Под проценты по дружески

Как частные займы на миллионы тенге довели петропавловского бизнесмена до суда

Деньги на лечение, открытие своего дела или посевную заемщики бизнесмена Евгения РОСТОВЩИКОВА получали быстро. Иногда после отказа банков. Но вместе с наличными появлялись нотариально заверенные договоры, в которых фигурировали залоги и огромные проценты.

Кто-то рассчитывался с кредитором за несколько месяцев и не имел претензий, другие платили годами или расставались с недвижимостью. Эта финансовая история продолжалась почти 10 лет, пока в ней не появились сотрудники ДЭР и уголовное дело на сотни миллионов тенге.

История одного из должников Орала Т. могла бы быть обычным рассказом о частном займе, если бы не одна деталь. В сентябре 2022 года ему требовались 20 млн тенге. Евгений Ростовщиков согласился дать деньги под 4 процента в месяц. У нотариуса Орал увидел в договоре сумму 29,6 млн. Сначала подписывать документ заемщик отказался и ушел. Но деньги нужны были срочно, и мужчина вернулся.

По словам Орала, фактически ему передали именно 20 млн тенге. Наличность пересчитали на машинке, а Ростовщиков сфотографировал момент передачи денег. Впоследствии заемщик выплатил 8,8 млн тенге ежемесячными платежами, но основной долг вернуть не смог. Начались суды. В 2025 году Т. в итоге погасил более 26 млн тенге, взысканных по гражданскому делу, плюс расходы частного судебного исполнителя.

Через несколько лет та самая фотография с пачками купюр оказалась уже в уголовном процессе над самим Ростовщиковым. Он утверждал, что на ней запечатлена передача большей суммы. Суд изучил изображение, количество пачек, номинал банкнот и пришел к выводу, что денег визуально 20 млн, а не 29. Пожалуй, это один из редких случаев, когда суду пришлось буквально считать деньги по фотографии.

Таких историй вокруг Евгения Ростовщикова за девять лет накопилось немало. Он был далеко не подпольным миллионером с чемоданом наличности. Официально занимался предпринимательством, торговлей, недвижимостью, имел банковские вклады и крупный инвестиционный портфель. Однако с 2016 года начал регулярно одалживать деньги другим.

Причины, по которым к нему приходили, были разные. Екатерине К. деньги понадобились на лечение родителя, Елена П. брала их для бизнеса, Ерлан З. - на сельхозработы. У кого-то уже были банковские кредиты, кому-то банк отказал, а кому-то деньги требовались быстрее, чем кредитная организация была готова принять решение.

Ростовщикова находили через знакомых и объявления в интернете. Сам кредитор говорил, что объявление размещал лишь однажды, еще в 2016 году, а затем сработало сарафанное радио.

Механизм многих сделок был похож. Заем обеспечивался квартирой, домом, автомобилем или коммерческой недвижимостью. Стороны шли к нотариусу, однако сумма в договоре порой значительно превышала ту, которую заемщик фактически получал. Вознаграждение отдельной строкой могло не фигурировать. Проценты заранее включали в общую сумму обязательства.

Особенно наглядно это видно в истории С. В 2024 году ему требовалось 10 млн тенге. Но Ростовщиков согласился дать только семь. Залогом стал дом. У нотариуса С. обнаружил, что договор составлен более чем на 22 млн тенге. По его показаниям, Ростовщиков объяснил это тем, что сумма рассчитана на полный срок пользования деньгами, а при досрочном возврате платить ее целиком не придется. С. рассчитался уже через месяц. Вернул 7 млн тенге и сверху 420 тысяч тенге как вознаграждение. То есть шесть процентов. Обременение с дома сняли. Все как договаривались.

Но далеко не все истории заканчивались так благополучно. Татьяна К. рассказывала суду, что впервые обратилась к Ростовщикову в 2019 году. Ей нужно было 600 тысяч тенге. Условием, по ее словам, были 10 процентов в месяц, а в договоре появилась сумма 900 тысяч. Женщина утверждала, что примерно два с половиной года ежемесячно отдавала по 60 тысяч, при этом основной долг не уменьшался.

Позже Татьяна К. заняла еще 1 млн тенге. На этот раз в договоре фигурировали 2,2 млн. По ее словам, с декабря 2022 года до лета 2025-го она отдала около 3 млн тенге ежемесячными платежами по 100 тысяч. Однако основной миллион все еще оставался долгом. В суде женщина заявила и еще об одном эпизоде. Летом 2025 года, когда деятельностью Ростовщикова уже заинтересовался ДЭР, он якобы попросил ее говорить, что деньги давал по-дружески и без процентов.

Ирония в том, что некоторые другие свидетели именно так отношения с Ростовщиковым и описывали - дружеские и беспроцентные. Другие говорили, что при финансовых проблемах Ростовщиков не начислял пени, соглашался ждать или вообще прощал проценты. Были заемщики, которые прямо заявили суду, что никаких претензий к нему не имеют.

Сам Евгений Ростовщиков настаивал, что использовал свой капитал, никого не принуждая брать деньги, а нотариально удостоверенные сделки считал совершенно законными. Лицензии на микрофинансовую деятельность у него не было, но, по словам подсудимого, он и не считал, что занимается чем-то незаконным.

Так продолжалось до августа 2025 года, когда финансовая история превратилась в уголовную. Следствию пришлось разбираться с огромным массивом финансовых отношений. В окончательном обвинении фигурировали 115 займов.

В итоге суд признал доказанной систематическую предпринимательскую и микрофинансовую деятельность без необходимой регистрации и лицензии с извлечением дохода в особо крупном размере. В деле фигурирует сумма 774 048 650 тенге. Однако называть ее чистой прибылью Ростовщикова было бы неправильно. Суд исходил из юридического понятия дохода при незаконной предпринимательской деятельности без вычета связанных с ней расходов. Поэтому судебная арифметика заметно отличается от бытового представления о том, сколько человек фактически "заработал".

Евгений Ростовщиков вину не признал и просил оправдать его. Петропавловский городской суд признал его виновным по пункту 2 части 2 статьи 214 УК и первоначально назначил два с половиной года ограничения свободы с конфискацией имущества. После применения амнистии срок сократили вдвое. Кроме того, Ростовщикову на пять лет запретили заниматься предпринимательской и микрофинансовой деятельностью в коммерческих и некоммерческих организациях.

Самой чувствительной частью приговора оказалось, пожалуй, не ограничение свободы, а конфискация. В доход государства суд постановил обратить дорогие внедорожник и мотоцикл, несколько квартир в Петропавловске, одну в Астане, административно-бытовое здание, крупные суммы на банковских счетах и инвестиционный портфель, который только по состоянию на август 2025 года оценивался примерно в 280 млн тенге.

При этом имущество супруги Ростовщикова суд конфисковывать не стал. Обвинение не смогло доказать его преступное происхождение.

Еще 17 человек заявили требования о возмещении имущественного ущерба. Суд признал за ними право на удовлетворение исков, однако конкретные суммы предложил устанавливать уже в отдельных гражданских процессах.

Приговор еще может быть обжалован в апелляционном порядке.

Светлана ДРОЗДЕЦКАЯ, Петропавловск

0