От реагирования к превенции: новые правила управления конфликтом интересов в публичном секторе

Главное изменение заключается в переходе от преимущественно реагирующей модели к предварительному выявлению и управлению рисками конфликта интересов. Отдельные положения вступают в силу с 1 января 2027 года. Поэтому уже сегодня государственным органам и организациям квазигосударственного сектора важно подготовиться к исполнению новых требований и пересмотреть внутренние подходы к управлению конфликтом интересов.

От наказания за последствия – к предупреждению рисков

Современная антикоррупционная политика исходит из простой логики: чем раньше выявлен риск, тем меньше вероятность его перерастания в правонарушение.

Государственный служащий может иметь родственников, друзей, бывших коллег, имущественные связи и другие социальные отношения. Само их наличие не означает коррупцию. Проблема возникает тогда, когда личный интерес пересекается с должностными полномочиями и влияет или может повлиять на объективное и беспристрастное исполнение служебных обязанностей.

Поэтому современная система должна отвечать не только на вопрос: «Совершено ли правонарушение?», но и на более ранний: «Существует ли обстоятельство, способное повлиять на объективность государственного решения?»

Конфликт интересов – это прежде всего вопрос доверия

Государственная служба отличается от обычной профессиональной деятельности тем, что служащий осуществляет публичные полномочия. От него требуется не только соблюдение закона, но и обеспечение объективности, беспристрастности и добропорядочности принимаемых решений.

Представим ситуацию: руководитель государственного органа участвует в рассмотрении вопроса, связанного с организацией, которую возглавляет его близкий друг. Все процедуры соблюдены, а принятое решение объективно обосновано. Формального нарушения закона может не быть.

Но будет ли общество полностью доверять объективности такого решения?

Именно здесь проявляется значение института конфликта интересов. Это прежде всего риск для объективности решения и доверия к государственному институту.

Поэтому современная модель предполагает не сокрытие проблемной ситуации, а ее своевременное раскрытие и принятие мер, исключающих влияние личной заинтересованности.

Личный интерес не равен коррупции

Одним из важных элементов реформы стало законодательное закрепление понятия «личный интерес» – заинтересованности в получении или извлечении благ, выгод или преимуществ имущественного и неимущественного характера для себя, близких родственников, супруга (супруги), свойственников и других связанных лиц.

Наличие личного интереса само по себе не означает коррупционного правонарушения. Юридически значимым является то, способен ли этот интерес повлиять на исполнение должностных полномочий.

Таким образом, новая логика проста: личные связи могут существовать, но они не должны влиять на государственные решения.

В этом аспекте важным является введение в законодательстве нового антикоррупционного ограничения – запрет на использование полномочий в личных интересах.

В частности, запрещается участвовать в рассмотрении, обсуждении, подготовке или принятии решений либо иным способом воздействовать на решения при наличии личных интересов, а также осуществлять должностные полномочия при наличии конфликта интересов, за установленными законом исключениями.

Таким образом, формируется более широкий стандарт поведения: государственные полномочия не могут использоваться для продвижения личных интересов.

Декларирование личных интересов: переход к прогнозированию

Одним из наиболее существенных нововведений является закрепление обязанности по декларированию личных интересов.

Лица, на которых распространяются соответствующие требования, должны представить декларацию о личных интересах в течение 15 рабочих дней со дня поступления на соответствующую должность либо перемещения по службе или работе. При необходимости дополнительная декларация подается в течение 10 рабочих дней со дня подачи первоначальной.

Это меняет сам подход к превенции. Теперь важно не только установить, возник ли конфликт, но и заранее определить, какие личные интересы существуют у служащего и при каких обстоятельствах они могут пересечься с его должностными полномочиями.

Законодатель также расширяет круг связанных лиц, имеющих значение для оценки конфликта интересов. В него, в частности, включаются супруги детей, супруги и дети братьев и сестер, братья и сестры родителей и их дети, лица, ведущие совместное хозяйство, находящиеся на иждивении, бывшие супруги, а также определенные юридические лица, связанные с должностным лицом и его родственниками через владение акциями (долями участия) либо участие в управлении.

При этом сам факт наличия связанного лица не является нарушением. Значение имеет то, возникает ли риск влияния личного интереса на исполнение должностных полномочий.

Три стадии конфликта интересов

Законодательство дифференцирует конфликт интересов по степени его развития.

Потенциальный конфликт интересов возникает, когда личный интерес существует, но еще не пересекается непосредственно с конкретными должностными полномочиями. Например, служащему предстоит рассматривать вопрос, связанный с организацией, в которой работает его родственник. Решение еще не принимается, однако риск уже очевиден.

Именно на этой стадии превентивные меры наиболее эффективны.

Реальный конфликт интересов возникает, когда личный интерес непосредственно пересекается с должностными полномочиями. В такой ситуации служащий не должен продолжать участвовать в рассмотрении соответствующего вопроса.

О возникшем конфликте необходимо письменно уведомить соответствующих лиц или службы незамедлительно, но не позднее двух рабочих дней с момента, когда стало известно о его возникновении.

Состоявшийся конфликт интересов – наиболее серьезная ситуация, когда конфликт уже повлиял на принятое решение и это повлекло нарушение прав и законных интересов физических или юридических лиц либо государства.

Таким образом, формируется превентивная цепочка: личный интерес → потенциальный конфликт → реальный конфликт → состоявшийся конфликт.

Чем раньше выявлена проблема, тем больше возможностей предотвратить ее последствия.

Новая роль уполномоченных по этике и комплаенс-служб

Выявление конфликта интересов теперь не должно зависеть исключительно от самоконтроля государственного служащего. Информация может выявляться посредством деклараций о личных интересах, антикоррупционного мониторинга и анализа коррупционных рисков, рассмотрения обращений и сообщений, проведения проверок, ревизий и аудита, мониторинга цифровой кадровой системы и иных предусмотренных законом процедур.

Существенно меняется и роль институтов, ответственных за предупреждение конфликта интересов.

На уполномоченных по этике и антикоррупционные комплаенс-службы, а при их отсутствии – на кадровую службу либо определенное руководителем лицо возлагаются три ключевых направления:

- разъяснение законодательства по вопросам конфликта интересов;

- вынесение заключений о наличии либо отсутствии потенциального или реального конфликта;

- обеспечение соблюдения мер по его предотвращению и урегулированию.

Законом установлены конкретные сроки реагирования: заключение должно быть вынесено незамедлительно, но не позднее трех рабочих дней.

При установлении конфликта заключение должно содержать рекомендации по его урегулированию. В зависимости от ситуации это может быть передача полномочий другому работнику, изменение должностных обязанностей или состава комиссии, исключение служащего из участия в рассмотрении вопроса и другие предусмотренные законом меры.

Решение о способе урегулирования принимает уполномоченное лицо, как правило руководитель, не позднее десяти рабочих дней со дня получения заключения.

Таким образом, уполномоченный по этике и комплаенс-служба становятся не просто консультативным звеном, а частью инфраструктуры управления коррупционными и репутационными рисками.

Ответственность: за сокрытие, а не за сам факт конфликта

Новая модель не предполагает наказания за сам факт существования личного интереса или возникновения потенциального конфликта.

Юридическое значение приобретает непринятие либо несвоевременное принятие предусмотренных законом мер.

В зависимости от последствий это может повлечь дисциплинарную либо административную ответственность, а при наличии признаков уголовно наказуемого деяния – соответствующую уголовно-правовую оценку.

При этом предусмотрена важная гарантия: лица не подлежат ответственности за конфликт интересов, если своевременно уведомили о нем либо заявили отвод (самоотвод) в установленном порядке и сроки.

Следовательно, законодатель стимулирует именно открытое и ответственное поведение.

Ответственность предполагается не только для государственного служащего, но и для работников служб, на которых возложены соответствующие функции. Это повышает требования к профессионализму уполномоченных по этике и комплаенс-специалистов: от них требуется умение выявлять конфликт, оценивать степень риска, давать обоснованные рекомендации и контролировать соблюдение процедур и сроков.

Роль руководителя: от контроля к управлению рисками

Эффективность новой системы во многом зависит от поведения руководителя.

Если уведомление о конфликте интересов воспринимается как признание вины, служащие будут стремиться скрывать подобные обстоятельства. Поэтому задача руководителя – не только выявлять нарушения, но прежде всего управлять риском и формировать культуру открытости.

Получив информацию о возможном конфликте, руководитель должен обеспечить объективную оценку ситуации и принять необходимые меры: передать рассмотрение вопроса другому работнику, изменить должностные полномочия или состав комиссии, обеспечить отвод или самоотвод и иным образом исключить влияние личной заинтересованности.

Для первого руководителя государственного органа, организации или субъекта квазигосударственного сектора предусмотрена обязанность своевременно делегировать полномочия по объективному принятию решения своему заместителю или иному уполномоченному лицу, если у него возникает конфликт интересов.

Последствия неурегулированного конфликта интересов

Особое значение имеет вопрос о том, что происходит, если конфликт интересов не был своевременно выявлен или урегулирован и повлиял на принятое решение.

Законодательство предусматривает возможность пересмотра самих решений, принятых в условиях конфликта интересов.

Акты, договоры, сделки или иные решения, принятые или заключенные в условиях конфликта интересов и повлекшие нарушение прав и законных интересов физических или юридических лиц либо государства, могут быть отменены или признаны недействительными в порядке, установленном административным и гражданским процессуальным законодательством Республики Казахстан.

Таким образом, последствия конфликта интересов могут затрагивать не только конкретного государственного служащего, но и юридическую судьбу принятого управленческого решения.

Это показывает прямую связь между превенцией конфликта интересов и защитой прав граждан, организаций и государства.

Если конфликт своевременно раскрыт и урегулирован, риск негативных последствий минимизируется. Если же он скрыт и влияет на решение, последствия могут выйти за рамки служебной ответственности и затронуть законность самого решения.

Что меняется для государственного служащего на практике?

Новая модель предполагает несколько ключевых правил:

Первое. Знать собственные личные интересы и своевременно раскрывать информацию о них.

Второе. При возникновении сомнений обращаться за разъяснением и не принимать решение в ситуации, способной поставить под сомнение объективность.

Третье. Потенциальный конфликт интересов предотвращать до того, как он превратится в реальный.

Четвертое. При возникновении реального конфликта своевременно уведомить об этом и не продолжать участие в соответствующем процессе до принятия необходимых мер.

Пятое. Руководителю воспринимать управление конфликтом интересов не как карательный механизм, а как инструмент защиты государственного органа, служащего и принимаемого решения.

В конечном счете новая модель основана на простой логике: личный интерес – не скрывать, а раскрывать; риск – не игнорировать, а управлять им; проблему – не устранять после наступления последствий, а предупреждать заранее.

Именно в этом заключается переход от реактивной антикоррупционной политики к превентивной модели добропорядочности государственного управления.

Государственный служащий не обязан быть человеком без личных связей, родственников или социальных интересов. Но он обязан обеспечить, чтобы эти обстоятельства не определяли содержание государственных решений.

Поэтому конфликт интересов следует рассматривать не как обвинение государственного служащего в коррупции, а прежде всего как управленческий риск, который должен быть своевременно выявлен, раскрыт и урегулирован.

Конечной целью законодательных изменений является формирование современной системы государственного управления, основанной на объективности, беспристрастности и добропорядочности.

Эффективность новой модели – своевременное выявление и урегулирование конфликтов интересов, укрепление качества государственных решений и доверия граждан к государственным институтам.