Казахстан может отказаться от двухпалатного парламента. Что это значит и зачем это нужно?

Казахстанцам предлагают решить, нужно ли стране сохранять Сенат — верхнюю палату парламента. Если большинство проголосует «против» на референдуме 2027 года, у Казахстана останется только одна палата. То есть Мажилис. Предлагаем разобраться – зачем это нужно и что изменится? 

Сейчас в Казахстане работает двухпалатный парламент:

Мажилис — нижняя палата, которая рассматривает законопроекты и представляет интересы политических партий;

Сенат — верхняя палата, которая перепроверяет решения Мажилиса, в том числе через призму интересов регионов.

Такую систему заложили в Конституции 1995 года. Тогда Сенат помогал укрепить власть президента и был чем-то вроде «фильтра» для законов. Кроме того, он стал местом для почётных должностей бывших чиновников.

Аргументы сторонников реформы звучат так:

ускорение законотворчества — одна палата примет решения быстрее, без двойного согласования;

снижение расходов — содержать одну палату дешевле;

логика унитарного государства — в отличие от федераций (например, США или России), унитарным странам вроде Казахстана обычно достаточно одной палаты.

Критики опасаются, что без Сената исчезнет ещё один механизм сдержек и противовесов. Если парламент станет однопалатным, нагрузка на Мажилис увеличится — и есть риск, что он будет слишком зависим от исполнительной власти.

Кроме того, пока партийная система Казахстана слабо развита. Если реформа пройдёт, именно партии будут играть главную роль в формировании парламента. А значит, качество изменений будет зависеть от того, появятся ли новые сильные политические силы и насколько честными будут выборы.

Обсуждение займёт целый год, а в 2027-м казахстанцы сами решат судьбу Сената на референдуме. Власти называют этот процесс «переходом от суперпрезидентской модели к более сбалансированной».

Если реформа пройдёт, в 2029 году — к выборам нового президента — у Казахстана может быть обновлённый парламент: более компактный, более быстрый и, возможно, более конкурентный.

Депутат Мажилиса Павел Казанцев считает, что однопалатный парламент сможет объединить региональный, отраслевой и политический аспекты. По его словам, будущий состав, скорее всего, будет формироваться по партийным спискам, хотя детали ещё обсуждаются.

«Президент решил упростить представительную ветвь власти. Возможно, депутатов станет больше, включая представителей АНК. Это ускорит принятие законов. Мир меняется слишком быстро, и нам нужно реформироваться, чтобы не отставать», — отметил Казанцев.

При этом он подчеркнул, что переход к однопалатному парламенту не означает движение к парламентской республике:

«Мы пока не готовы к такой форме правления. Для Казахстана эффективнее остаётся президентская модель».

«Для унитарного государства двухпалатный парламент — нонсенс»

Политолог Айдар Амребаев напомнил, что идея упразднить Сенат обсуждается давно. 

«Президент предложил избирать будущих депутатов исключительно по партийным спискам. Это означает переход к более зрелой политико-правовой культуре: голосование по спискам структурирует общество по идеологическим концепциям и предпочтениям. Но это возможно лишь при условии широкого и конкурентного партийно-политического поля в Казахстане. Кто-то может возразить, что подобная практика у нас уже была. Да, но тогда она “зацементировала” монополию одной партии, поскольку конкурентной среды не существовало. Сейчас же появилась возможность развивать и существующие, и новые партии. Важно упростить процедуру регистрации, исключить административный ресурс и на этой основе формировать новый однопалатный парламент. В развитых демократиях голосование по партийным спискам — это показатель политической зрелости: там голосуют не за личность — «мне нравится этот человек» — а за программу, идеи и стратегию. Такой подход обеспечивает более институциональное и осознанное участие граждан в политической жизни», — отметил эксперт.

Он считает, что переход к однопалатному парламенту станет шагом к демократизации:

«Для унитарного государства, каковым является Казахстан, наличие двухпалатного парламента — это нонсенс. Для стран с унитарной формой характерен, как правило, однопалатный парламент. Появление двухпалатного парламента в своё время способствовало усилению президентской власти, преодолению противостояния законодательной и исполнительной ветвей, и впоследствии укрепило суперпрезидентскую власть Нурсултана Назарбаева. Полагаю, что переход к однопалатному парламенту — требование времени, возможность сформировать более открытые и честные правила игры накануне выборов нового главы государства после 2029 года. Это будет период, когда должна сложиться более зрелая политическая конфигурация, в которой парламент станет стабилизирующей политический процесс силой».

Опыт других стран

Эксперт Института общественной политики партии AMANAT Жансая Нуралиева напомнила, что в Дании, Швеции, Норвегии, Финляндии, Израиле и Новой Зеландии парламенты однопалатные.

«Если эта инициатива получит поддержку на референдуме, ответственность за законотворчество будет сосредоточена в одной палате. С одной стороны, переход к одной палате позволит принимать законы быстрее, без лишних бюрократических барьеров, а также сократит финансовые расходы. Роль политических партий возрастёт, что, в свою очередь, усилит межпартийную конкуренцию. Однако в данном вопросе важно избегать поспешности. В дальнейшем отдельные функции Сената могут быть перераспределены», — сказала она.

Реформа как часть курса на изменения

Глава Центра прикладных исследований TALAP Рахим Ошакбаев назвал предложение президента серьёзной конституционной реформой:

«Объединение парламента в однопалатный можно приветствовать – мы всё-таки унитарная страна, и Сенат в 90-е годы прошлого века исполнял функции большей управляемости законодательного органа и был неким фильтром. Плюс де-факто выполнял функцию extension-органа – в почётную должность сенатора переводились уважаемые, заслуженные чиновники, но по факту он дублировал функции Мажилиса».

Исторический контекст

Политолог Риззат Тасым напомнил, что дискуссии о судьбе Сената идут с 1995 года, когда он появился вместе с двухпалатной структурой. Они обострились после инаугурации Токаева в 2019-м, когда он обозначил формулу «Сильный Президент — влиятельный Парламент — подотчётное Правительство».

«После референдума 2022 года страна перешла от суперпрезидентской модели к президентской. Теперь настало время реформировать парламент. Вопрос в том, какой будет его архитектура и как распределятся полномочия», — отметил Тасым.