Как формировалась воинская элита

К примеру, в Первой мировой войне 1914–1918 годов представители казахской национальной интеллигенции принимали участие в ней в качестве военных врачей в рядах армии Российской империи. Одним из них был выпускник Санкт-Петербургской императорской военно-медицинской академии Санджар Асфендиаров (1889–1938).

Чингизид, потомок хана Младшего жуза Абулхаира, до начала этой войны проходил службу в качестве военного врача в различных соединениях Туркестанского военного округа. Попав на фронт в составе 5-го стрелкового полка, в 1914 году в сражении у польского города Лодзи оказался в плену, работал врачом в лагерях для военнопленных. Именно здесь он знакомился с историей европейских народов и трудами зарубежных авторов. Эти знания впоследствии помогли ему при написании первой книги об истории казахского народа. В 1916 году в результате обмена военнопленными Санджар Асфендиаров вернулся в Россию и продолжил службу в качестве военврача в Туркестанском военном округе. После Февральской революции в составе видных представителей местной национальной интеллигенции принимал участие в политических и демократических преобразованиях края.

Следует упомянуть также еще одного нашего земляка, генерала от инфантерии царской армии Лавра Георгиевича Корнилова (1870–1918) – последнего Верховного главнокомандующего вооруженными силами Российской империи.

Родился он в станице Каркаралинской Сибирского казачьего войска в семье отставного хорунжего Егора Корнилова. Его матерью была обращенная в православие казашка-сирота по имени Гульшара Баимбет-кызы из рода керей Среднего жуза. В некоторых публикациях ее называют Майрой, а после крещения – Марией Ивановной Корниловой. Дело в том, что сибирским казакам из-за нехватки русских невест разрешали брать в жены казашек при условии принятия ими христианства. Поэтому, как указывал ученый-этнограф, однокашник Шокана Уалиханова по Сибирскому кадетскому корпусу Григорий Потанин, бытовым языком сибирских казаков той поры был «киргизский», то есть казахский язык. Некоторые авторы даже пишут, что Лавр Корнилов на самом деле был не русским, а крещеным казахом, другие – татарином или калмыком. К слову: в столице Калмыкии Элисте на центральной площади генералу воздвигнут памятник…

Детство Лавр проводил в ауле матери, где тесно общался со своими сверстниками, поэтому хорошо знал разговорный язык и обычаи казахов. А в своей повседневной речи часто употреблял характерное для мусульман выражение «Иншалла!» («Слава Всевышнему!»), чем немало удивлял своих однополчан, не служивших в Туркестане и Степном крае и не знакомых с традициями местных народов. И отчетливо выраженный восточный (монгольский) тип лица внешне заметно выделял его среди высшего генералитета и офицерства Российский армии.

Как и Шокан Уалиханов, Лавр Корнилов сначала учился в Сибирском кадетском корпусе и Михайловском артиллерийском училище в Санкт-Петербурге, затем в Николаевской академии Генерального штаба Вооруженных сил России. Откуда выпустился в 1898 году в числе первых с малой серебряной медалью в чине капитана досрочно.

Вся его служба проходила в разведотделе штаба Туркестанского военного округа. Тайно он побывал в Афганистане, Восточной Персии и Кашгаре (вторым после Шокана Уалиханова). В этом ему помогло знание шес­ти восточных языков. Участник Русско-японской войны 1904–05 годов, он являлся военным атташе в Пекине и четыре года работал на российскую военную разведку.

Участник Первой мировой войны 1914–1918 годов, он командовал пехотными бригадой и дивизией в чине генерал-майора и генерал-лейтенанта. В одном из боев, раненный в руку и ногу, попал в германский плен, где уже находилось более 60 русских генералов. Но только один Корнилов, подвергаясь смертельной опасности, бежал из плена. За этот героический поступок императором Николаем I был награжден орденом Св. Георгия III степени, после чего его имя в дореволюционной России стало символом верности воинской присяге.

Затем Корнилов командовал корпусом, армией, Петроградским военным округом и войс­ками Юго-Западного фронта, пользовался огромным авторитетом в армии и на фронте. После Февральской революции 1917 года и падения царизма был назначен Верховным главнокомандующим всеми Вооруженными силами России.

Так простой сибирский казак с казахскими корнями Лавр Корнилов возглавил российскую армию в переломное для страны время. После приезда в Петроград встречавшая его на вокзале восторженная толпа несла вождя Белого движения Корнилова на руках.

Когда после падения царского самодержавия в феврале 1917 года в стране наступила полная анархия, он настаивал на установлении временной военной диктатуры для наведения порядка и дисциплины с последующей передачей власти законному гражданскому правительству. Но Временное правительство во главе с Александром Керенским не позволило ему осуществить эти планы.

Так называемый корниловский мятеж летом – осенью 1917 года не привел к какому-либо кровопролитию, хотя ударный корниловский полк насчитывал 200 офицеров, 2,5 тыс. всадников и был хорошо оснащен пулеметами и полевой артиллерией. Но большевики воспользовались сложившейся ситуацией и в октябре 1917 года силой свергли Временное правительство, что привело к длительной кровопролитной гражданской войне с миллионными жертвами.

Личным конвоем Корнилова был Текинской конный полк, состоящий из 800 всадников турк­менского племени ахалтеке. Смугло­лицые джигиты отличались высоким ростом, гордой воинственной осанкой, честнос­тью, чистотой нравов и храб­ростью. Корнилова текинцы почти­тельно называли Уллу Бояр («Великий Господин») и были беспредельно преданы ему. Среди них были и казахи из знаменитого племени адай на Мангышлаке, также отличавшиеся беспредельным мужеством на поле боя.

После Октябрьского переворота, когда к власти пришли большевики, Корнилов становится первым главнокомандующим белой Добровольческой армии. Вместе с ней он отступил на юг, в Ростов, далее – на Кубань. Этот зимний поход 1917–1918 годов с жестокими морозами, снегами и ураганами вошел в историю как 1-й Кубанский («Ледяной») поход. Интересно, что первоначально Корнилов предлагал уходить не на Дон, а в знакомые ему Сибирь или Туркестан, где надеялся, видимо, на поддержку земляков – сибирских и семиреченских казаков, а в случае неудачи уйти, возможно, в Западный Китай.

При штурме Екатеринодара (сейчас – Краснодар) на рассвете 21 марта 1918 года в штабной домик попал случайный снаряд, осколок которого поразил Корнилова в висок. Смерть была мгновенной.

Так погиб знаменитый генерал от инфантерии Лавр Корнилов – последний Верховный главнокомандующий Вооруженными силами Российской империи, в жилах которого текла казахская кровь. Корнилов был тайно захоронен недалеко от места гибели, позже большевики нашли могилу, всячески поглумившись над останками генерала, сожгли их.

Такова история казахских офицеров и генералов эпохи Российской империи. Конечно, все они верой и правдой служили царизму, но другого пути формирования национальной воинской элиты в то время не было.