Помочь детям в кризисной ситуации

Теперь в кризисной ситуации, будь то изъятие детей из неблагополучной семьи или потеря родителей, ребенка не будут сразу определять в специальные учреждения. Его примет приемная профессиональная семья (ППС). Проект запущен Министерством просвещения. И это уже пятая форма устройства детей, направленная на то, чтобы и без того травмированный ребенок оказался не в учреждении, а в теплой домашней обстановке.

За объяснение деятельности ППС – от первых шагов кандидатов до сопровождения семьи после размещения ребенка – взялись и общественные фонды. В частности, ОФ «Ана үйі» и «Демеу сенім» проводят локальные обучающие мероприятия во всех регионах страны.

По инициативе регионального специалиста ОФ «Ана үйі» по Акмолинской области депутата областного маслихата Куралай Джумабековой такая встреча прошла в Кокшетау. На нее соб­рались социальные педагоги, специалисты органов опеки и представители патронатных семей. Последние, кстати, могут стать кандидатами на создание приемной профессиональной семьи.

Мероприятие, на котором о системе ППС говорили те, кто буквально стоит у ее истоков в регионе, оказалось полезным во многом благодаря самой Куралай Габдулгамаровне – патронатной маме с десятилетним стажем, воспитывающей 18 детей – своих и приемных. Собравшиеся услышали практический разбор новой системы от человека, который уже пилотно работает в ней.

По словам Куралай Джумабековой, работа в регионе началась с июля 2025 года. Институт приемных профессиональных семей – альтернатива детским учреждениям. Приемные профессиональные родители – не просто опекуны. Они, пройдя трехмесячное обучение, психологическую подготовку, должны быть готовы принять ребенка или даже несколько детей из одной семьи в любое время дня и ночи. Выбирать нельзя – семья принимает любых детей, кому срочно нужна помощь, тепло и забота. В одном доме могут жить до четырех детей. И такая семья, где дети могут находиться до полугода, – временная опора. Ребенок живет здесь, пока решается его дальнейшая судьба: возвращение в родную семью, устройство в постоянную либо усыновление.

Есть и четкие требования к кандидатам: гражданство Казахстана, возраст от 30 до 63 лет, собственное жилье и обязательное обучение в школе приемных родителей. Государство оплачивает их работу: в 2025 году это 75 МРП – 294 тыс. тенге в месяц каждому родителю и 10 МРП на содержание одного ребенка.

– У нас существуют несколько видов семейных устройств: опека, патронатные семьи, усыновление, но приемная профессиональная семья отличается тем, что эту помощь можно назвать сиюминутной. Например, поздно вечером полицейские нашли на улице подростка или соседи рассказали участковому о неблагополучной семье, где детям грозит опасность. Но если их изъять из родной семьи и помес­тить в специальное учреждение, они будут сильно подвержены эмоциональной и социальной депривации, другим психологическим травмам. Поэтому и создаются приемные профессио­нальные семьи, где ребята в домашней обстановке, окруженные теплом и заботой, могут находиться полгода до определения их дальнейшего статуса. Если за это время родители не смог­ли вернуть ребенка, его можно будет оставить еще на полгода. А если в родной семье условия для безопасного и полноценного проживания детей не сложились, тогда рассматривается вопрос о его устройстве в патронатную семью либо усыновления. Главный принцип – безопасность и интересы ребенка, – пояснила Куралай Джумабекова.

ППС будет тесно работать с органами опеки и службой поддержки, которую сегодня соз­дают через ОФ «Ана үйі». Уже сформировался и своего рода тройственный союз: управление по защите прав детей, «Ана үйі» и органы опеки. К этой работе подключаются детские учреж­дения и ювенальная полиция.

Для обучения кандидатов на создание ППС аккредитован ОФ «Ана үйі». Здесь будут оказывать помощь и родителям для скорейшего восстановления семьи. Порой дети оказываются в детских учреждениях по причине лечения мам от алкоголизма либо из-за других сложных обстоятельств. Некоторые в течение полугода не могут восстановиться в родительских правах. Очень важно, чтобы в этот период они не были предоставлены сами себе, с ними нужно работать. Такая служба при общественном фонде уже действует, сопровождая семьи до полутора лет. Но поскольку проект ППС пилотный, в дальнейшем в его рамках должны появиться официальные сопровождающие организации. Поддержка приемных профессиональных семей должна стать системной.

Куралай Джумабекова не скрывает: в воспитании детей, переживших подобный печальный опыт, немало сложных и порой болезненных вопросов. К травмам прибавляется недоверие к взрослым, поведенческие особенности, которые требуют терпения и профессиональной поддержки. Система сопровож­дения должна стать обязательной, считает специалист фонда. Но в регионах нет полноценной комплексной психологической службы. Нужны не только клинические психологи, но и специалисты, способные разбирать личностные качества ребенка, – психиатры. Школьным психологам не справиться со сложными случаями. Создание службы сопровождения в регионах стало бы настоящей опорой как для детей, так и приемных профессиональных семей.

Стоит вопрос и о дополнительном образовании для этих несовершеннолетних. Сегодня количество ваучеров сокращается, поэтому один ребенок может посещать только одну бесплатную секцию или кружок. Все остальные занятия платные, что ограничивает возможность детей развиваться там, где бы они хотели. Государственного пособия 10 МРП, выделяемого на содержание ребенка, недостаточно для полноценного участия в кружках и секциях.

Куралай Габдулгамаровна акцентирует: одной из важных особенностей ППС является то, что попавший сюда ребенок не замыкается в себе, не теряет привычные контакты. Он остается в родном городе, не нужно менять школу, увозить его в другой населенный пункт. Сохраняется общение с одноклассниками и друзьями, жизнь детей проходит в привычной социальной среде.

В пользу внедрения ППС говорят и цифры: на сегодня в Акмолинской области 171 ребенок находится без попечения родителей, около 20 из них – дети, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации. Между тем на создание ППС подали заявки лишь две семьи. Одна из них поступила от самой Куралай Джумабековой, вторая – от известного в регионе приемного родителя Мурата Кабылбаева из села Кенесары Бурабайского района.