Эвтаназия вместо совести

Почему в Казахстане провалилась попытка регулировать численность собак

В стране горячо обсуждают поправки в закон об ответственном обращении с животными, которые уже прошли мажилис и теперь ждут решения сената. Суть нововведений проста: переход от программы «отлов — стерилизация — вакцинация — возврат» (ОСВВ) к эвтаназии бездомных собак. Этим эвфемизмом обозначается медикаментозное умерщвление животных без боли и страданий.

Так прописано в законе. Но, как говорят зоозащитники, по факту происходит не гуманное умерщвление под наркозом с введением препаратов для остановки дыхания, а отстрел дротиками, например, с дитилином, вызывающим паралич органов и смерть от удушья.

Закон об ответственном обращении с животными был принят в 2021 году. И спустя пять лет выясняется, что документ хороший, но реализация провалилась. Депутат мажилиса Едил Жанбыршин констатировал, что по состоянию на 1 января 2026 года в стране отловлено 276 тысяч собак, что на 13 процентов больше, чем в 2022 году. Соответственно, животных меньше не становится, и не решается проблема нападений собак на людей.

— По данным местных исполнительных органов, за последний год от укусов собак пострадала 41 тысяча человек, из них 23 тысячи — именно от бродячих собак, — сообщил он.

Отсюда следует любопытный вывод: бродячие собаки нападают на людей чуть больше чем в половине случаев, остальные — это домашние животные, за которых ответственность несут владельцы.

Новые поправки в закон предлагают отказаться от возврата бродячих собак в среду обитания и перейти к модели безвозвратного отлова, то есть эвтаназии. В её пользу говорят экономические факторы. Если ОСВВ обходится в 74 тысячи тенге, то эвтаназия почти в 7 раз дешевле — около 11 тысяч тенге. Это позволит экономить миллиарды бюджетных тенге.

Программа ОСВВ в Казахстане не сработала из-за плохой реализации. Все последние годы это был в основном отлов с последующим уничтожением животных, а не полноценная ОСВВ. В 2022 году на всю страну было стерилизовано 58 собак при более чем 80 000 уничтоженных. Охват ОСВВ в 2023 году составил около 30 процентов, в 2025 году — лишь 13 процентов при необходимом минимуме в 70 процентов.

В 2025 году из 276 тысяч отловленных собак уничтожено 234 тысячи (почти 85 процентов), а стерилизовано только 35 тысяч.

— Это не провал метода. Это провал исполнения. Программа ОСВВ физически не могла дать результат, потому что в казахстанских реалиях она подменялась массовым отловом с последующим умерщвлением. Прежде чем объявлять метод нерабочим, государство обязано доказать, что оно его добросовестно внедрило. Этого сделано не было, — говорится в петиции против поправок, опубликованной гражданским активистом Мухтаром Сарбаевым.

В документе он подчеркнул, что бездомные собаки в Казахстане — это в подавляющем большинстве выброшенные и потерянные домашние животные, а не результат размножения уличной популяции.

— Пока в стране не введены реально работающие механизмы ответственности владельцев — обязательное чипирование, лицензирование заводчиков, запрет стихийной торговли на «птичьих рынках», штрафы за выбрасывание животных — любые меры на улице будут лишь «вычерпывать воду из лодки с дырой». Поправки не устраняют источник проблемы. Они лишь узаконивают конвейер по уничтожению её последствий, — отмечает Мухтар Сарбаев.

По словам экспертов, эффективная модель для Казахстана должна сочетать ОСВВ с выборочным применением эвтаназии для агрессивных собак, поскольку по отдельности эти меры не обеспечат необходимого результата.

При этом фундамент — это контроль домашних собак, без этого всё бессмысленно. Сюда входят обязательная регистрация и чипирование, штрафы за выброс животных, самовыгул и отсутствие стерилизации, если животное не является племенным.

— Контроль должен быть за оборотом и разведением животных. И мы сейчас говорим не только о племенных животных, а вообще о любых домашних животных. Этот вопрос замяли, обещали что-то сделать, в итоге статья формально есть в законе, но она ничего не регулирует. Мы предлагаем обязательную регистрацию заводчиков, а остальные домашние животные должны быть кастрированы, — считает общественный активист Наталья Уголькова.

Она добавила, что стимулы в системе построены неправильно: финансирование идёт за количество уничтоженных собак. Эксперт предлагает привязать KPI не к процессу отлова, а к результату — снижению укусов, численности и отсутствию жалоб в районе.

Сейчас у сената есть выбор: утвердить поправки или отправить их на доработку. Принятие закона в нынешнем виде не гарантирует ни результата, ни безопасности для населения. Но есть ли в бюджете деньги на комплексный, дорогостоящий и системный подход с контролем ситуации, который окупится только со временем?

Бауыржан МУКАНОВ, Астана