Счёт без лица

79-летний житель Караганды Темиржан Дыбысов узнал, что стал дроппером, только в зале суда

До этого ему не поступало ни звонков из банка, ни уведомлений о подозрительных операциях, ни SMS о новом счете. А вскоре прилетел иск на один миллион тенге и решение о взыскании.

Речь идет о счете в Home Credit Bank. По словам адвоката Карагандинской областной коллегии адвокатов Ширин АМИРГАЛИЕВОЙ, виртуальная карта была оформлена онлайн 27 февраля 2025 года. Уже с 7 по 10 марта через нее прошел миллион тенге - деньги перевел житель Шахтинска, ставший жертвой интернет-обмана. 11 марта счет заблокировали.

Позже Темиржан ДЫБЫСОВ обратился в полицию Шахтинска. Было возбуждено уголовное дело по факту мошенничества. Досудебное расследование затем приостановили. Не дожидаясь итогов следствия, потерпевший житель Шахтинска подал гражданский иск. В нем указано: между сторонами не было никаких договорных отношений, значит, полученные средства подлежат возврату.

Представитель истца в суде настаивала: деньги поступили на счет Темиржана Дыбысова, следовательно, именно он должен их вернуть. Защита с этим категорически не согласна.

- Мой доверитель ни сном ни духом не знал о существовании этого счета. Он его не открывал, заявлений не подавал, карту не получал. Важно не только то, что деньги поступили, но и то, приобрел ли человек имущество и распоряжался ли им. На счете средства не задержались, они были переведены дальше. Мой доверитель ими не пользовался, - пояснила Ширин Амиргалиева.

В районном суде №2 Казыбекбийского района Караганды вскрылись детали, которые, по словам защиты, вызывают вопросы. Новый счет был открыт по номеру телефона, который, как выяснилось, принадлежит жительнице Костанайской области. Сам Дыбысов утверждал, что этим номером никогда не пользовался.

- У банка в базе данных уже был действующий номер моего клиента - тот же, по которому он проходил биометрическую идентификацию 17 января и 13 марта 2025 года. Модель телефона тоже фиксировалась. Но при открытии виртуальной карты биометрия не проводилась, сверка устройств и номеров не была произведена, - отметила адвокат.

По ее словам, транзакции совершались с другого устройства - не того, которым пользовался пенсионер.

- Банк располагал всей информацией, чтобы провести дополнительную проверку. Но, как мы увидели из документов, этого сделано не было, - утверждает адвокат. - Мы считаем, что надлежащим ответчиком в этом деле должен быть не пенсионер, а финансовая организация, которая обязана обеспечивать кибербезопасность и защиту персональных данных клиентов.

В банке в ходе процесса представили сведения об открытии счетов и движении средств, указав, что идентификация клиента была проведена. Разрешение спора оставили на усмотрение суда.

Суд первой инстанции, однако, исходил из буквального толкования статьи 953 Гражданского кодекса: если лицо без законных оснований приобрело имущество за счет другого, оно обязано его вернуть. Факт поступления средств на счет, открытый на имя ответчика, подтвержден документально и не оспаривался.

Суд указал: приговора в отношении третьих лиц или сотрудников банка нет, доказательств непричастности ответчика к операциям не представлено. Следовательно, основания для отказа в иске отсутствуют.

Решением суда с Темиржана Дыбысова взыскали один миллион тенге, еще 10 тысяч госпошлины и 100 тысяч расходов на представителя. Адвокат Ширин Амиргалиева намерена обжаловать решение.

- Суд, по нашему мнению, подошел к делу формально, опираясь на сложившуюся практику по дропперским делам. Но здесь есть существенные особенности: отсутствие биометрии при открытии счета, несоответствие номеров телефонов и устройств, пожилой возраст клиента, - настаивает она.

По словам Амиргалиевой, ей известно о других аналогичных эпизодах, когда финансовая организация шла на медиацию и возмещала ущерб пострадавшим. Сам Дыбысов, по словам близких, тяжело переживает происходящее.

- Человеку почти 80 лет. Он плохо слышит, не пользуется активно мобильными приложениями. И вдруг - обвинения в том, что он дроппер, - возмущена адвокат.

История еще не завершена - впереди апелляция. Но уже сейчас она поднимает болезненный вопрос: кто в цепочке кибермошенничества оказывается крайним - тот, чьими данными воспользовались, или тот, кто не обеспечил достаточный контроль?

Аида ДАСТАН, Караганда