Мусорный полигон как личный бизнес: бывшего акима Илийского района отправили за решётку и лишили госнаград

Как мусорная свалка оказался в частных руках и какую роль в этом сыграл действующий на тот момент аким Багдат Карасаев, рассказывает Orda.kz.

В Алматинской области суд поставил точку в уголовном деле о передачи частникам полигона ТБО и прилегающих к нему земель. Фигурируют в нём бывший аким Илийского района Багдат Карасаев, руководитель районного отдела финансов Карлыгаш Бопетаева, экс-глава отдела ЖКХ Ауелбек Майшыбаев и директор частной компании Ерлан Дуйсебаев.

После назначения районным акимом Карасаев получил доступ к служебной информации о мусорном полигоне. Формально заниматься бизнесом ему было запрещено. Но, как показало расследование, фактически чиновник управлял коммерческими делами через доверенных людей.

В 2019 году предприниматель Ерлан Дуйсебаев зарегистрировал компанию ADC TAZA A’LEM, официально собирающую отходы. Следствие и суд пришли к выводу: Карасаев, хотя и не был учредителем, реально влиял на работу компании. Он подбирал сотрудников, давал указания и обеспечивал административные льготы.

Проект мусороперерабатывающего завода признали инвестиционным, и компании выделили 30 гектаров земли. Причём сам полигон ещё даже не был передан в доверительное управление, а тендер не проводился.

В начале 2020 года был объявлен конкурс на передачу полигона в доверительное управление. Одного из участников торгов не допустили, и победителем осталась единственная компания — ADC TAZA A’LEM. Суд отметил, что условия тендера были нарушены. Возможность передачи объекта только одному участнику была заранее прописана, что противоречит закону о госзакупках.

21 февраля 2020 года отдел финансов подписал с компанией Дуйсебаева договор доверительного управления на семь лет без права выкупа и продления.

Но перед подписанием договор изменили. Из него убрали пункт о расторжении при нарушениях и обязательство отдавать государству 55 % чистой прибыли. Это фактически лишило государство реальных рычагов контроля над полигоном.

Суд также подробно рассмотрел события января 2024 года. По его выводам, Карлыгаш Бопетаева, действуя по указанию Карасаева и с помощью Майшыбаева, оформила документы задним числом, чтобы продлить договор доверительного управления не на семь лет, а на 20 — до 2044 года. Письма, протоколы комиссии и дополнительное соглашение были датированы декабрём 2023 — началом января 2024 года, хотя на самом деле оформлялись позже.

Все эти действия прикрывали словами о «поддержке инвестиционного проекта», хотя сам завод по переработке мусора так и не был построен.

Отдельный эпизод касался финансов компании. Выяснилось, что в 2021 году ADC TAZA A’LEM получила чистую прибыль 16,6 млн тенге, из которых 9,17 млн тенге должна была перечислить государству, но этого не сделала. В официальных отчётах компании говорилось, что прибыли нет, а часть платежей шла в обход бухгалтерии.

При этом обвинения в экологическом ущербе на сумму более 200 млн тенге суд не подтвердил. Состава преступления по этой статье не нашли.

По итогам процесса суд вынес смешанный приговор:

Карлыгаш Бопетаева признана виновной в злоупотреблении должностными полномочиями. Ей назначили один год ограничения свободы и пожизненный запрет на работу в госорганах и квазигоссекторе.

Ауелбек Майшыбаев полностью оправдан по всем эпизодам и получил право на реабилитацию.

Багдат Карасаев оправдан по одному обвинению, но признан виновным в злоупотреблении властью и незаконном участии в предпринимательской деятельности. Суд назначил ему три года и три месяца в колонии минимальной безопасности и пожизненный запрет на госслужбу, а также направит представление о лишении государственных наград.

Ерлан Дуйсебаев оправдан по ряду тяжёлых статей, но признан виновным в причинении имущественного ущерба без хищения. Он получил два с половиной года ограничения свободы и запрет на работу с государственным имуществом на три года, но был освобождён прямо в зале суда.

Таким образом, из четырёх ключевых фигурантов реальный срок получил только экс-аким, один чиновник полностью оправдан, а претензии к бизнесу закончились более мягкой квалификацией.

Читайте также: