Такси с мигалкой

Наш корреспондент в Петропавловске Светлана Дроздецкая в 35-градусный мороз отправилась с полицейскими собирать по городу бомжей, чтобы не замёрзли насмерть

Контингент это безответственный - примут на грудь, могут и на улице заснуть. А ведь это не шутки в такой мороз! После обеда за ними выезжает “газель”. Водитель-полицейский Александр КОЩЕЕВ и его напарник Марат КАНАФИН знают все точки, где обитают бездомные.

На улице настолько холодно, что за пару минут без варежек отмерзают руки. Сажусь в машину и понимаю, что обморозила мизинец. Интенсивные растирания не помогают - палец сильно занемел и побелел. Потом начинается отек и покраснение. Ну вот, производственная травма, шутя думаю я. А как в такую погоду себя чувствуют бездомные? Не­удивительно, что очень часто их привозят в больницу с обморожениями. И что потом? Ампутация ног и рук, и тогда уже никаких шансов найти хоть какой-то заработок.

Буквально в 200 метрах от здания административной полиции первое пристанище, к которому мы едем. Колодец закрыт. Полицейский поднимает тяжелую крышку, светит фонариком и зовет обитателей проехать в теплый дом. Но внизу никого нет. Рядом на картонках лежат замерзшие макароны и куриные шкурки. Это жители ближайших домов здесь подкармливают кошек, объясняют полицейские.

Пару минут в пути - и мы на новом “адресе”. На небольшой теплотрассе разбросаны одеяла, куртки, пакеты, но бомжей нет. Они, похоже, сами ушли в ночлежку. Но объехать нужно все места их обитания.

Из центра направляемся на окраину. В районе спецЦОНа, говорят полицейские, есть давние постояльцы. И действительно, на теплотрассе сидит парочка. Издалека чувствуется, что согревают их не только городские коммуникации, но и высокоградус­ные напитки.

Виктору 60 лет, работал на железной дороге монтером путей. Много лет назад развелся с женой. Она с детьми уехала в Курган, вышла замуж.

- Я с 2002 года живу здесь на трубах. Уже нет смысла ничего менять. Мне остался год жизни, цирроз печени. Недавно выписался из больницы. Я никому не мешаю, просто здесь живу, - рассказывает Виктор.

Рядом с ним верная подруга по теплотрассе Любаша. Говорят, они не пара, а просто друзья. У нее скоро юбилей - тоже исполнится 60 лет. На безымянном пальце левой руки ярко сияет небольшое кольцо, похожее на серебряное, - воспоминание о прошлой жизни. Жила она в селе Киялы, работала телятницей, доила коров. Вырастила двух дочек, но с пьющей матерью они жить не захотели. Муж умер. Сама Любаша говорит, что невыездная, на ней висят кредиты. На теплотрассе живет девять месяцев.

- Мы сюда никого чужого не пускаем. Нам не надо никого, - говорит знойная женщина.

Им здесь тепло и уютно. Местные жители приносят вещи, одеяла и даже постельное белье, подкармливают. Меню бездомной парочки я немного позавидовала: утром были пельмени, в обед - грибной суп со сметаной, вечером - уха.

Пока я разговаривала с бездомными, пришла еще одна добрая женщина с оптимистичным именем Надежда. Она одна из спасателей бродяг. В небольшом пакете принесла кусок вареного мяса и банку с сахаром.

Виктор раз в день разводит костер, греет еду и кипятит воду на чай. Такой вот дом под открытым небом.

Правда, в этом доме хозяева не наводят порядок. Вокруг разбросаны пакеты от еды, куски хлеба, банки, бутылки, обувь, одежда, даже зонт с эмблемой EXPO-2017. Не хватает ванны с туалетом. Но это не проблема. Нужду справляют за углом, а мыться домой пускает знакомый. Рядом обитают весьма упитанные крысы, которые, по всей видимости, доедают за бомжами и греются рядом с ними.

Поздно вечером Виктор и Любаша могут еще немного перекусить и ложатся спать. Куртки снимают, говорят, что в них жарко. Под себя стелют одеяла, накрываются одеждой, а сверху кладут куски линолеума. Отмечают, так тепло не уходит. Ехать в ночлежку отказываются наотрез.

- Нет, в теплый дом мы не поедем. Там ноги замерзают. Там холодно и вши. Вшей мне не надо, - говорит Любаша и приправляет свою речь отборным матом.

Но полицейские настаивают, и бездомным ничего не остается, как согласиться, собрать в дорогу немного вещей, еды и сесть в “газель”. Галантные стражи порядка помогают даме забраться в салон.

- Мы для них как ночное такси, только бесплатное. Отвозим в тепло. Так они еще и денег просят на обратную дорогу, чтобы утром вернуться на теплотрассу. Даем, конечно, - рассказывает Александр Кощеев.

Едем в ночлежку. Это небольшой дом на другом конце Петропавлов­ска, в Рабочем поселке. Здесь посменно работают охранник и медсестра. В помещении чисто, но в комнате, где ночуют бездомные, присутствует специфический запах.

Скромно сидит на одной из кушеток пожилой мужчина в куртке и шапке. Рядом стакан с чаем. Мансур САЙФУЛИН в отличие от многих выглядит опрятно, не пьет. Говорит, сильно замерз на улице и немного приболел. С грустью вспоминает свою жизнь.

- Я 25 лет был дальнобойщиком. Всю жизнь за рулем. Не пил, конечно, и сейчас не пью. Жена мне изменила, я не смог простить, взял вещи и документы и ушел. Сын остался с ней. Ему 23 года, но мы не виделись и не общались лет пять, - делится мужчина.

В детстве и юности он увлекался вольной борьбой и мотокроссом. Даже занимал призовые места на областных соревнованиях. Про себя говорит: мастер на все руки.

- Я сам печник, каменщик, сварщик, в технике разбираюсь. Ищу постоянную работу с проживанием. По городу хожу, общаюсь с людьми, предлагаю свои услуги, - говорит Мансур.

Помимо случайных заработков он получает пенсию. Но на то, чтобы снять угол, денег не хватает. Небольшую сумму он выделяет на еду. Покупает хлеб, булочки, пирожки и угощает товарищей по несчастью.

- Все вечером собираются уставшие, сил нет. Поели и легли спать. В 11 вечера здесь отбой. Постельного белья нет. Я куртку сворачиваю, кладу под голову и так сплю, - добавляет бездомный.

Говорит, семь лет работал в селе на фермера, пас скот. За это время, по его словам, заработал 14 млн тенге, которые ему не заплатили.

- Кормить кормили, но денег не давали. Потом привезли в город и оставили. Я скитался по квартирам, по комнатам. А сейчас у меня одно только место -

это ночлежка, - с грустью делится Мансур.

Едва сдерживая слезы, мужчина признается, что мечтает о семье, о доме, найти работу. Работники ночлежки в один голос говорят, что Мансур один из немногих, кто действительно не пьет, не скандалит и старается найти работу.

Сегодня среда, а значит, церковь привезет горячий ужин. На пороге появляется мужчина с большим солдатским термосом. В нем примерно ведро борща. Хватит на всех, и даже с добавкой. В другом объемном термосе сладкий чай. Вместе с волонтером накормить бездомных приехала его коллега. У нее в большой сумке хлеб, сало и тара под еду. Я тоже не осталась в стороне, купила для обитателей теплого дома несколько упаковок печенья и большую пачку чая.

Увидев еду, постояльцы заметно оживились, повеселели. Без суеты, спокойно каждый подходит за своей порцией борща, потом за чаем. В глазах у мужчин и женщин появляется что-то живое, человеческое.

Несколько раз в неделю еду привозят волонтеры. Их очень ждут и даже возмущаются, когда остаются без горячего ужина.

В этом году петропавловской ночлежке будет 10 лет. На 2026-й акимат города выделил 24,4 млн тенге на ее содержание. Работает она не круглый год. Постояльцев принимают с октября по апрель с шести вечера до шести утра. Но в сильные морозы бездомные могут оставаться и на день. Главное, чтобы не приносили с собой алкоголь, здесь с этим строго.

Несколько лет назад в Петропавловске было больше 200 бездомных, сейчас их в два раза меньше. В ночлежку привозят около 30 человек, в основном это мужчины. Говорят, контингент каждый год меняется. Из тех, кто был прошлой зимой, почти никого не осталось. Кто-то умер. А кого-то удалось пристроить у родственников или найти работу в селе. Но такой хеппи-энд скорее исключение.

Светлана ДРОЗДЕЦКАЯ, фото автора, Петропавловск