⁠Почему спор о нескольких долларах может определить будущее казахстанской меди

Обсуждение новой методики определения тарифа на переработку медного концентрата постепенно превращается в спор между добывающими и перерабатывающими предприятиями, заявил финансовый эксперт Айбар Олжаев.

Он напомнил, что одна сторона опасается роста расходов, другая говорит о необходимости финансировать модернизацию металлургических мощностей. Однако, по мнению эксперта, за технической дискуссией о формулах и коэффициентах легко потерять главный вопрос: какую медную промышленность Казахстан хочет иметь через 10-20 лет.

"Сегодня страна обладает значительной сырьевой базой и экспортирует крупные объёмы медного концентрата. При этом следующий технологический этап – внутренняя переработка – развивался значительно медленнее. За годы независимости в Казахстане появились современные рудники и обогатительные фабрики, однако новых крупных медеплавильных мощностей сопоставимого масштаба практически не создавалось", – объяснил Айбар Олжаев.

Необходимость менять эту структуру неоднократно озвучивал президент. В феврале 2026 года Касым-Жомарт Токаев заявил о необходимости формирования современного промышленного каркаса и усиления помощи обрабатывающей промышленности. Он также говорил, что практика экспорта продукции первичной переработки и импорта товаров высокого передела "должна сойти на нет". Именно эту задачу государство сейчас пытается перевести в конкретные механизмы, считает финансовый эксперт.

Почему рынку понадобилась методика

Как объяснил специалист, мировой рынок способен определить цену концентрата, но не обязан решать задачу промышленного развития Казахстана. Если переработка сырья внутри страны экономически непривлекательна, концентрат будет уходить туда, где уже существуют крупные и конкурентоспособные мощности.

"Для отдельной компании это может быть рациональным решением. Для государства результат другой: вместе с сырьём за пределы страны перемещается следующий производственный передел, а значит – часть инвестиций, рабочих мест, налоговой базы и технологических компетенций. Поэтому задача государства заключается не в том, чтобы административно выбрать победителя между добывающими и перерабатывающими компаниями. Необходимо создать понятные экономические условия, при которых добыча остаётся конкурентоспособной, а переработка внутри страны получает возможность существовать и развиваться", – считает эксперт.

По мнению Айбара Олжаева, именно в этой логике следует рассматривать разрабатываемую Министерством промышленности и строительства методику. Её смысл, подчёркивает он, значительно шире определения одной тарифной ставки. Речь идёт "о создании единых и прозрачных правил, позволяющих участникам рынка заранее понимать экономику переработки".

Завод нельзя модернизировать только за счёт текущих расходов

Один из наиболее обсуждаемых вопросов – возможность учитывать в тарифе инвестиции. Финансовый эксперт признаёт, что опасения производителей концентрата понятны: любой дополнительный платёж увеличивает их расходы. Поэтому инвестиционные составляющие должны быть экономически обоснованными, прозрачными и связанными с конкретными проектами. 

"Но существует и обратная сторона вопроса. Металлургический завод невозможно десятилетиями развивать исключительно за счёт средств, необходимых для его текущей работы. Реконструкция оборудования, экологическая модернизация, повышение энергоэффективности и тем более строительство новых мощностей требуют капитала. Если государство ставит задачу развивать глубокую переработку, экономическая модель должна отвечать на простой вопрос: из какого источника будут возвращаться инвестиции в эту переработку? Игнорирование этого вопроса не делает модернизацию дешевле. Оно просто откладывает её", – считает Айбар Олжаев.

По его мнению, затягивание с модернизацией несёт и другой риск – постепенную потерю действующих перерабатывающих мощностей. Такая тенденция уже наблюдается на мировом рынке: на фоне низких ставок TC/RC отдельные предприятия в Японии и на Филиппинах сокращают или прекращают переработку медного концентрата, а завод в Намибии переведён в режим консервации.

TC/RC – Treatment Charges / Refining Charges, плата за обработку и очистку металлургического концентрата, чаще всего используемая в контрактах на поставку медной или цинковой руды.

Поэтому, полагает эксперт, предметом обсуждения должны быть не сами инвестиции как часть экономики переработки, а прозрачность их расчёта, обоснованность и механизм контроля за тем, чтобы средства действительно направлялись на развитие производственных мощностей.

Мировая цена не всегда отвечает на внутреннюю промышленную задачу

Отдельная дискуссия касается мировых ставок Treatment Charge. Они являются рыночным ориентиром, но отражают глобальный баланс концентрата и плавильных мощностей. В условиях высокой конкуренции переработчиков за сырьё такие ставки могут резко снижаться. Особенно сильно, отметил специалист, на мировой рынок повлияло масштабное расширение медеплавильных мощностей в Китае за счёт государственной поддержки (преимущества в масштабе, капитальных и операционных затратах, возрасте оборудования и энергоэффективности). По данным Международного энергетического агентства, с 2005 года на Китай пришлось более 90% прироста мировых медеплавильных мощностей, а его доля к 2025 году достигла около половины мирового объема. В результате рост переработки существенно опередил предложение концентрата, усилив конкуренцию заводов за сырье и давление на ставки TC/RC.

"Это, однако, не означает исчезновения физических расходов металлургического предприятия. Электроэнергия, ремонт, персонал, экологическая инфраструктура и оборудование продолжают иметь стоимость независимо от мировой конъюнктуры. Поэтому международные показатели необходимо учитывать, но механически переносить их на экономику конкретного казахстанского производства было бы упрощением", – пишет Айбар Олжаев.

Интересы добычи тоже должны быть защищены

Финансовый эксперт считает, что производитель концентрата должен понимать, за что он платит, иметь прозрачные правила доступа к перерабатывающим мощностям и возможность планировать свои расходы на длительный период. Именно поэтому, уверен он, обсуждение методики необходимо. Замечания участников рынка позволяют проверить предлагаемый механизм на устойчивость до его окончательного утверждения.

"Но наличие дискуссии вокруг отдельных параметров не означает ошибочности самого подхода. Наоборот, задача министерства сейчас заключается в том, чтобы найти баланс между двумя экономически обоснованными интересами: сохранить конкурентоспособность добычи и одновременно создать условия для развития внутренней переработки. В конечном счете спор вокруг методики – это не спор о том, кому достанется несколько дополнительных долларов с тонны концентрата. Это вопрос промышленной модели страны", – поясняет эксперт.

По его мнению, если Казахстан намерен двигаться от экспорта сырья к продукции более высоких переделов, необходимо создавать экономические условия для появления и модернизации перерабатывающих производств. Но эти условия должны быть прозрачными, понятными и одинаково предсказуемыми для производителей сырья и переработчиков.

Поэтому, подчеркнул Айбар Олжаев, сам факт появления единой методики выглядит логичным шагом. Теперь задача министерства и участников рынка – настроить её так, чтобы она "не превращалась ни в скрытое субсидирование отдельных предприятий, ни в механизм, при котором внутренняя переработка экономически невозможна".

"Без понятного механизма, который связывает экономику переработки с модернизацией и созданием новых мощностей, курс на высокие переделы рискует остаться декларацией. Если Казахстан хочет последовательно сокращать зависимость от экспорта сырья и продукции первичной переработки, стране нужны долгосрочные правила, делающие внутреннюю переработку экономически устойчивой и инвестиционно привлекательной. Именно в этом – стратегический смысл методики", – считает эксперт.

Сильная промышленная политика начинается именно там, где государство не выбирает победителя, а создаёт правила, при которых инвестиции в следующий производственный передел становятся экономически возможными внутри страны, заключил Айбар Олжаев.