Необузданный житель степи

Вольный мустанг на просторах американских прерий, брамби на открытых австралийских равнинах или коренастый пони на фоне хмурых шотландских холмов мало кого оставят равнодушными. Быть может, острое ощущение непокоренной свободы заставляет людей думать не только о природе, но и о своей жизни – насколько в ней много движения, простора, внутренней независимости. И, наверное, поэтому именно лошади часто становятся символами государственного уровня. Так, мустанг давно ассоциируется с американским Западом, брамби – с дикими просторами Австралии, а мохнатые пони – с суровой красотой северного островного ландшафта. В каждом случае они – часть представлений о стране.

У моего народа есть своя глубокая история связи с тотемным животным. Для казахов лошадь не просто красивый образ. Она была рядом с человеком в быту, в пути, на войне. Помогала в труде, радовала на праздниках, была героем эпосов и легенд. Но возвращение лошади Пржевальского, или как ее издревле называли у нас – кертагы, заставило задуматься о глубинной связи человека и природы.

Речь не о верном спутнике кочевника и не о спортивной традиции. Речь о животном, которое возвращается в степь без седла и узды. И самое интересное здесь заключается в том, что среди лошадей, которых мы привыкли называть дикими, по-настоящему дикой признана именно кертагы. Даже мустанги и брамби, как оказалось, лишь одичавшие потомки домашних животных. А шотландские пони – это порода, которой свойственно жить в полувольных условиях. Но кертагы – животное другого порядка. Его не приручили заново, а восстановили в праве на эту землю.

История отдает романтикой, но на деле она основана на реальном проекте. Исполнительный директор Казахстанской ассоциации сохранения биоразнообразия Вера Воронова отмечает, что сейчас в Казахстане 21 кертагы, пять из которых уже выпущены в дикую природу на территории природного резервата «Алтын Дала». Конечно, успех будет здесь измеряться не цифрами. Специалисты смогут сказать, что кертагы действительно прижились, только тогда, когда те начнут размножаться в естественной среде.

Эти животные очень важны и для нашей экосистемы. Вместе с сайгой и куланами они относятся к исторической фауне крупных копытных казахстанских степей. Поедая растительность, все они распространяют семена, удобряют и взрыхляют поч­ву, но каждый играет в степи свою особенную роль. Они не заменяют, а гармонично дополняют друг друга в воссоздании степного экологического разнообразия.

И я вижу в возвращении кертагы не только восстановление редкого вида. Мне кажется, это реальный шанс сделать дикую лошадь одним из узнаваемых образов нашей степи. Думаю, что кертагы вполне сможет претендовать на звание символа Казахстана, просторы которого во многом благодаря им воспринимаются как живой организм со своим прошлым, настоящим и будущим – вольным, стремительным и прекрасным.