Кто в теремочке живёт?

Семейная пара сдала в аренду коттедж на время отъезда в другой город, а теперь новые жильцы наотрез отказываются освобождать чужое жильё

Вызывал доверие

Супруги из Уральска Мейрам и Гульнур ЮСУПОВЫ ютятся в съемной квартире: в их просторный дом их просто не пускают.

Весной 2024 года главе семейства поступило предложение о работе в Усть-Каменогорске. Переезд был спонтанным. Первым в начале июня уехал Мейрам, позже к нему перебралась супруга с детьми. В большом частном доме площадью почти 200 квадратных метров поначалу оставалась пожилая мама Мейрама, но ей одной тяжело было справляться с хозяйством. Было принято решение дом сдать.

Через общих знакомых Юсуповы вы­шли на некоего Ерика, который представился бизнесменом. Мужчина объяснил, что у него большие и серьезные планы в отношении своего жилья, а пока ему нужен временный, но обязательно прос­торный дом, где была бы парковка для его нескольких автомашин. Юсуповы сообщили, что готовы сдать свой коттедж за 300 тысяч тенге в месяц. Потенциальный арендатор сразу стал просить скидку, предлагая оплатить за год вперед, но Мейрам проявил твердость: оплата помесячная, никаких скидок, ведь дом сдавался полностью укомплектованным - с тремя спальными гарнитурами, тремя телевизорами, обставленной гостиной, оборудованной детской, а по всему периметру установлена система видео­наблюдения.

В итоге соглашение было достигнуто, но договора об аренде не составляли: Юсуповы к тому моменту полным составом находились в Усть-Каменогорске, а будущий арендатор произвел впечатление солидного человека. Ударили по рукам. Личные вещи хозяева упаковали и закрыли в одной из комнат.

Дом заперли, вещи вывезли

Первый год все шло гладко: арендная плата поступала вовремя, комуслуги временные жильцы оплачивали строго по квитанциям. Проблемы начались летом 2025-го, когда Юсуповы приехали в Уральск в отпуск и захотели осмотреть свою недвижимость.

- Мы три недели были в городе, но так и не смогли попасть внутрь, - с горечью вспоминает Гульнур Юсупова. - Ерик постоянно кормил нас завт­раками: то он уехал с семьей, то его нет в городе. При этом мы подъезжали к дому и видели, что окна распахнуты нас­тежь. На наши вопросы его первая супруга Жанна (с которой он, как выяснилось позже, к тому моменту уже развелся) отвечала, что в доме просто временно ночует родственник.

К зиме ситуация обострилась. С декаб­ря 2025 года начались перебои с оплатой. Последней каплей стало известие, полученное в марте 2026-го от знакомых. Юсуповым прислали видеоролик, из которого следовало, что их арендатор Ерик подозревается в серии мошенничеств, и сообщили, что он вывозит из дома их вещи.

Юсуповы экстренно сорвались из Усть-Каменогорска.

Перед поездкой Мейрам попросил арендатора показать дом хотя бы по видео­связи. В ответ получил неожиданное сообщение.

- Ерик написал, что сказал новой суп­руге, будто дом принадлежит ему и является свадебным подарком. Просил подождать, пока отвезет жену к родителям, чтобы она ничего не увидела, - утверждает хозяин коттеджа.

Приехав к дому, Юсуповы обнаружили, что временный жилец сменил кодовый замок на калитке и установил свои камеры. Когда супругам наконец удалось попасть внутрь, их ожидало, по их словам, тяжелое зрелище.

Из дома была вывезена практически вся их мебель и техника. Вместо этого в коттедже была новая обстановка.

- Наших вещей практически не было. Стояла другая мебель, висели новые шторы. Такое ощущение, будто мы зашли в совершенно чужой дом, - говорит Гульнур.

Юсуповы утверждают, что сразу потребовали показать, куда вывезены их вещи. Их несколько дней возили по разным адресам, обещая показать место хранения, однако в итоге ничего не показали.

- Нас водили по каким-то помещениям, открывали двери, говорили: “Наверное, здесь...” Потом: “Нет, в другом мес­те...” Возникало ощущение, что никто не знает, где находятся наши вещи, - рассказывает Мейрам.

Кредиторы идут на штурм

После этого хозяева дома направили жильцам официальное уведомление о расторжении аренды и требование освободить коттедж. Однако арендаторы отказались выезжать из жилья, и конфликт переместился в суд. Но на этом история только набрала обороты.

Хозяева утверждают, что за время их отсутствия арендатор успел представить дом своим знакомым как собственный. Более того, возле коттеджа стали появляться люди, которые искали жильца. По словам Мейрама, некоторые собеседники говорили о крупных денежных долгах арендатора и даже угрожали поджечь коттедж, если не смогут найти самого должника.

- Мне звонили совершенно незнакомые люди. Один сказал: “Просто ответь честно: это твой дом или его? Потому что я здесь неоднократно был в гостях, и мне говорили, что дом принадлежит ему”, - рассказывает Мейрам. - Мне одно­значно дали понять, что Ерик серьезно накосячил и звонивший рассчитывал получить свои деньги за счет дома.

К дому несколько раз приходили разгневанные кредиторы. Кому-то, по их словам, арендатор задолжал 2 миллиона, кому-то - 16, кому-то другие суммы. 12 июня, по словам Мейрама, там был настоящий штурм: люди требовали вернуть долги. Приехал даже родной отец Ерика, который кричал ему: “Сын, выходи, так нельзя!” - и в сердцах побил окна в доме, пока квартиранты держали глухую оборону внутри. Тогда же, утверждают владельцы дома, они впервые услышали, что правоохранители тоже были уверены: хозяином является вовсе не семья Юсуповых.

- Мне участковый сказал, что заявление про побитые окна уже написала хозяйка дома. Я спросила: “Какая хозяйка?” Показываю документы: вот, мы настоящие собственники. Участковый удивился, - вспоминает Гульнур.

“По закону будем разговаривать”

У противоположной стороны конфликта, разумеется, своя правда. Интересы арендаторов представляет адвокат Кайрат АЙДЕНОВ, у которого принципиально иной взгляд на эту “коммунальную драму”. Он настаивает на том, что дело носит исключительно характер рядового гражданско-правового спора, а Юсуповы намеренно раздувают скандал в прессе и социальных сетях.

- Если изначально арендодатели о многих вещах умалчивают, то о какой объективности может идти речь? - парирует адвокат Кайрат Айденов. - Между сторонами была устная договоренность о долгосрочной аренде с последующим возможным выкупом этого дома. Мой доверитель передавал деньги, этот вопрос еще открыт. Да, письменной расписки нет, но есть видеозаписи, которые мы предоставим суду. Конфликт вспыхнул из-за того, что хозяин дома приехал и начал вести себя неподобающе: устраивать скандалы, оскорблять людей, разговаривать с позиции силы. Наш клиент просто встал в позицию: “Раз ты так разговариваешь, давай действовать строго по закону”.

По мнению защитника, Юсуповы пытаются решить вопрос методами психологического давления и самоуправства, вместо того чтобы дождаться законного вердикта.

- Подобных гражданских споров о выселении по республике тысячи, - подчеркивает Айденов. - Зачем устраивать из этого грязную пиар-кампанию в Инстаграме, привлекать СМИ? Есть законный порядок. Будет судебное решение о выселении - мои клиенты соберутся и освободят помещение. Придут судебные исполнители, вопрос закроется. А до тех пор любые попытки принудительно выселить людей мы будем расценивать как незаконные действия. Мои доверители ни на какой дом не претендуют, они прекрасно понимают, кто собственник по документам. Но выселение должно проходить цивилизованно, а не путем выставления людей на улицу. Тем более что в доме проживают дети.

На сегодня ситуация зашла в тупик. Решение суда - дело небыстрое, тем более если его искусно затягивать. Юсуповы смогли через коммунальные службы официально отключить в коттедже свет. По данным владельцев дома, после отключения электричества квартиранты оттуда съехали. Но попасть в собственный дом Юсуповы все равно не могут: для этого им необходимо взламывать кодовый замок или дверь, а закон считает это правонарушением, тем более что на территории, по их словам, часто находятся мужчины, которые охраняют коттедж от лица арендаторов.

И пока по их дому ходят чужие люди, Юсуповы с тремя маленькими детьми вынуждены жить в съемной однокомнатной квартире.

Затянут на годы

Адвокаты бьют тревогу: отечественное законодательство в вопросах выселения имеет колоссальные бреши, которыми умело пользуются недобросовестные наниматели.

Сейчас сторона ответчика активно разыгрывает “детскую карту”. Суду предоставили документы о том, что в доме проживают несовершеннолетние дети новой супруги Ерика, и гражданский суд был вынужден передать дело в ювенальный. А это означает новые месяцы разбирательств.

Затем наступит осень, а выселять людей с детьми в отопительный сезон запрещено законом. К тому же, даже пос­ле решения суда о выселении, никто не отменял вторую и третью инстанции. Процесс может затянуться на годы. Более того, исполнительный лист выписывается на конкретное лицо. Если из дома по суду выселят Ерика, там преспокойно могут остаться его родственники или помощники (например, его доверенное лицо Тимур, который, по словам истцов, сейчас фактически караулит объект), и всю судебную карусель хозяевам придется начинать сначала.

Юсуповы признаются, что больше всего их поражает невозможность попасть в собственное жилье.

- Вот такой парадокс: дом принадлежит нам, но мы не можем в него войти. Нам говорят: сначала получите решение суда, потом сможете попасть к себе домой. Для нас это просто абсурд! - недо­умевает Мейрам.

Злата УДОВИЧЕНКО, фото автора, Уральск

Случай семьи Юсуповых - жесткий и наглядный урок для всех казахстанцев, сдающих недвижимость. Отсутствие детального письменного договора, акта приема-передачи имущества и юридической бдительности может привести к тому, что законный собственник окажется абсолютно бесправным перед лицом тех, кого сам же пустил на порог.