критиками. Подборке стихотворений Мукагали Макатаева, опубликованной в газете «Қазақ әдебиеті» в 1960 году, поэт Абдильда Тажибаев предпослал вступительное слово, в котором приветствовал яркие художественные победы своего младшего товарища по перу. «Как не гордиться, когда молодой человек трудится увлеченнее и энергичнее тебя?!» – задавался риторическим вопросом «флагман казахской поэзии», чье участие в литературной судьбе Мукагали Макатаева можно сравнить со взаимоотношениями Пушкина и Жуковского, победителя-ученика и побежденного учителя.
Тажибаев искренне радовался каждому новому успеху своего коллеги и был одним из немногих, кто поддерживал его в моменты тягостных душевных переживаний, увы, ставших постоянными спутниками поэта в последние годы жизни. Об этом высоком чувстве товарищества и дружбы Макатаев прекрасно написал в своей поэме «Мавр»:
Дружба выше любви, она как звезда,
Настоящее счастье – друга найти.
Если ты когда-нибудь друга предашь,
Тебе Родина этого не простит...
Вышедшая отдельным изданием в 1964 году революционно-эпическая поэма «Ильич» стала первой книгой Мукагали Макатаева. За ней последовали сборники «Армысыңдар, достарым» (1966), «Қарлығашым, келдің бе?» (1967), «Мавр» (1969), «Дариға жүрек» (1972), «Аққулар ұйықтағанда» (1974), «Шуағым менің» (1975), «Өмір-дастан» (1976).
Кроме того, в переводе Макатаева по-казахски зазвучали шедевры мировой литературы – сборник «Листья травы» крупнейшего американского поэта Уолта Уитмена («Шөп жапырақтары», 1969), гениальные в своей исповедальной откровенности сонеты Уильяма Шекспира («Сонеттер», 1970) и «Божественная комедия» Данте Алигьери, один из величайших памятников художественной словесности («Құдіретті комедия», 1971).
Всего, что сделано поэтом за 45 лет, наверное, с лихвой бы хватило на десять иных жизней. «Годы прошли в постижении мира строкой», – признавался он в одном из стихотворений. Не привыкший размениваться по мелочам, ведомый прекрасной мечтой очистить душу человека от «нечисти сорняковой», Мукагали Макатаев с достоинством прошел отмеренный ему земной путь и оставил потомкам богатое литературное наследие.
«Творчество Мукагали Макатаева условно можно разделить на три периода, – писал Орынбай Жанайдаров. – Первый – это полуголодное военное детство. Трудные годы отрочества. Они оставили глубокий, неизгладимый след в душе поэта... Стихи его очень музыкальны, красочны. Не случайно многие из них положены на музыку и популярны в народе как песни.
Второй период творчества Макатаева, на наш взгляд, включает в себя время работы поэта над переводами европейских поэтов. О новаторском отношении поэта к переводам говорит такой факт. Мукагали, переводя Данте, добавил к строке «Божественной комедии» два слога и знаменитые терцины рифмовал, не разделяя на перекрестную рифму. В результате получился чеканный казахский стих. Стих, изумительный по своей структуре и слогу.
Третий период – время учебы поэта в Москве на Высших литературных курсах и после него. Поэту трудно жилось, работал он много, издавали его мало... Усилилась в стихах и поэмах трагическая нота, что только еще более подчеркнуло его любовь к жизни и людям. Это уже зрелый Мукагали. В те годы поэт поднялся до вершин своей поэзии».
Мост, соединяющий сердца
Для произведений Макатаева характерна глубокая внутренняя синергия личных и общественных чувств, стремление наполнить лирику возвышенным гражданским звучанием и одновременно с этим придать идеалам гражданственности лирическую раскрепощенность и легкость. Легкость, но никак не легковесность. Напротив, чем полнее и острее переживания поэта, чем больше сил отдает он поиску высшего смысла человеческой жизни, тем свободнее льется его песня.
Не случайно главенствующая тема поэзии Мукагали Макатаева – это Родина, чья любовь была ему дороже всех земных богатств.
Хрестоматийными стали строки поэта о том, насколько ничтожным стало бы наше существование, если бы мы утратили священное чувство душевной привязанности к родному краю:
Можно жить без отца и матери,
Можно существовать без жены и детей,
Но без Родины жить –
нет пустее затей.
Понимаешь ли ты,
кто для Родины ты?
Не бывает двух жизней иль двух смертей.
Не бывает двух Родин.
И ты
Из ее младенцев-детей...
Поэтическое слово Мукагали Макатаева всегда обращено к сердцу. Он любит людей – и этой одухотворенной, созидательной любовью проникнута каждая его строка. Поэт взывает к чистоте помыслов, бескорыстию, умению сострадать и поддерживать ближнего. Так, в стихотворении «Жизнь» Мукагали Макатаев рассказывает о степняке, который не может отправиться вслед за аулом, уже откочевавшим на джайляу, из-за пары ласточек, что свила гнездо под шаныраком его юрты. Решение, казалось бы, лежит на ладони: разрушить гнездо – и дело с концом.
Но герой Мукагали Макатаева – маленький, по сути, человек, простой чабан – не способен поднять руку на ласточек, мирно щебечущих под куполом. Быть может, увидев трех желторотых птенцов в гнезде, он вспомнил древнюю легенду о Толе-би, прозванном в народе «Қарлығаш әулие». Согласно этой легенде, в годы джунгарского нашествия, когда казахи были вынуждены бежать из родных мест, мудрый бий наотрез отказался покидать свою юрту и откочевывать в далекие от битв края. Джунгарским воинам, явившимся узнать, почему он не ушел вместе с остальными, Толе-би ответил, что не желает тревожить покой ласточки, свившей гнездо под его шаныраком. И герой поэта принимает схожее решение.
Он решает дождаться, когда птенцы научатся летать, и только потом последовать за аулом. В его словах, завершающих стихотворение, чувствуется не только трепетное отношение ко всякому творению природы, но и мудрая человечность:
Хозяин верблюда водой напоил...
«Подождем,
Потом как-нибудь откочуем, –
сказал, – потом!»
Та же трогательная и гордая любовь к человеку проявляется и в стихотворении «Сторож» – одном из лучших произведений поэта на военную тематику. Его главный герой – старик Мурат, проводивший на фронт четырех сыновей. Радость Великой Победы ему омрачает черная весть: все его дети погибли в битвах с врагами. Как родных дочерей, отдает он замуж невесток и посвящает всего себя заботе о четырех внуках, о «детях детей». «Тихо ли в мире?» – главный вопрос, волнующий восьмидесятилетнего сторожа. Он не боится смерти, нет, в его словах слышится тревога иного рода: тревога за будущее молодого поколения, которое вошло в жизнь под грохот артиллерийских батарей. И Мурат понимает, что, покуда он жив, хранить для подрастающих внуков тишину мирного неба – его первейший гражданский долг.
Героическое и трагическое, жизнь и смерть, свет и тьма, добро и зло в стихах поэта синтетически связаны друг с другом. Макатаев стремится к взаимозависимости и одновременно с этим – к цельной самодостаточности создаваемых им образов, вкладывая в строку максимум поэтической информации. Он призывает своих читателей отказаться от примитивных трафаретов и однобоких шаблонов, которые потворствуют лености мышления.
Поэт лирико-философского склада, поэт-диалектик, Макатаев видит мир во взаимной обусловленности и непрекращающихся столкновениях его сущностных противоречий, о чем пишет в таких стихах, как уже упоминавшийся нами «Автограф» («Нет здесь коварного хана Джангира,⁄ И потому Махамбета здесь нет») или «Не отрекайтесь от черного цвета!..», которые служат своего рода катехизисом утверждаемой им философии:
Не отрекайтесь от черного цвета!
Самая прочная краска – черна.
Видел я белые сны до рассвета,
а пробудился от черного сна.
Черная-черная пропасть ночная,
ты не помеха встающему дню.
Если я черного цвета не знаю,
как же я белый тогда сохраню?
Милая девушка, черную косу
белыми пальцами ты заплела.
Ты белолица и черноволоса –
может, поэтому ты и мила.
Время и место – удачам и бедам,
горю и радости, свету и тьме.
Белое с черным и черное с белым
переплетаются в нашей судьбе.
Мечутся тени в кругу освещенном.
Крайности сходятся, как никогда.
В небе полночном, немыслимо черном –
белая-белая наша звезда!
В поэме «Реквием Моцарта», венчающей творческий путь поэта, мы встречаем аллегорический образ гения как раскинувшегося между веками и народами моста, по которому переправляются самые добрые, самые светлые идеалы человечества.
Таким мостом, объединяющим сердца, служит нам сегодня поэзия Мукагали Макатаева. Трагедия его личной судьбы, полной горестных утрат, предательств и заушательских окриков критики, оттеняет то колоссальное жизнелюбие, неподдельным светом которого лучатся даже самые горькие стихи поэта. Макатаев не был бы собой, если бы позволил унынию взять верх и затмить своей беспросветной пеленой все прочие человеческие чувства.
Даже смертельной болезни оказалось не под силу сломить его веру и мужество. В больничных дневниках, зафиксировавших душевные переживания последних дней поэта, читаем: «После долгой разлуки мы встретились с поэзией, как влюбленные, видать, соскучились друг без друга.
В течение двух месяцев написано около четырех тысяч стихотворных строк. Работал по совести, не думая, возьмется ли кто-нибудь опубликовать их». И в подтверждение этому – созданное тогда же пронзительное стихотворение «Вот так!», в котором, отрекаясь от интриг и пересудов, Макатаев пишет о главном предназначении поэта, об искусстве врачевать людские души:
Позабуду, какого вы жуза и стана,
Здесь себя сохраню от ваших интриг,
Медсестричке родной помощником стану,
Помогу обслужить тяжелых больных.
И куда я пойду, когда вот он,
я вот...
Я – поэт! Я имею и цену, и имя!
Совершать ежедневно я буду обход,
Чтоб больных излечить стихами своими!
Уже после смерти поэта увидели свет его сборники «Өмір-өзен» (1978), «Бәсіре» (1981), «Зов души» (первый сборник стихов на русском языке, 1981), «Шолпан» (1984) и двухтомное собрание сочинений под общим названием «Соғады жүрек» (1982). Ситуация, когда заслуженное признание приходит к выдающемуся мастеру слова лишь после его кончины, в мировой литературе отнюдь не редкость. Впрочем, едва ли можно сказать, что Макатаев при жизни не знал народной любви. Его книги, издаваемые огромными по нынешним меркам тиражами в десятки тысяч экземпляров, никогда не залеживались на полках магазинов – читатели с нетерпением ждали каждой новой встречи с мудрыми и жизнеутверждающими стихами замечательного поэта. Всем своим творчеством Мукагали Макатаев оправдал это читательское доверие, доверие народа, о котором писал с благоговением и любовью:
Первое счастье мое – это мой народ,
Если он есть, значит, живу и я.
Ему отдаю стихов своих сотовый мед,
Дороже золота эта светлая радость моя...
В скором будущем наша страна отметит 100-летие одного из самых достойных своих сынов. Неослабевающий интерес к личности и творческому наследию Мукагали Макатаева является лучшим доказательством того, что его светлый образ по-прежнему жив в благодарной памяти потомков. И сегодня каждый из нас, кто откроет книгу стихов выдающегося поэта и вновь перечитает любимые строки, может повторить вслед за его героями:
Тебя мы не забудем, не отринем,
покуда мы живем под небом синим,
покуда прочно на земле стоим,
покуда сами свой удел творим.
Тебя обволокла земля сырая,
но время, все круша и разоряя,
бессильно перед именем твоим...