Мама обожала красную помаду . Зачем умершим делают посмертный макияж

В Хэллоуин принято превращать живых в мертвецов: наносить грим, имитировать раны и создавать пугающие образы. Но есть люди, для которых работа с посмертным макияжем – не праздничное развлечение, а профессия. Танатопрактики готовят тела умерших к погребению: одевают их, укладывают в гроб и наносят макияж. А если у человека при жизни были серьезные травмы лица или повреждения, с помощью специального воска и грима восстанавливают утраченные ткани.

В Казахстане эта профессия остается малоизвестной и вызывает неоднозначную реакцию. Одни считают ее ненужной, рассуждая, что умершему уже все равно, как он выглядит. Другие уверены: даже после смерти человек заслуживает достойного прощания. И хотя тема смерти в казахстанском обществе по-прежнему остается табуированной, находятся люди, которые без суеверий относятся к посмертному визажу и даже заранее говорят, что хотели бы воспользоваться такой услугой.

Работать со смертью могут далеко не все 

Ошибочно думать, будто танатопрактиком может стать любой визажист. На танатоэстетов учатся, во время курса обучения им дают теоретические знания, которые они закрепляют на практике в морге, им вручают сертификаты и лишь потом они приступают к работе.

Астанчанка Кристина Куценко получила образование в Новосибирском учебном центре похоронного сервиса. Она прошла обучение по курсу "Основы предпохоронной подготовки тела, бальзамирование, танатоэстетика". 

Настоящий танатопрактик проходит обучение / Фото из архива Кристины Куценко

"У большинства людей близкий контакт с покойником вызывает страх, неприятие и даже брезгливость. Психологи утверждают, что 20% людей могут работать в сфере танатопрактики или иных профессий, напрямую связанных со смертью, но и среди тех, кто выбрал для себя подобную специальность, высок риск профессиональной деформации и выгорания. Танатолог должен обладать особым складом психики, иметь высокий уровень эмоциональной устойчивости и уметь ставить строгие рамки между работой и собственной жизнью с бытом и личными эмоциями", – рассказывает руководитель ритуальной службы "Память №1" Кристина Куценко.

Право на достойное прощание

Работа танатопрактика начинается с разговора с членами его семьи. Специалисту важно узнать множество деталей и тонкостей о том, как выглядел усопший при жизни. Особенно, если предстоит работать с женщиной, ведь ей необходимо подобрать макияж, максимально приближенный к тому, какой она наносила себе при жизни. 

"Хейтеры часто пишут в социальных сетях танатопрактикам: "Макияж покойнику не нужен, вы зарабатываете дополнительные деньги на чужом горе". Но для меня не существует понятие "чужое горе", иначе я бы не выбрала мою профессию. Стоимость посмертного визажа начинается с 15 тысяч тенге. На практике мне не раз доводилось делать посмертный макияж бесплатно, естественно, с согласия родных усопшего. Проявлять инициативу в подобных случаях неэтично и недопустимо. Перед работой я всегда прошу у родственников фотографию умершей женщины, чтобы увидеть ее предпочтения в косметике. Лучшая награда для меня – слова родственников о том, что покойник кажется им просто уснувшим, без тени страданий на лице", – говорит Кристина Куценко.

Танатокосметика отличается от обычной и стоит значительно дороже. Традиционные декоративные средства не подходят, так как они не ложатся ровно на холодную кожу. Тональный крем, пудра, помада и тени для посмертного макияжа более плотные и стойкие, часто содержат компоненты для фиксации и дезинфекции (формалин, консерванты).

Не так давно на рынке даже появился танатогель, помогающий разгладить морщины. В Казахстане косметические средства для визажа усопших не производят, танатопрактики обычно заказывают специальные средства из Европы и США. Содержимое чемоданчика танатоэстета оценивается в среднем в 300-500 тысяч тенге.

"Близкие умершей женщины при заказе для нее посмертного макияжа ведут себя неодинаково. Многие просят меня сделать визаж по моему усмотрению, но выбрать пастельные оттенки, неброские цвета. Некоторые настаивают на ярком макияже, потому что "мама обожала красную помаду и бирюзовые тени и не выходила из дома без такого визажа". Это их право, и танатопрактик обязан выполнять поставленную перед ним задачу, а не вступать в споры и навязывать собственное видение", – считает Кристина Куценко.

Макияж для мужчины

Обращаются за услугами к танатопрактику и родственники умерших мужчин.

"Я организовывала похороны известного человека, но имя умершего и область его деятельности я называть воздержусь. На церемонию прощания с ним ожидали родных и друзей из разных стран. Телу предстояло находиться в доме почти трое суток. Я деликатно намекнула его сыну, что без посмертного макияжа не обойтись. Поначалу парень возмутился: "К чему косметика мужчине?", потом подумал недолго и согласился. Правда, сказал строго: "Постарайтесь натурально сделать все, не понравится мне – уберете косметику полностью". Я ездила в их дом до похорон несколько раз, корректировала посмертный макияж, ведь заметные изменения лица умершего человека происходят каждые три часа", – вспоминает Кристина Куценко.  

Главная задача танатоэстета – вернуть усопшему естественный вид для достойной церемонии прощания. В случае  долгой и изнурительной болезни лицо теряет натуральные краски, при раковых заболеваниях оно приобретает желтый цвет, некоторые болезни придают коже синеватый оттенок. 

Фото из архива Кристины Куценко

"У погибших насильственной смертью или тех, чью жизнь оборвала авария, катастрофа либо несчастный случай, на лице нередко сильные повреждения. Тогда нам приходится работать заодно реставратором и скульптором. Недавно я буквально восстанавливала усопшему лицо, так как в результате падения с большой высоты парень получил сильнейшие травмы. Смотрела на его фотографию из семейного архива и старалась придать максимальное сходство", – приводит пример из практики Кристина Куценко.

К потере детей привыкнуть невозможно

Танатопрактики видят в смерти естественный процесс, избежать которого никому не удастся. Кристина Куценко выполняет свою работу без страхов, по ночам спит спокойно, не вскакивает в ужасе при звуке внезапно открывшегося окна или скрипе пола. 

"Я осознанно выбрала мою профессию, ведь кому-то нужно поддерживать людей в самый тяжелый для них час, помогать им морально, взять на себя заботу о погребении. Единственное, с чем я точно никогда не смогу смириться – смерть детей. Недавно мы хоронили восьмилетнего ребенка, положили его в гроб в новенькой школьной форме. Мама постоянно шептала: "Он живой, сейчас встанет", у меня сердце разрывалось от горя. Доводилось хоронить младенцев и малышей, родившихся мертвыми. Их хоронят в больших белых картонных коробках или крохотных гробах 50-80 сантиметров", – говорит Кристина Куценко. 

Детям посмертный макияж не делают. Кожа у них настолько нежная, что визаж приобретает максимальное сходство с маской. Дети же ассоциируются с чистотой и ангельским сном, а плотный слой косметики делает лицо ненатуральным и "кукольным".

Вид усопшего ребенка с явными следами декоративной косметики на лице вызывает шок и даже может нанести психологическую травму горюющим родственникам малыша.

"Когда люди узнают мою профессию, часто задают вопрос: "Не боюсь ли я привидений?" Почему-то им кажется, будто призраки умерших, которым я делала посмертный макияж, должны непременно меня посетить. Я с глубоким уважением отношусь к смерти и всему, что с ней связано. У меня есть традиция обращаться к покойным во время работы, говорить ему о предстоящем прощании с родными, и я не испытываю чувство страха к нему, прикладываю максимум усилий, чтобы усопший выглядел достойно. Потом складываю все косметические принадлежности в чемоданчик и ухожу, дома я о работе не вспоминаю, занимаюсь привычными делам, в быту и обычной жизни ничем не отличаюсь от представителей других профессий", – убеждена Кристина Куценко.

Фото из архива Кристины Куценко 

У Кристины Куценко два сертификата, один из них – международного образца и дает ей возможность работать в любой их стран Европы. Однако переезжать из Казахстана Кристина не планирует, она настроена на развитие танатоиндустрии в родной стране. 

"Не надо бояться смерти и избегать любых разговоров о ней. Моя профессия научила меня вдвойне ценить жизнь, ведь никто из нас не знает, когда ему суждено умереть. Смерть забирает пожилых и молодых, пенсионеров и младенцев, богатых и бедных, знаменитостей и тех, кто никогда не мечтал о славе и известности. Она придет к каждому из нас, поэтому важно делиться теплотой своего сердца сегодня, не откладывать добрые слова и поступки, спешить благодарить людей, не наносить другим обиды по пустякам, не копить зло. Надо поддерживать друг друга, ведь для кого-то из нас завтра уже не наступит, и будет поздно сожалеть о несказанных вами словах любви и признания", – резюмировала Кристина Куценко.