Перспективы медных переделов

Эта линия развития металлургии цветных металлов была обозначена на Astana Mining & Metallurgy 2026, где Премьер-министр Олжас Бектенов сообщил о планах направить в 2026–2028 годах около 470 млн долларов на дальнейшее развитие геологоразведки. Уже оцифровано более 4,6 млн единиц первичной геологической информации. Следующим этапом станет применение искусственного интеллекта для анализа данных и ускорения поиска новых месторождений.

Недавно Правительством было одобрено соглашение об инвестициях по проекту создания медеплавильного завода, заключенное между Министерством промышленности и строительства РК и ТОО «Qazaq Smelter». Новое производство разместят в Балхаше Карагандинской области. Выход завода на полную проектную мощность должен усилить позиции Казахстана в медной отрасли: производство «красного металла» планируется увеличить в полтора раза – до более чем 800 тыс. тонн в год, а экспорт – с 460 тыс. до 760 тыс. тонн.

Как пояснила председатель правления KAZ Minerals Management Айжан Балабатырова на панели RES 2026 EXPO «Стратегические ресурсы в эпоху перехода: как индустрия ищет баланс между ростом и ответственностью», медь нужна практически всем направлениям новой экономики – возобновляемой энергетике, электрическим сетям, производству электромобилей... При этом новые месторождения не появятся быстро – даже при самом удачном стечении обстоятельств освоение крупного меднорудного проекта займет от 17 до 23 лет.

– Когда мы говорим об энергетическом переходе, чаще всего вспоминаем о технологиях. Но зачастую забываем, на базе чего строится новая энергетика. Медь – ключевой металл, необходимый для любой возобновляемой генерации, – подчеркнула председатель правления. – К 2030 году уже будет наблюдаться серьезный разрыв между спросом и предложением на рынке меди, а к 2050-му предложение будет почти в два раза отставать от объемов спроса.

По словам Айжан Балабатыровой, морская ветряная энергоустановка требует 9,6 тонны меди на 1 МВт мощности, тогда как газовая генерация – тонну. В одном электромобиле содержится более 70 кило меди, в автомобиле с двигателем внутреннего сгорания – 20 кг.

Но как производить больше металла без роста нагрузки на экологию? Участник панели RES 2026 EXPO директор департамента охраны окружающей среды ERG Kazakhstan Талгат Торебеков связал решение этого вопроса с модернизацией предприятий. Их компания разработала стратегию в данном направлении еще в 2018 году. Инвестиции в нее составляют более 282 млрд тенге. Компания внедряет наилучшие дос­тупные технологии, обновляет системы очистки и развивает автоматизированный мониторинг. По словам спикера, твердые выбросы уже снижены на 16%, к 2030 году планируется сократить их на 56%.

На мировом рынке все большее значение имеют не только объемы поставок, но и происхождение металла, энергоемкость его производства, водопотребление, выб­росы и прозрачность данных. Поэтому экологическая модернизация – не внешнее требование, а условие устойчивой работы с инвесторами и экспортными партнерами.

Но энергопереход не заканчивается на месторождении или заводе. Об этом рассказал другой участник панельной сессии – заместитель директора ТОО «QAZAQelectricLTD» Ренат Жексембаев, говоря о потребности меди для зарядных станций.

Для Казахстана медь становится точкой соединения недр, промышленной политики и технологического развития. Новый завод в Балхаше, курс на высокий передел, цифровизация геологических данных и экологическая модернизация предприятий укладываются в одну логику: природный ресурс должен превращаться в более сложную промышленную цепочку.

Если республика ограничится лишь добычей и экспортом сырья, она получит только незначительную часть выгоды от мирового спроса. Если же медная отрасль будет развиваться вместе с переработкой, технологиями, экологическими стандартами и подготовкой кадров, эффект окажется шире. Тогда энергопереход будет работать не только на экспортные показатели, но и на создание рабочих мест, развитие производственных компетенций и наращивание долгосрочной конкурентоспособности Казахстана.