От шолпы до афрокос

Красота требует времени

– Это моя подруга с косичками.

Сестра представляла маме нашу общую знакомую Румию, которую та помнила еще со времен поступления в университет в 1997 году. Прошло почти 30 лет, но образ женщины до сих пор ассоциируется у всех с косичками на голове.

Помню, как Румия рассказывала, что любила косы с самого детства. Порой она заплетала себе по 20, а то и по 100 косичек, носила отцовскую тюбетейку и даже предположить не могла, что спустя много лет это станет мейнстримом и превратится в национальный тренд. Правда, на четвертом курсе косы ушли на второй план: родственники настояли на стрижке, аргументируя это тем, что в молодом возрас­те нужно экспериментировать. Но волосы отросли, а любовь к плетению не исчезла.

Позже были годы работы в журналистике, официальные мероприятия, интервью с министрами, учеными и общественными деятелями. Косы то исчезали, то возвращались. Но последние десять лет, несмотря на уже пошедший пятый десяток, дама регулярно заплетает афрокосы и брейды, и реакция окружающих порой бывает интереснее самой прически.

Однажды на выставке дипломат, рассматривая экспозицию, подошел к Румие и сделал неожиданный комплимент: «Очень интересно у вас получилось соединить национальный стиль и современный образ». Внимание на плетение обратили и на церемонии награждения шахматистов, оформленной в духе премии «Оскар». Организаторы тогда не поскупились на похвалу, заметив, что это выглядит стильно и запоминающе.

– А в ресторане ко мне подошла как-то женщина лет шестидесяти. С любопытством рассмотрев прическу, она смущенно улыбнулась и попросила разрешения потрогать плетение, а потом стала звать подруг, – рассказывает Румия. – Разговор с ней о волосах перешел в душевную беседу о молодости, моде и о том, как меняется отношение к внешности. История той Зейнеп-тате заставила всех присутствующих с трудом сдерживать слезы – наверное, потому, что каждый в этот момент вспомнил что-то свое, из детства, что-то очень родное. Зейнеп-тате говорила о бабушке, которая ловко плела ей косы, несмотря на скрюченные полиартритом пальцы. А в волосы внучке она вплетала шашбау, которые специально для девочки смастерил ее дед, проделав отверстия в монетах с профилем Ленина и нанизав их на кожаный шнур.

И таких историй у обладательниц необычных причесок немало. Так почему же волосы стали настолько важны в разговорах о самоидентификации?

Если еще двадцать лет назад поход в парикмахерскую для многих был обычной бытовой процедурой, то сегодня индуст­рия красоты превратилась в отдельный мир со своими трендами, философией и языком. По данным участников рынка, простое окрашивание сегодня обходится в среднем от 8 до 18 тыс. тенге. Сложные техники – Airtouch, балаяж или шатуш – могут стоить от 35 до 85 тыс. тенге, а в премиальном сегменте цена на длинные густые волосы достигает 120–150 тыс. тенге.

Не менее востребованным остается афроплетение. Стоимость брейдов начинается от 7 до 15 тыс. тенге, тогда как полноценные афрокосы или афрокудри могут обойтись в 35–75 тыс. тенге. При этом работа мастера занимает 3–10 (!) часов. Специалисты, как правило, отмечают: люди приходят в салон не просто за стрижкой. Для них имеет значение ощущение перемен. За просьбой «сделать покороче» или «освежить цвет» нередко скрывается желание начать новый этап жизни, почувствовать себя увереннее или просто снова понравиться самому себе.

По словам стилистов, современные клиенты все чаще просят не скопировать образ знаменитости, а подобрать решение, которое подчеркнет именно их индивидуальность.

Изменился и возраст аудитории. Если раньше смелые экс­перименты ассоциировались прежде всего с молодежью, то сегодня на яркие акценты, сложные окрашивания и необычные формы плетения все чаще решаются женщины после сорока и даже пятидесяти лет.

Особой популярностью пользуются техники, позволяющие долго не возвращаться в салон. Офисные сотрудницы чаще выбирают натуральные оттенки и плавные переходы цвета. Молодежь охотно тестирует яркие пряди, скрытое окрашивание и афрокудри. Молодые мамы и путешественницы нередко выбирают афроплетение из-за практичности – это возможность забыть на недели о фенах, укладках и ежедневном уходе.

Майда бұрым,
қос бұрым, брейды

Меняется и мужская аудитория. Барбершопы давно предлагают не только классические стрижки, но и окрашивание, камуфляж седины, осветление и различные варианты плетения. Мужчины все чаще приходят к колористам не только ради маскировки возраста, но и чтобы попробовать принципиально новый образ.

Все большую популярность приобретают различные виды брейдов. По словам мастеров, некоторые клиенты просят сделать им современное плетение и ищут в нем связь с национальной культурой. Так, в последние годы появились запросы на стилизацию прически под айдар – традиционную мужскую прядь или косичку, которая в прошлом имела особое значение в жизни казахских мальчиков и юношей. В современных интерпретациях исторический элемент нередко сочетается с выбритыми висками и брейдами.

Встречаются и весьма необычные запросы. Один из мастеров вспоминает клиента, который показал цвет своего автомобиля и попросил подобрать идентичный оттенок волос для участия в автовыставке. Другой рассказывает о девушке, заказавшей густые афрокосы исключительно для того, чтобы скрыть татуировку на затылке перед важным семейным торжеством.

Впрочем, сами брейдеры и колористы признаются: больше всего их удивляют не экзотические идеи, а желание клиентов получить невозможное. Например, превратить волосы, много лет окрашенные хной, в холодный блонд всего за один визит.

Однако разговор о косах в Казахстане неизбежно выходит за пределы моды. Для казахской культуры волосы всегда имели сакральное значение. Они были своеобразным социальным маркером, по которому определяли возраст женщины, ее семейное положение и даже статус семьи.

По данным этнографов Халела Аргынбаева, Узбекали Джанибекова и Ахмета Токтабая, девочкам и незамужним девушкам заплетали множество мелких косичек – майда бұрым. Считалось, что такое плетение способствует росту густых и крепких волос и подчеркивает юность своей обладательницы.

После замужества прическа менялась кардинально. Во время специальных обрядов девичьи косички расплетали и заплетали в две большие косы – қос бұрым. Они символизировали союз мужчины и женщины, соединение двух родов и начало новой жизни.

Особое место занимали украшения. Девушки вплетали в косы серебряные шолпы и шаштеңге, звон которых был слышен издалека. Тяжелые подвески помогали держать осанку, а по характеру их звона окружающие могли судить о скромности, грации девушки. По богатству украшений определяли достаток семьи и статус рода. Замужние женщины украшали волосы шашбау – длинными декоративными подвесками, выполненными из серебра, бархата и драгоценных камней.

Конечно, современные афрокосы и брейды имеют другое происхождение и иную эстетику. Но сама любовь к плетению, внимание к деталям и стремление выразить через прическу свою индивидуальность удивительным образом перекликаются с многовековой культурой степи.

Немало тех, кто вкладывает в косы древний сакральный смысл, и сегодня. Они по-прежнему остаются надежным способом рассказать о себе и своей личной истории без слов. Возможно, поэтому, спустя десятилетия некоторых женщин старые знакомые до сих пор представляют тепло и просто:

– Это моя подруга с косичками...