Радиация, которая лечит

– Вот здесь мы проводим томотерапию – неинвазивную процедуру, разрушающую раковые клетки, чтобы остановить их рост, – говорит радиационный онколог Международного онкологического центра томотерапии «ҮМІТ» Рауан Отыншиев, показывая на кабинет с приоткрытой дверью (на ней висит знак радиационной опасности – черный трилистник на желтом фоне).

– А были ли среди ваших пациентов те, кто страдает радиофобией? – интересуюсь я.

– Конечно! Люди боятся проведения рентгенографии, компьютерной томографии или маммографии, ошибочно полагая, что даже минимальное облучение нанесет серьезный вред здоровью, хотя современные аппараты используют низкие дозы, – отвечает Рауан Тулембаевич.

Страх перед радиацией в странах постсоветского пространства вполне объясним. Несмотря на то что со времен последних испытаний на Семипалатинском полигоне и чернобыльской катастрофы прошло больше четверти века, фобия остается, в том числе в медицинской сфере. Однако врачи, которые ежедневно борются с злокачественными образованиями, уверяют: медицинское облучение тщательно контролируется и польза от своевременной диагностики или лечения обычно многократно превышает риск от радиационного воздействия.

– Перед началом курса томотерапии мы тщательно рассчитываем дозы облучения и определяем его способы, с помощью которых можно добиться максимального уничтожения опухолевых клеток и защиты здоровых тканей. Объем облучения и необходимое количество фракций, сеансов томотерапии, согласно протоколам диагностики и лечения злокачественных новообразований, подбирает врач – радиационный онколог. Расчеты дозиметрического плана проводит команда высококвалифицированных специалистов – медицинских физиков, – поясняет Рауан Отыншиев.

По словам специалиста, важна неподвижность пациентов во время проведения процедуры, поэтому при данном виде лучевой терапии используется специальная сетка из термопластика. Она повторяет контуры человека, например, головы, грудной клетки, шеи или таза. Благодаря ей проводится фиксация тела, что позволяет направлять облучение именно на пораженные участки, не задевая здоровые ткани организма.

– В нашем центре используются два аппарата Tomotherapy Radixact X9. Производитель – американская компания. Технология объединяет функции компьютерной томографии и линейного ускорителя. Перед каждым сеансом выполняется визуализация опухоли, что позволяет корректировать положение пациента с высокой точностью, минимизировать нагрузку на здоровые ткани и индивидуально рассчитывать дозу облучения, – продолжает радиационный онколог.

Средняя продолжительность процедуры – около 15 минут. План лечения, как упоминалось выше, разрабатывается командой: радиационный онколог, медицинский физик, дозиметрист. Здесь и речи нет об облучении всего организма. Воздействие рассчитывается на конкретный участок. Обо всем этом, безусловно, рассказывают пациентам, в том числе тем, кто панически боится радиации.

Врачи стараются достучаться до сознания страдающих радиофобией людей, развенчивая миф, к примеру, о так называемом накопительном эффекте радиации. Люди думают, что получаемое облучение накапливается в организме и приводит к новым злокачественным недугам. Но важно понимать: при дистанционной лучевой терапии пациент не становится радиоактивным источником (излучение действует в момент процедуры и не «фонит» после ее завершения). Разъяснение принципов лечения значительно снижает уровень радиофобии, поскольку, когда пациент видит план дозирования, понимает логику расчетов и этапность терапии, страх уступает место осознанному согласию. Ведь главный риск для онкопациента – не радиация, а упущенное время.

– Если сравнить радиологию 20 лет назад и сейчас – это абсолютно разные подходы. Сегодня в радиационной онкологии работают много молодых специалистов, как раз таки именно из-за технологического прорыва в отрасли. Страх нельзя ставить выше шансов на лечение, – отмечает Рауан Отыншиев.

Он вспоминает клинический случай: у пациента обнаружили лимфому Ходжкина с объемом опухоли более 20 см, занимавшей значительную часть легкого. После курса терапии был дос­тигнут выраженный регресс, человек вышел в ремиссию. О чем это говорит? О значительном потенциале современных технологий, их возможностях даже при крупных образованиях и сложных локализациях.

«Пациент, к счастью, не страдал радиофобией. Но будь оно так, мы бы, безусловно, разъяснили ему главное: страх перед облучением не имеет веса перед необходимостью в лечении», – добавляют сотрудники Международного онкологического центра томотерапии «ҮМІТ», который до октября 2025 года работал в рамках ГОБМП. Однако после прекращения субсидирования поток пациентов сократился, и это при том, что не все могут позволить себе оплачивать лечение самостоятельно.

Не секрет, что в некоторых региональных онкоучреждениях медики работают на устаревшем оборудовании. В столице – на современном. И тут возникает неравенство доступа к высокоточной терапии. В связи с этим в центре уверены, что сегодня перед системой здравоохранения стоят две параллельные задачи: просвещение населения для снижения уровня радиофобии и обеспечение доступности медицинских технологий путем расширения финансирования клиник.