112 миллиардов в молоко , гараж с тренажеркой для чиновников и премии в 200% хроники эффективного управления в СКО

Чтобы понять масштаб бедствия, в акиматы и управления региона с масштабной проверкой зашла Ревизионная комиссия по Северо-Казахстанской области. Аудиторы перевернули каждый документ за пятилетний период – с 1 января 2020 года по 31 декабря 2024 года. 

Итоги этого государственного аудита, подведенные Высшей аудиторской палатой, звучат как приговор местному менеджменту: в регионе выявлены финансовые нарушения на 28,3 миллиарда тенге и неэффективное использование бюджетных средств на колоссальную сумму в 112,4 миллиарда. Пока жители области сталкиваются с дефицитом воды и изношенными больницами, местные чиновники устроили себе «лучшую жизнь» прямо на рабочих местах, выписывая многомиллионные премии за «экономию», которой по факту не существовало, и ремонтируя собственные гаражи по цене элитного жилья.

Начнем с самого циничного – с премий, которые в СКО превратились в аттракцион невиданной щедрости за государственный счет. Ревизионная комиссия вскрыла удивительную схему обогащения: государственное учреждение не закупает необходимые товары или услуги, объявляет оставшиеся деньги «экономией» и тут же перераспределяет их на выплаты самим себе. Аудиторы установили вопиющие факты, когда суммы выплаченных премий превышали фонд оплаты труда на 90% и более. Абсолютным чемпионом в этой дисциплине стал Отдел государственных закупок Петропавловска: созданный только в апреле 2023 года, он умудрился за неполный год перекинуть 8,2 миллиона тенге с содержания аппарата на бонусы, в итоге премии сотрудников составили фантастические 195,1% от их зарплат. 

Не отстает и Аппарат акима города Петропавловска, где в 2023 году при реальной экономии в 55 миллионов на премии пустили 260,5 миллионов тенге, создав перерасход более чем в 200 миллионов. В Отделе жилищно-коммунального хозяйства города пошли еще дальше: сэкономили на «оплате прочих услуг и работ» и выплатили себе премий на 163,7% от фонда оплаты труда. Даже Отдел культуры, который должен был закупить оборудование и инструменты на 8,4 миллиона тенге, просто не стал этого делать, а деньги в полном объеме перенаправил на поощрение сотрудников. Логика железная: не купил компьютер – получил вторую зарплату, а культура подождет.

Пока чиновники выписывают себе бонусы за «ударный труд», приоритеты в расходовании средств на строительство вызывают, мягко говоря, недоумение. В области, где 38 опорных сел остаются без качественного централизованного водоснабжения, а 17 школ не имеют даже спортзалов, находятся деньги на комфорт госслужащих. В бюджете нашлись 100 миллионов тенге на реконструкцию гаражного комплекса с надстройкой второго этажа и – внимание – спортзалом по адресу ул. Муканова, 58а. Видимо, качать пресс в служебном гараже важнее, чем обеспечить школьников предметными кабинетами, которых нет в 24 школах региона. Еще 1,5 миллиарда тенге запланировали на реконструкцию административного здания по улице Нурсултана Назарбаева, 85. На фоне того, что износ зданий медицинских учреждений в области достигает 74%, а аварийные школы и трехсменка остаются нерешенными проблемами, такие траты выглядят как издевательство над здравым смыслом.

Не менее удручающая ситуация сложилась и в сфере экологии. Управление природных ресурсов бодро отчитывается о миллионах высаженных деревьев, но аудит показал, что лес в СКО существует преимущественно на бумаге. Приживаемость лесных культур в 2024 году составила катастрофические 48,9%. Это значит, что больше половины бюджетных денег, выделенных на озеленение, были буквально закопаны в землю и сгнили. Чиновники нашли этому «уважительную» причину – большое количество осадков и переувлажнение почвы. Пока саженцы тонут, взрослый лес горит: ущерб от лесных пожаров за пять лет составил почти 80 миллионов тенге. При этом закупленная техника, например, цифровые камеры и навигаторы, годами лежит на складах и не используется, пока лесники считают убытки.

Все эти провалы в управлении происходят на фоне пугающей демографической ямы. СКО – единственный регион страны, где смертность превышает рождаемость, то есть наблюдается естественная убыль населения. Люди голосуют ногами: за пять лет из области уехало 20 917 человек, а отрицательное сальдо миграции выросло в 1,9 раза. Основная причина исхода проста и печальна: регион занимает предпоследнее, 19-е место по уровню заработной платы в стране. Власти пытались исправить ситуацию программой переселения из трудоизбыточных регионов, но и здесь фиаско: план по квоте приема переселенцев на 2024 год не исполнен на 362 человека. Люди просто не хотят ехать туда, где нет нормальной работы, жилья и перспектив, а те, кто приехал, сталкиваются с проблемами – 17,5% прибывших заявили о трудностях с приобретением жилья, а 3,3% и вовсе планируют уехать обратно, как только закончатся обязательства по контракту.

Экономическая картина региона также вызывает вопросы. Акимат рапортует о росте валового регионального продукта на 69% с 2020 года, но эти цифры не бьются с реальностью. Доходы предприятий оптово-розничной торговли упали на 100 миллиардов тенге, что может свидетельствовать о резком уходе бизнеса в тень. Инвестиционная привлекательность региона тоже оказалась дутой: в отчетах числится 51 инвестиционный проект на 781 миллиард тенге, тогда как в национальной информационной системе отражено только 44 проекта, причем 7 из них – проблемные. Хваленая СПК «Солтүстік», созданная для развития бизнеса, вместо прибыли принесла убытков на 1 миллиард тенге, а средства стабилизационных фондов используются неэффективно. Стратегически важная СЭЗ «Qyzyljar» простаивает без инженерной инфраструктуры, теряя доверие инвесторов, пока бюджет тратит миллиарды на театры и административные здания.

В сухом остатке мы имеем регион, который стареет, вымирает и теряет экономический потенциал, пока местные управленцы занимаются «освоением» средств на собственные нужды и рисованием красивых отчетов. Ревизионная комиссия и Высшая аудиторская палата передали материалы по 111 фактам для возбуждения административных дел и направили данные в правоохранительные органы. Остается открытым вопрос: понесут ли реальную ответственность те, кто превратил «экономию» в личный доход, а государственные программы – в фикцию, или всё снова закончится лишь строгими выговорами?