Что стоит за стартом строительства медеплавильного завода в Актогае? Мнение эксперта

После утверждения новой методики переработки меди компания KAZ Minerals дала старт строительству завода за 1,8 млрд долларов. Почему проект важен для страны и что стоит за его реализацией, написал финансовый эксперт Айбар Олжаев.

Он напомнил, что 20 октября произошли два знаковых для медной отрасли события. Министерство промышленности и строительства объявило об утверждении новой методики определения тарифа на переработку концентрата. В тот же день президент дал официальный старт строительству медеплавильного завода KAZ Minerals в Актогае.

"Совпадение примечательное. Новая методика предусматривает учет инвестиционной составляющей при формировании тарифа на переработку медного концентрата. А компания, которая еще несколько лет назад считала строительство собственного медеплавильного завода экономически нецелесообразным, теперь приступает к реализации проекта стоимостью 1,8 млрд долларов", – написал Айбар Олжаев.

Мощность будущего предприятия составит 300 тысяч тонн катодной меди в год. Первую продукцию планируют получить в 2030 году.
Однако за заявлениями о стратегической значимости проекта стоит 11-летняя история обещаний, отказов и пересмотра инвестиционных планов.

Сегодня реализация Актогайского проекта сопровождается целым комплексом государственных механизмов. Во-первых, завод включен в перечень 17 крупных прорывных проектов Казахстана и Республиканскую карту индустриализации. Это предполагает государственное сопровождение, мониторинг сроков и содействие ответственных органов в решении возникающих вопросов.

Во-вторых, к финансированию потенциально может подключиться Банк развития Казахстана. Еще в ноябре 2025 года сообщалось, что проект проходит первый этап сбора документов. В июне 2026 года руководство KAZ Minerals подтвердило рассмотрение возможности долгосрочного финансирования БРК. Одобрение кредита пока публично не подтверждено, но сам факт возможного привлечения государственного финансирования показателен, отмечает эксперт.

В-третьих, непосредственно перед официальным стартом строительства государство утвердило новую методику определения тарифа на переработку медного концентрата. Она позволяет включать в тариф не только затраты на переработку и нормативную прибыль, но и инвестиции в модернизацию действующих и строительство новых медеплавильных заводов.

Айбар Олжаев подчеркнул, что фактически создан механизм, при котором вложения в новые производственные мощности могут учитываться в стоимости переработки концентрата. Это, отметил он, делает строительство заводов экономически более предсказуемым, поскольку предусматривает возможность возврата инвестиций через тариф. 

"В итоге получается интересная конструкция: государство берет проект под стратегическое сопровождение, рассматривается возможность финансирования через БРК, утверждаются новые правила тарифообразования с инвестиционной составляющей – и KAZ Minerals вновь заявляет о готовности строить собственный завод. Неужели, чтобы KAZ Minerals наконец построила собственный медеплавильный завод и перестала вывозить медный концентрат в Китай, государству потребовалось задействовать практически весь арсенал инструментов промышленной политики? Показательно и то, что в ходе церемонии запуска строительства президент напомнил, что, согласно Конституции, природные ресурсы принадлежат народу, и отдельно акцентировал внимание на необходимости соблюдения установленных сроков", – уверен эксперт.

Такое пристальное внимание государства вполне объяснимо, добавил он, ведь "за 11 лет компания меняла планы – и после такого одних инвестиционных обещаний недостаточно".

История Актогайского медеплавильного завода началась еще в 2015 году. Тогда председатель совета директоров KAZ Minerals Олег Новачук выступал за развитие собственной переработки медного концентрата в Казахстане. "Я нацелен на плавку и считаю, что конечный продукт должен в Казахстане получаться", – заявлял он.

Однако уже в 2017 году KAZ Minerals отказалась от строительства завода, "списав 16 млн долларов расходов на изучение проекта". В январе 2018 года Олег Новачук объяснил причины такого решения в интервью Kapital.kz: "Когда изучили стоимость и экономический эффект, поняли, что строить еще одно такое производство в Казахстане нет никакого смысла".

"Вместо собственного завода компания предпочла использовать свободные медеплавильные мощности в Китае. При этом от миллиардных вложений в добычу не отказывалась: в том же 2018 году KAZ Minerals реализовывала расширение Актогайского ГОКа стоимостью 1,2 млрд долларов. Получалось, что инвестировать миллиарды в увеличение производства концентрата и экспортировать природные ресурсы было выгодно, а строить мощности для его переработки внутри Казахстана – нет", – комментирует решение финансовый эксперт.

В июне 2024 года компания вновь объявила о строительстве медеплавильного завода. Тогда стоимость проекта оценивалась в 1,5 млрд долларов, а ввод в эксплуатацию планировался до конца 2028 года. А уже в октябре того же года в экологической документации фигурировал другой график – завершение строительства в марте 2029 года. Теперь, в октябре 2026 года, инвестиции выросли до 1,8 млрд долларов, а первую продукцию обещают получить только в 2030 году. Таким образом, резюмирует Айбар Олжаев, всего за два года заявленная стоимость проекта увеличилась на 20%, а сроки его реализации вновь сдвинулись.

"Для KAZ Minerals строительство металлургического комплекса – стратегическое инвестиционное решение и долгосрочное вложение в экономику Казахстана", – заявил Олег Новачук в ходе телемоста с участием президента. 

"За 11 лет собственная переработка успела побывать необходимостью, экономически бессмысленным проектом и вновь стратегическим инвестиционным решением. Возникает закономерный вопрос: что именно изменилось в экономике проекта? Почему завод, который еще восемь лет назад считался нецелесообразным, теперь стал стратегическим приоритетом? И какую роль в этом сыграли новые экономические условия, создаваемые государством?" – задается вопросами эксперт.

Сегодня для реализации проекта задействован целый комплекс государственных механизмов. Особое значение, уверен специалист, имеет принятая методика, которая создает экономические условия, делающие переработку медного концентрата внутри Казахстана более выгодной и инвестиционно привлекательной.

Айбар Олжаев уверен, что после событий 20 октября круг потенциальных выгодополучателей становится понятнее: прежде всего это перерабатывающие предприятия, заинтересованные в модернизации и строительстве новых мощностей. KAZ Minerals с ее проектом – один из очевидных участников такого рынка, заключил эксперт.