Пациенты без лекарств, врачи без поддержки. Как и почему урезают здравоохранение

Акмарал Альназарова руководит Министерством здравоохранения Казахстана с февраля 2024 года, 2025-й стал для неё первым полным годом управления отраслью.

Informburo подводит итоги этого периода: что именно было сделано для пациентов и врачей, какие реформы начали менять систему, а где результаты остаются на бумаге. После турбулентных лет пандемии и запуска ОСМС запросы общества в отношении здравоохранения особенно высоки: доступное лечение, честное финансирование, готовность к эпидсезонам, достойные условия для медиков.

Фото пресс-службы Министерства здравоохранения Казахстана

Удалось ли министерству в 2025-м доказать, что эти ожидания могут стать реальностью, выясняла корреспондент Informburo.kz.

Когда лечение и лекарства недоступны

В этом году система здравоохранения Казахстана сделала шаг назад, исключив томотерапию (метод лучевой терапии, представляющий собой неинвазивную процедуру, которая разрушает раковые клетки. – Ред.) из списка высокотехнологичных услуг, прекратив госфинансирование и переведя её на оплату по новой системе, которую до сих пор не утвердили. Вследствие этого центр был вынужден отменить бесплатные сеансы и выписать десятки пациентов, включая детей.

Данный метод сочетает спиральную доставку излучения, многолепестковый коллиматор и встроенную КТ-визуализацию, что даёт максимально точное облучение опухоли при минимальном воздействии на здоровые ткани. Для детей особенно важно, что томотерапия позволяет существенно снизить облучение здоровых органов и тканей и сократить риск побочных эффектов и осложнений. Именно поэтому её исключение из списка доступных услуг может означать, что многие дети теперь лишатся адекватного щадящего лечения.

В этом году министерство также изменило и перечень социально значимых заболеваний, по которым помощь и лекарства предоставляются бесплатно. С 2026 года из списка выводятся:

сахарный диабет; детский церебральный паралич; ревматизм; системные заболевания соединительной ткани.

Эти пациенты больше не будут получать услуги через гарантированный бесплатный пакет и перейдут в систему обязательного медстрахования. Минздрав утверждает, что меняет приоритеты. Поддержка пойдёт тем, кому требуется постоянное и сложное лечение. Формально объём помощи сохраняется. Но бесплатный доступ будет только у застрахованных. Особенно тревожатся те, кто зависит от дорогих лекарств, например, инсулина. 

Ещё одним шагом назад стало исключение более 50 лекарств из ГОБМП и ОСМС. Среди них такие привычные и нужные препараты, как омепразол, антибиотики амоксициллин и кларитромицин, а также средства для детей. 

В официальных комментариях Министерство здравоохранения заявляет, что решение принято после анализа эффективности. Иными словами, многие из исключённых препаратов считаются устаревшими или дублирующими, а клинические рекомендации пересмотрены. При этом ведомство обещает, что больные не останутся без лечения. При необходимости препараты будут закупаться за счёт местных бюджетов или лечебных учреждений. 

Но на практике это ограничение сразу ударило по пациентам. Многие семьи вынуждены покупать лекарства за свой счёт, что особенно тяжело для тех, кто лечится хронически, имеет старый диагноз или низкий доход. Люди с хроническими и редкими заболеваниями оказались особенно уязвимы: для них лекарства либо стали дороже, либо недоступны вовсе.

Перечисленные изменения могут ослабить систему амбулаторного обеспечения, поскольку есть риск, что часть людей с хроническими болезнями и дети с инвалидностью останутся без нужной терапии. Общественные организации уже предупреждают об этом. Без медикаментов болезни прогрессируют, состояние ухудшается, риск осложнений и смерти растёт.

Скорая помощь 

В июле министр здравоохранения обратилась к сотрудникам скорой помощи с поддерживающим посланием. Она подчеркнула важность работы бригад скорой помощи и сообщила, что уже начат аудит зарплат, нагрузки и кадрового дефицита. Цель – привести систему к реальным потребностям медиков. Заявление прозвучало как обещание перемен, которые уже в процессе реализации.

Министр не менее эмоционально выступила и против нападений на врачей. Она сказала: "Остановите насилие против медицинских работников. Это недопустимо". Эта фраза быстро разошлась по соцсетям и стала сигналом обществу и ведомствам, что медики заслуживают защиты и уважения. Теперь обсуждаются и законодательные меры. В числе вариантов – создание отдельной статьи в Уголовном кодексе за такие преступления.

Но несмотря на всё это, фельдшеры возмущены. Их не устраивает уровень зарплат. Сначала одна фельдшер из Темиртау опубликовала в соцсетях информацию о своей зарплате – около 141 158 тенге за 7 смен по 24 часа. Вскоре к ней присоединились коллеги. Некоторые получают 133–180 тысяч тенге, другие – до 200 тысяч, что крайне мало для тяжёлой и рискованной работы.

Медики скорой помощи говорят, что при ночных выездах, опасных вызовах, перегрузках и ответственности за чужие жизни им платят почти как рабочим, а не спасателям.

В итоге многие увольняются, дефицит кадров увеличивается, бригады работают в режиме перегрузок, возрастает риск, что помощь придёт слишком поздно. Они требуют справедливой оплаты, нормальных условий труда, надбавок за риск и переработки, нормального автопарка и защиты на линии.  

Кадровый кризис на селе

Одним из наиболее тяжёлых и узких мест системы здравоохранения остаётся кадровый дефицит в сельской местности. Хотя Акмарал Альназарова и её команда с самого начала руководства отраслью объявили удержание кадров приоритетным направлением, но реальных широкомасштабных сдвигов пока не произошло.

Было принято решение о поддержке медработников, например, врачи, согласившиеся работать в сёлах, должны получать выплаты до 100 МЗП (около 8,5 млн тенге). Однако многие массмедиа, особенно в регионах, отмечают, что внедрение мер идёт неравномерно и зависит от регионов.

На заседании правительства премьер-министр Олжас Бектенов прямо спросил Альназарову: "Вы упомянули о кадровом дефиците. Как именно мы будем проблему решать?", обозначив тем самым, что ситуация признана на высшем уровне.

Альназарова в ответ напомнила о мерах, которые должны повысить интерес специалистов к работе в аулах: бюджетные кредиты под 0,01%, единовременные выплаты, приоритет в детсадах для детей медработников. Хотя вопрос качества подготовки и обеспеченности кадрами находится на особом контроле, но дефицит медицинских кадров в сельской местности по-прежнему составляет 2048 единиц.

Неукомплектованность напрямую ухудшает доступность медицинской помощи, увеличивает нагрузку на остающихся специалистов, ухудшает удовлетворённость пациентов и способствует оттоку ещё большей части персонала. А передвижные медицинские комплексы не заменяют полноценное присутствие врача и медсестры на постоянной основе в деревне.

Вирусные напасти

Сезон гриппа и ОРВИ 2025–2026 стал первым серьёзным испытанием для нового управленческого стиля Минздрава. С сентября зарегистрировано более 1,46 млн заболевших, большинство – дети. При превышении эпидпорогов в ряде регионов на дистанционку перевели только те классы, где отсутствовало более трети учащихся, что показало отказ от прежних жёстких карантинов.

Параллельно министерство усилило лабораторный мониторинг и оперативно подтвердило циркуляцию штамма A(H3N2). Это позволило заранее корректировать профилактические меры и прогнозировать нагрузку на систему здравоохранения.

Под руководством Акмарал Альназаровой министерство отслеживает показатели заболеваемости и опирается на лабораторный мониторинг штаммов вируса. В частности, в ноябре был подтверждён циркуляционный штамм A(H3N2), "гонконгский грипп", что позволило своевременно адаптировать профилактические меры и прогнозировать нагрузку на медучреждения. Меры назвали своевременными и оперативными. 

К началу ноября в Астане возник точечный дефицит лекарств. Минздрав быстро увеличил поставки. В столицу завезли более 60 тысяч упаковок, ситуацию стабилизировали. Но сам дефицит показал уязвимость логистики и неравный доступ к препаратам: регионы получают их позже и в меньших объёмах.

В аптеках Алматы провизоры также говорят о растущем дефиците ряда препаратов. Хотя пик вирусных заболеваний в стране Минздрав ожидает в декабре.

Имидж в СМИ

За время руководства Акмарал Альназаровой Министерство здравоохранения инициировало ряд регуляторных изменений, часть из которых вызвала общественные споры.

Одним из самых дискуссионных стал запрет на использование пенсионных накоплений из ЕНПФ для оплаты стоматологии. Чиновники объяснили ограничение необходимостью пресечения злоупотреблений, однако проект тут же вызвал резкую критику населения. Но министр тогда подчеркнула, что даже отрицательные отзывы на платформе "Открытые НПА" не повлияют на итоговое решение, поскольку "это регламентная процедура".

В вопросе финансирования первичного звена оказания медуслуг министерство перешло к экономической мотивации. Поликлиники, где пациенты ни разу не обращались за год, будут получать только 80% базового норматива. Решение направлено на повышение качества и заинтересованности в профилактике.

Ряд решений Минздрава в СМИ назвали реакцией на кризисные ситуации. После резонансного случая, когда осуждённому отказали в операции, суд обязал Минздрав вмешаться, и Альназарова лично посетила СИЗО.

Параллельно в ведомстве пересматривают тарифы на услуги, которые оказывают частные клиники в рамках ОСМС. Начиная с 2026 года уже обновлено 426 клинико-затратных групп, повышены ставки по 72 видам услуг на 23 млрд тенге. Министр пояснила, что это "не отразится на пациентах", так как услуги в рамках ГОБМП и ОСМС остаются бесплатными.

Часть решений направлена на повышение прозрачности финансов. Минздрав заявляет о предотвращении "перепотребления" медуслуг на 6,7 млрд тенге за счёт автоматизации примерно 40% процесса финансирования.

Отдельным направлением остаётся обсуждение судьбы "СК-Фармации". На фоне опасений по поводу коррупционных рисков Альназарова заявила, что структуру оптимизируют, но не упразднят. На днях "СК-Фармация" объявила параметры закупочной кампании на 2026 год. Решение по закупке лекарств даёт сильный сигнал к снижению посредников, расширению ассортимента, более раннему планированию. Однако эффект для пациентов пока в будущем. 

За последний год министр активно участвовала в публичной дискуссии, сравнивая цены на услуги в Казахстане и США. Она сообщала, что КТ, МРТ и ангиография в нашей стране в 5–10 раз дешевле. Одновременно расширяется доступ к профилактике. Новые категории граждан получили право на бесплатные медосмотры, дополнительно охвачено около 300 тысяч человек. Среди достижений – резкое сокращение приписок в поликлиниках. По данным Минздрава, благодаря автоматическому контролю их число уменьшилось в 19 раз.

Однако министерству регулярно напоминают о нерешённых задачах: депутаты критикуют неэффективность ОСМС и сохраняющийся кадровый дефицит. А для сферы онкологии поднят вопрос о давлении на статистику поздних стадий. Минздрав эти обвинения опроверг.

Иногда обсуждения выходили за рамки профессиональной повестки. Так, имиджевый эпизод с сумкой стоимостью 250 тысяч тенге вызвал резонанс, но министр быстро пояснила ситуацию, и тема была закрыта.

Системные проблемы 

Система обязательного медицинского страхования (ОСМС) при министре Альназаровой формально получила ряд заявленных направлений: расширение охвата, цифровизация, переход к страховой модели. Министерство заявило, что в страховку будут переходить дополнительные направления: консультативно-диагностическая помощь, амбулаторное лекарственное обеспечение, а также лечение хронических заболеваний. 

Также предусмотрено, что с 2026 года в ОСМС будут постепенно переноситься оставшиеся хронические болезни и часть социально значимых направлений.

Однако пациенты и депутаты обратили внимание, что формальное расширение пакета не улучшило доступность диагностики: обследования предоставляются в ограниченном объёме, из-за чего пациенты неделями ожидают очереди на КТ, МРТ и базовые анализы. Как подчёркивал депутат мажилиса Нурлан Ауесбаев, искусственные ограничения на консультативно-диагностические услуги ухудшают качество медпомощи и ведут к позднему выявлению заболеваний.

Смешанная модель финансирования – ещё один узел проблем. Перенос системы только к страховой модели обещан, но пока не реализован. В текущем году министр также декларировала переход к полной страховой модели к 2027 году, но недоверие граждан к системе остаётся по-прежнему высоким. В августе 2025 года указывалось, что "3,3 млн человек вне системы". Переход к "полной" страховой медицине отложен, что удерживает систему в режиме ожидания и увеличивает неопределённость для граждан.

Платёжная дисциплина остаётся одной из самых уязвимых точек ОСМС. Если гражданин пропускает взнос хотя бы за один месяц, он автоматически теряет статус застрахованного и узнаёт об этом только в момент обращения за медпомощью. Причины системные: нестабильные доходы, отсутствие работодателя, который бы платил взносы, и недостаточное понимание правил.

Многие казахстанцы просто не знают, когда и как оплачивать. В результате они выпадают из ОСМС не по своему выбору, а из-за сложности администрирования. Принятые в 2025 году поправки позволяют временно получать помощь даже при долге, но это не устраняет основного барьера – восстановление статуса по-прежнему требует полного погашения задолженности.

К тому же проблема долгов и финансовой устойчивости системы ОСМС не устарела, а остаётся одним из ключевых вызовов. В октябре 2025 года фонд признал долг 150 млрд тенге: 70+ млрд – по бесплатной медпомощи, 75 млрд – по ОСМС. Руководство пообещало закрыть обязательства "в ближайшее время".

Министр неоднократно подчёркивала, что цифровизация здравоохранения – один из её приоритетов. Тем не менее сама министр ещё в марте 2024 года признавалась: "На цифровизацию потрачено более 15 млрд тенге, а эффект практически нулевой". Возможно, что цифровая инфраструктура либо была недостаточно эффективна, либо её внедрение затянули.