Гибель фельдшера в Астане: юрист объяснил, почему судят главу ОСИ, а не застройщика

В Астане начался суд по резонансному делу о гибели 23-летней Улданы Мырзуан — на фельдшера скорой помощи рухнула облицовка ЖК. Десятки столичных управдомов пришли поддержать оказавшуюся на скамье подсудимых председателя ОСИ Сауле Жубаниязову. Корреспондент «Курсива» вместе с руководителем юридической компании Eleusinov&Partners Шингилем Елеусиновым разобрали, где заканчивается ответственность застройщика и в каких случаях за упавший фасад главе дома грозит реальный тюремный срок.

По словам юриста, для вынесения обвинительного приговора по этому делу следствию нужно доказать прямую или косвенную связь между бездействием председателя и трагедией. Само по себе кресло руководителя ОСИ не делает человека виновным.

«Допустим, если следствие докажет, что председатель знал об аварийности фасада, например, через акты осмотра, но не предпринял установленных законом мер — не созвал собрание, не уведомил госорганы, не выставил ограждения, — то причинная связь будет считаться установленной», — объяснил Елеусинов.

Однако квалификацию в каждом конкретном случае определяют следствие и суд. При этом один из главных вопросов после трагедии — почему за дефекты отвечают управдомы, а не стройомпании? По словам юриста, все упирается в сроки давности.

«В большинстве подобных случаев сроки гарантии застройщика уже истекли. Если ни госорганы, ни предыдущие органы управления домом своевременно не обратились в суд за устранением дефектов, привлечь компанию сейчас практически невозможно», — подчеркнул он.

Однако наличие строительного брака не означает, что действующий председатель ОСИ может игнорировать проблему. Если опасность обнаружена, ответственность ложится на того, кто управляет домом прямо сейчас.

Отдельная проблема — незаконно установленные жильцами кондиционеры и антенны. Фасад относится к общему имуществу, и если конструкция соседа висит с нарушениями, управдом обязан официально потребовать ее демонтажа. При отказе собственника — использовать предусмотренные законом способы воздействия.

«Добрососедские отношения по итогу выливаются в уголовные дела в отношении не тех, кто устанавливал, а тех, кто промолчал, не желая портить отношения с соседями», — отметил эксперт.

Главная задача руководителя ОСИ после любого ЧП — доказать, что до трагедии он пытался устранить опасность. Обычной переписки в общедомовом чате для следователей будет недостаточно. Поэтому Елеусинов советует документировать обнаруженные дефекты актами осмотра, выносить вопросы ремонта и экспертизы на собрания собственников и сохранять результаты голосования.

Если жильцы отказываются финансировать необходимые работы, это также должно быть зафиксировано документально. То же самое касается обращений в госорганы: если ОСИ считает ответ формальным и проблема остается нерешенной, юрист рекомендует обжаловать бездействие.

«Председатель ОСИ — это не завхоз, а руководитель юридического лица, отвечающий за жизни людей. Поэтому, замалчивая о проблемах и принимая «отписки» как должное, вы остаетесь один на один с государственными обвинителями в случае первой же трагедии», — подчеркнул Елеусинов.

Вопрос о том, могла ли Жубаниязова предотвратить трагедию и были ли с ее стороны нарушения, сейчас исследует суд. Процесс по делу продолжается.

Ранее «Курсив» писал, что суд по гибели фельдшера Улданы Мырзуан покажут в прямом эфире.