Телефон это продолжение вашей руки

В Казахстане обсуждают масштабные поправки в законы о связи и телекоммуникациях. Зачем государству понадобился конт­роль за верификацией IMEI-кодов смартфонов, почему казахстанцам хотели разрешить бесплатно ввозить только два телефона в год и что изменит легализация Starlink - об этом в интервью “Времени” рассказал мажилисмен и IT-специалист по образованию Абуталип МУТАЛИ.

- Одна из самых обсуждаемых норм касается верификации IMEI-кодов смартфонов, которые ввозят в страну. Сейчас этой системой занимается частная литовская компания, но по новым поправкам в закон контроль хотят передать государству. Чем госкомпания будет лучше частной?

- Это вопрос уровня ответственности. База IMEI-кодов - это не просто набор цифр, а стратегический ресурс, содержащий персональные данные миллионов граждан! Когда такой сис­темой занимается частная, тем более иностранная компания, у людей закономерно возникают вопросы: где хранятся данные? насколько они защищены? кто несет ответственность в случае утечки? Государство считает, что такие системы должны находиться под конт­ролем Государственной радиочастотной службы. Это уже другой уровень требований к кибербезопасности и подотчетности.

При этом для обычных людей ничего не меняется. Как и раньше, верификацию телефонов при ввозе в Казахстан будут оплачивать импортеры. По данным уполномоченного органа, повышения стоимости услуги не планируется. Более того, исключаются риски необос­нованного роста цен, которые возможны при частной монополии.

Есть еще один важный момент. За верификацию каждого устройства взимают 1 МРП. А в Казахстан ежегодно завозят около 5 миллионов телефонов. В сумме это огромные средства, которые теперь будут поступать в госбюджет.

- Вы говорите, что для рядовых граждан ничего не меняется. Тогда почему возникла идея ограничить ввоз до двух телефонов в год для личного пользования?

- Речь не о запрете покупать телефоны, а о борьбе с серым импортом. Сегодня есть схемы, когда под видом личного пользования в страну массово завозят сотни устройств без уплаты налогов и какой-либо ответственности перед покупателем. Это нелегальная предпринимательская деятельность.

Поэтому и обсуждалась норма до двух телефонов в год для личного пользования. Мы исходили из простой логики: среднестатистический человек меняет телефон не чаще, чем раз в год. Даже если купить устройство себе и еще одному члену семьи, этого более чем достаточно.

При этом нет запрета ввозить больше устройств. Просто, если речь идет о третьем или четвертом телефоне, государство рассматривает это как коммерческий ввоз, где должны уплачиваться соответствующие налоги и пошлины.

Но здесь важно отметить: сейчас принято решение не включать эту норму в текущую редакцию законопроекта. Дело в том, что Казахстан входит в Евразийский экономический союз и подобные ограничения требуют согласования на уровне всех стран-участниц.

В одностороннем порядке их вводить нельзя, поэтому вопрос оказался более сложным, чем предполагалось изначально.

Этот вопрос будет подниматься в начале лета на уровне ЕАЭС. И, скорее всего, к нему вернется уже состав депутатов курултая.

- В законопроекте есть еще одна необычная норма: вы предлагаете разрешить покупателям возвращать телефоны продавцам даже после вскрытия коробки, пока устройство не прошло верификацию IMEI-кодов. Не приведет ли это к злоупотреблениям?

- Нет, это защита честного покупателя. Часто дефекты или программные ошибки обнаруживаются только после распаковки. Пока телефон не прошел верификацию в системе, его возврат не создает проблем для учета. Это заставит магазины быть более ответственными и исключит продажу серых, восстановленных или заблокированных устройств под видом новых.

Сейчас бывает так: человек приносит телефон домой, пытается зарегистрировать его, а система показывает, что устройство не проходит верификацию. А значит, пользоваться им в стране невозможно. Получается, устройство либо ввезено без уплаты налогов, либо имеет сомнительное происхождение. В обоих случаях это ответственность продавца, а не покупателя.

Бывают и более серьезные случаи, когда в обороте оказываются устройства, участвовавшие в мошеннических схемах, или даже краденые телефоны. Поэтому мы считаем, что покупатель должен иметь право вернуть такой товар.

- Есть ли в законопроекте еще нормы, касающиеся смартфонов?

- Да. Например, обязательная биометрическая идентификация при оформлении сим-карт. Сейчас мошенники массово скупают номера и используют их в своих схемах. Мы хотим, чтобы каждый номер был привязан к конкретному человеку.

Кроме того, депутаты обсуждают принцип персональной ответственности за свое устройство и номер. Если человек передал свое устройство другому лицу, то ответственность за дальнейшее использование ляжет на того, кто передал устройство. Это связано с борьбой против телефонного терроризма, мошенничества и voice-фишинга. Например, были случаи, когда телефон без спроса брали со стола учителя и использовали для ложных сообщений о заложенной бомбе. Потом возникает вопрос: кто отвечает за это?

Но это не означает запрет на передачу телефона. Если вы дарите свое устройство другому человеку, вы сможете официально открепить его через сайт Государственной радиочастотной службы и закрепить за новым владельцем. Тем самым ответственность полностью переходит к нему. Но эта норма пока находится на стадии обсуждения, в том числе с Минюстом, поэтому вопрос еще не финализирован.

Но уже сейчас я бы призвал читателей не оставлять телефоны без присмотра. И если к вам на улице подходят с просьбой позвонить от вас, лучше не давать свой телефон. Потому что сегодня телефон - это максимально персональный инструмент, это по сути продолжение вашей руки!

- Законопроектом вводится норма про бестарифный доступ к госсайтам, включая eGov, е-Otinish, е-Salyk и мессенджер AITU. По каким критериям вы решили, какие сайты достойны бесплатного доступа?

- Логика простая: человек должен иметь доступ к базовым госсервисам даже при нулевом балансе. Например, вам нужно срочно предъявить элект­ронное удостоверение личности через eGov mobile, а на телефоне минусовой баланс.

Или перед вылетом выясняется, что у вас есть небольшой штраф или налог. Раньше это могло стать причиной ограничения на выезд. Но если поправку примут, то человек сможет зайти в систему е-Salyk даже без доступа в интернет, увидеть задолженность и сразу же ее погасить.

Точно так же через госсервисы можно подать обращение в суд, записаться в поликлинику или воспользоваться другими базовыми услугами - и все это должно работать независимо от того, есть ли у вас баланс или нет. Хочу отдельно поблагодарить операторов связи: они не стали возражать против этой нормы, хотя она предполагает для них коммерческие издержки.

И речь не идет о каком-то фиксированном перечне навсегда. Список сервисов с бестарифным доступом в будущем может расширяться.

- Другой нормой в Казахстане легализуют спутниковый интернет. Станет ли Starlink доступнее или, наоборот, подорожает пос­ле регулирования? Будут ли какие-то ограничения для его пользователей?

- После вступления закона в силу Starlink станет полностью легальным для частных лиц. Для тех, кто установил Starlink раньше, предусмотрен переходный период - своего рода амнистия. Штрафов не будет. Пользователям нужно просто пройти регистрацию и внести устройство в систему. На это отведен примерно год. По данным Минцифры, сейчас в Казахстане используется 15 105 терминалов Starlink.

Что касается стоимости спутникового интернета, она определяется конкуренцией. Казахстан не собирается открывать свое цифровое небо только одному поставщику: ожидается приход и других игроков, включая Amazon с проектом Kuiper, а также китайскую компанию спутникового интернета. Конкуренция должна привести к снижению цен.

Скорость и объем трафика для пользователей спутникового интернета ограничиваться не будут. Но, как и в случае с обычными операторами связи, доступ к запрещенным ресурсам будет регулироваться в рамках национального законодательства.

Когда Starlink запускали в Казахстане в пилотном режиме, его устанавливали в 504 сельских школах и отдаленных аулах, где никогда не было интернета. Но тогда еще не существовало госрегулирования, из-за чего возникали проблемы. Я тогда работал в сфере кибербезо­пасности, и ко мне поступали жалобы от родителей, учителей и школьных администраций.

Во-первых, интернет через Starlink не проходил через казахстанскую сис­тему фильтрации. И пользователи, в том чис­ле школьники, могли бесконтрольно заходить на запрещенные сайты.

Во-вторых, государственные цифровые сервисы вроде eGov воспринимали запросы школьных бухгалтеров из сел как подозрительные. Их блокировали, считая это возможными фишинговыми атаками из-за рубежа, потому что трафик шел не через привычную инфраструктуру Казахстана. Теперь Starlink будет работать по казахстанским правилам информационной безопасности, и таких проблем не будет.

- Не боятся ли традиционные телеком-операторы конкуренции со спутниковым интернетом?

- Нет, у каждого свой клиент. Государство продолжает развивать наземную инфраструктуру: к концу текущего года, по данным Минцифры, еще 1944 села будут подключены к магистральным волоконно-оптическим линиям связи (ВОЛС), а к концу 2027-го - 1064 села. К этому времени Всемирная паутина станет доступна каждому сельчанину. Но останутся территории, куда невозможно проложить ВОЛС: поля, пастбища, трассы, удаленные малые села. И вот там спутниковый интернет незаменим.

Тогжан ГАНИ, Астана