Олжас Сулейменов в мировом литературном пространстве

Книга прочитывается в современном мире как культурный манифест. Литература «продолжает оставаться наиболее глубоко и активно действующим фактором духовного воспитания». В этом убежден поэт, дипломат, тюрко­славист, государственный и общественный деятель Олжас Сулейменов, как и в том, что осознание космоса культуры позволяет понять произведение искусства как художественную модель мира.

Творчество Олжаса Сулейменова в современном мировом литературном ландшафте – явление уникальное и неповторимое. Современные научные стратегии позволяют выявить новизну его подходов к изучению памятника древнерусской литературы «Слово о полку Игореве», которая заключается в объединении лингвистики академика Николая Марра и поэтики русского футуриста Велимира Хлебникова. На этом акцентирует внимание американский славист, литературовед-компаративист Харша Рам.

Книга «Аз и Я» Олжаса Сулейменова, отметившая в прошлом году полувековой юбилей, – исследование остросовременное. Оно о лексике и поэтике памятника древнерусской литературы, о языковом, стилистическом эклектизме, о том, что лексема из южнорусского диалекта XII века уже непонятна в веке ХIV и требует взвешенного научного подхода современных ученых. Почему обида половецкая машет лебедиными крыльями?.. Именно тюркские включения придают литературному памятнику особый колорит. В «Слове о полку Игореве» отразилась сложная двуязычная культура XII века.

Олжас Сулейменов называет «Слово…» одним «из главных учебников чтения»: «Снова и снова через годы возвращаюсь к «Слову…», и оно открывается мне новыми глубинами». Что помогало автору книги «Аз и Я» читать «Слово…»? Сулейменов объясняет это, выстраивая логически убедительный ряд: « …помогало природное двуязычие, знание культурных взаимо­отношений Руси и Поля, увлечение этимологией и, может быть, чувство слова и образа, выработанное упражнениями в версификаторстве». По словам поэта, важно освоить науку чтения: «Строка обитает в пространстве, обжитом твоим знанием. Осознать космос культуры, в котором, как ядро, плавает слово, – это и есть нау­ка чтения. Не освоив ее – невозможно писать самому».

Мастерски применяя поэтичес­кие метафоры и политические аллегории, автор «Аз и Я», по мнению Харша Рама, предлагает возродить идеал культурного взаимодействия, процветавший в далеком прошлом Евразии. Жанр, который предпочитает Сулейменов, «в действительности экстралитературный: журналистское эссе в богатых традициях русской публицистики. Неудивительно, что книга «Аз и Я», которая принесла автору большую известность, является его самым радикальным экспериментом в области жанра». Харша Рам предлагает прочитывать книгу как культурный манифест, в котором сознательно стерты различия между поэзией, историографией и лингвистикой.

Через формы поэзии казахский поэт «заставляет нас войти в новые географические, исторические, национальные, мировоззренческие просторы», чтобы познать наш общий, большой мир. Обстоятельную статью «Возвысить степь, не унижая горы» издатель из Германии, эссеист, прозаик и переводчик Леонард Кошут завершает символичес­ким признанием Олжаса Сулейменова: «Мы кочуем навстречу себе,⁄Узнаваясь в другом».

Изданный Институтом исследования корейской литературы при университете Сун Шил в Сеуле поэтический сборник «Перелистывая степные страницы» открывается стихотворением Олжаса Сулейменова «Казахстан». Поэт, переводчик Ким Бён Хак называет его экс­прессивным, пульсирующим… Текст стихотворения перепечатали несколько корейских газет. Поэзия Олжаса Сулейменова, отличающаяся высоким и сложным слогом, философскими воззрениями, хранит память как источник существования.

Поэт, по мнению Сулейменова, «посол своей земли. По нему, поэту, мир судит о народе. Но для своего народа поэт представляет человечество, культуру всей земли. И если он заслужит любовь своих читателей, мир, отраженный в его творениях, станет их миром».

На Украине его величают Всемирный казах. Великим акыном казахской степи называют в Монголии. Сыном казахской степи, далеко услышанным поэтом – в Польше. Теоретик и критик литературы из Варшавы Евгениуш Чаплеевич пишет о «Глиняной книге» Олжаса Сулейменова как о книге, полной загадок. Поэт, по его словам, «дос­тигает синкретизма поистине в стиле Гете, имеющего два крыла: одно – художественное, другое – научное».

Будучи студенткой, Катрин Пужоль услышала о Сулейменове-поэте от своего преподавателя Леона Робеля, переводчика на французский язык «Глиняной книги», «Трансформации огня». Доктор исторических наук, профессор Катрин Пужоль убеждена в том, что поэт «пересек эпохи, пространство, время благодаря своей мощной творческой энергии, своему глубокому понимаю мира, других людей... Только он представляет собой квинтэссенцию интеллектуального накала, вызванного великими степями Центральной Азии на перекрестке нескольких цивилизаций».

Непререкаемым авторитетом в мире слова считает нашего соотечественника председатель Союза писателей Беларуси Александр Карлюкевич. Обращаясь к Олжасу Сулейменову, он акцентирует внимание на его словах-открытиях, рож­денных в результате художественного поиска и не требующих перевода: «Они близки и понятны казахам и русским, они открыты для всех людей нашей планеты Земля. Да, языковое осмысление, языковые краски для передачи тех или иных Ваших сравнений, символов, образов, конечно же, необходимы. Но внутри стержнем для разных народов и разных национальных литератур являются Ваши великие художественные открытия. Ваша поэзия, Ваша публицистика, Ваши историко-литературные труды, пересекающие границы стран и континентов, надолго останутся фундаментальными остовами литературной, художественной миролюбивой и честной дипломатии».

У лауреата Государственной премии Республики Беларусь, поэта, переводчика Миколы Метлицкого есть стихотворение «Олжас Сулейменов в Минске»: «Стихи Олжас читает⁄– Землю в ранах⁄Тепло качает на своих руках».

В университетах Калифорнии и Аризоны Наоми Каффи активно включает в учебные программы по глобальным исследованиям, советского и постсоветского кинематографа тему Казахстана, чтобы привлечь интерес обучающихся к Центральной Азии. Одна из ее программ дает обзор евразийской истории и культурной жизни со времен монгольской империи вплоть до современной эпохи. Студенты читают и анализируют российские исторические документы и классические произведения русской литературы, а также поэ­зию Жамбыла Жабаева, Олжаса Сулейменова, Бахыта Кенжеева и прозу Чингиза Айтматова в английском переводе.

Компаративисты Харша Рам и Наоми Каффи активно изучают тюркославис­тику Сулейменова, проблемы идентичности и дис­курс гибридности в его творчестве. Наоми Каффи провозглашает Олжаса Сулейменова ключевой фигурой в вопросах национальной идентичности современной Центральной Азии, поскольку поэт всегда глубоко осознает необходимость сохранения культурного наследия и национальной идентичнос­ти. Он призывает научиться читать слово и придавать ему особое значение как основному свидетельству доисторического прошлого.

Эволюция слова-знака и слова-символа прослежена тюркославистом Олжасом Сулейменовым в исследовательских книгах «Язык письма», «Пересекающие­ся параллели», «Тюрки в доистории», «Код слова», «Введение в этимологию» и других. Письмо, язык, искусство требуют изучения в комплексе. «Лингвисту надо быть палеографом и историком-искусствоведом широкого профиля, только тогда он приблизится к слову», – считает он.

В жанре живых свидетельств памяти поэта написана книга мемуаров «Так было». Диалог, по мнению Олжаса Сулейменова, направлен на выработку «общечеловеческого соз­нания, избавленного от идей национальной исключительности, расовых и религиозных предрассудков. Эту форму сознания и следует называть глобальной или планетарной. Она не противоречит нацио­нальному сознанию, ибо вырас­тает из него, являясь высшей стадией его развития».