Штрафстан и общая копилка: куда уходят деньги от штрафов в Казахстане

Qazaq24.com передает, что по данным сайта Orda.kz.

За последние годы система штрафов в Казахстане заметно изменилась: камеры начали фиксировать всё больше нарушений, суммы штрафов, как и их причины, только растут. На фоне этого в обществе всё чаще звучит слово «штрафстан», а также вопросы о том, куда в итоге уходят деньги? Корреспондент Orda.kz разобрался, почему бюджет работает по принципу «общей копилки» и может ли она стать более прозрачной.

Как государство усиливало систему контроля

За относительно короткий период времени Казахстан пережил сразу несколько волн изменений в системе штрафов. Контроль стал более автоматизированным, список нарушений расширился, а сами штрафы начали расти вслед за увеличением МРП. Камеры начали фиксировать использование мобильного телефона за рулём и непристёгнутый ремень безопасности. Размер штрафа составил около пяти МРП — больше 20 тысяч тенге. Позже функционал камер расширили: теперь системы автоматически проверяют наличие страховки и техосмотра.

Слово «штрафстан» за последний год получило широкое распространение среди казахстанцев и всё чаще звучит в общественных дискуссиях. Термин активно обсуждался и в политической среде. В частности, депутат Азат Перуашев ранее использовал это определение, однако позднее заявил, что считает его некорректным и отказался от своих слов.

Параллельно появились новые точечные штрафы. Например, за выезд на «вафельную» разметку начали автоматически выписывать штраф в размере трёх МРП (12 975 тенге). Усилился контроль и за благоустройством: за выброс мусора предусмотрели штраф в 10 МРП (43 250 тенге), при повторном нарушении — уже 20 МРП (86 500 тенге). А право выписывать такие штрафы получили не только полицейские, но и сотрудники акиматов.

Чиновники также начали обсуждать следующий этап контроля — автоматические штрафы за бытовые нарушения, включая курение в неположенных местах, переход дороги и выброс мусора.

Фото: Orda.kz

Одновременно с этим власти начали обсуждать ужесточение подхода к системным нарушителям. Среди инициатив — отмена 50 % скидки на штрафы для тех, у кого десятки или сотни нарушений в год.

Параллельно государство предложило и точечные послабления, в основном для бизнеса. В рамках механизма «Чистый лист» начали обсуждать списание штрафов и пени при погашении основного долга.

Фактически за несколько лет система изменилась сразу по трём направлениям: через автоматизацию, расширение сфер контроля и рост сумм через МРП.

Штрафы, бюджет и доверие общества

Именно рост количества штрафов и усиление контроля породили у части общества вопрос: являются ли штрафы способом пополнения бюджета и куда направляются собранные средства?

Для того, чтобы узнать, почему система штрафов вызывает столько вопросов у общества и можно ли сделать её прозрачнее, редакция Orda.kz обратилась за комментарием к эксперту в области финансов Саиде Тлеуленовой и представителю совета Ассоциации финансистов Казахстана Елене Бахмутовой.

На фоне активных изменений в системе штрафов среди части общества закрепилось прозвище «Штрафстан». Как отметила финансист, термин стал отражением накопленного общественного недоверия. По её словам, люди всё чаще воспринимали рост штрафов не как инструмент регулирования, а как способ пополнения бюджета. При этом суммы действительно автоматически увеличиваются вместе с ростом МРП.

«И когда государство ежегодно индексирует штрафы через МРП, но не объясняет обществу экономическую логику этих решений, возникает ощущение, что штрафы растут сами по себе ради доходов бюджета»,
сказала эксперт из Qazaq Expert Club Саида Тлеуленова.

Она отметила, что с экономической точки зрения штрафы не считаются главным источником бюджета:

«По данным Генпрокуратуры РК, в 2024 году сумма взысканных штрафов составила сотни миллиардов тенге, однако в масштабах всего государственного бюджета это всё равно ограниченная доля».

Похожую позицию озвучила и председатель совета Ассоциации финансистов Казахстана Елена Бахмутова. По её словам, в обществе часто переоценивают роль штрафов как источника доходов бюджета:

«Из них неналоговые поступления, куда относятся штрафы, — около 396 миллиардов. Это чуть больше одного процента. Поэтому я бы не переоценивала значение штрафов как источника дохода бюджета».

При этом штрафы, по её мнению, в первую очередь должны выполнять дисциплинарную функцию — предотвращать нарушения и формировать ответственное поведение граждан и бизнеса. Однако раздражение у людей вызывает не только размер штрафов, но и отсутствие понимания, куда именно уходят деньги.

Иллюстрация: ИИ

Могла бы более прозрачная система распределения снизить уровень недоверия? Как объяснил в ответе на запрос Orda.kz первый вице-министр финансов Азамат Амрин, в Казахстане действует принцип единства кассы.

«Согласно пункту 2 статьи 9 Бюджетного кодекса доходы не имеют целевого назначения, за исключением специальных поступлений и целевых трансфертов. Также одним из принципов бюджетной системы является принцип „единства кассы“ — это зачисление всех поступлений в бюджет на единый казначейский счёт и осуществление всех предусмотренных расходов с единого казначейского счёта в национальной валюте».

Именно поэтому штрафы не закрепляют напрямую за конкретными расходами, вроде ремонта дорог или благоустройства.

Между тем Саида Тлеуленова пояснила, что такая модель досталась Казахстану ещё от советской системы публичных финансов. После обретения независимости страна сохранила централизованный подход, поскольку он позволял государству оперативно перераспределять ресурсы, особенно в условиях сырьевой экономики и зависимости от нефтяных доходов.

«Принцип „общей копилки“ даёт государству гибкость. Сегодня средства можно направить на социальную сферу, завтра — на инфраструктурные проекты или антикризисные меры. Для стран с высокой волатильностью доходов это удобно с точки зрения макроэкономической стабильности»,
подметила Саида Тлеуленова.

Налоговые и неналоговые поступления распределяются между республиканским и местными бюджетами. На местном уровне работают областные, городские, районные и сельские бюджеты. Их финансирование и распределение трансфертов регулирует Бюджетный кодекс и ежегодные законы о бюджете.

«Далее уже маслихаты определяют, какую часть средств направят на уровень районов и сельских округов. Именно так выстроена вся бюджетная система»,
объяснила Елена Бахмутова.

По словам Тлеуленовой, государство исторически стремилось концентрировать денежные потоки в центре, чтобы затем вручную перераспределять их через бюджет.

Но такая модель со временем создала и другую проблему — слабую обратную связь между государством и налогоплательщиком. Люди платят налоги и штрафы, но не понимают, что получают взамен.

«Серьёзный минус в том, что для граждан система становится непрозрачной. Когда человек платит штраф или налог и не понимает, куда именно ушли деньги, возникает ощущение непрозрачности и недоверия. Особенно, если качество госуслуг или инфраструктуры не улучшается заметным образом».

При этом, как подчеркнула Тлеуленова, проблема заключается не столько в самой модели, сколько в уровне публичной отчётности государства. Эксперт считает, что технически сделать систему более прозрачной вполне возможно.

«Современные цифровые системы позволяют практически в режиме реального времени показывать, сколько средств собрано и на какие направления они распределены».

По её словам, государство могло бы внедрить публичные цифровые дашборды, где жители смогли бы видеть, сколько штрафов собрали в их регионе, какая часть поступила в местный бюджет и сколько средств направили на дороги, освещение, безопасность или социальные проекты. Технологических ограничений для этого практически нет.

Она также напомнила, что во многих странах уже используют элементы целевого распределения штрафов.

«В ряде стран часть дорожных штрафов направляется на развитие транспортной инфраструктуры или программы безопасности дорожного движения. В некоторых европейских странах экологические штрафы могут поступать в специальные экологические фонды».

Такие модели помогают повысить доверие граждан, потому что люди видят практический результат использования средств. Но подобная система требует высокого уровня прозрачности и независимого аудита.

По мнению Тлеуленовой, вопрос упирается не столько в технологии, сколько в особенности самой бюджетной системы и уровень готовности государства к более открытому общественному контролю.

«Централизованный бюджет исторически менее ориентирован на детализацию расходов „по источнику происхождения денег“. Кроме того, высокая прозрачность автоматически повышает уровень общественного контроля, а это требует готовности государства к более открытой модели коммуникации».

В то же время Елена Бахмутова сдержанно оценила идею жёстко привязывать штрафы к конкретным расходам. По её словам, у бюджета всегда остаётся вопрос приоритетов — средства могут понадобиться как на дороги и школы, так и на чрезвычайные ситуации или здравоохранение.

«Контролировать нужно общие расходы бюджета. Это единый денежный поток. Вы не можете выделить из него отдельную „карту“ для конкретных штрафов»,
уточнила председатель совета АФК.

Елена Бахмутова отметила, что возможность отслеживания отдельных поступлений через цифровой тенге сейчас действительно обсуждают, однако она не видит в этом большой практической целесообразности. По её мнению, все государственные поступления — налоги, штрафы и сборы — должны поступать на единый казначейский счёт и уже затем распределяться через действующие бюджетные процедуры.

По словам эксперта, дополнительную прозрачность обеспечивают казначейство, Счётная палата, ревизионные комиссии и общественный контроль. По её словам, такая модель соответствует лучшей международной практике.

«Попытки создавать внебюджетные фонды часто приводят к нецелевому использованию средств или злоупотреблениям. Поэтому я считаю, что все доходы и расходы должны проходить через бюджетную систему».

Финансист Тлеуленова указала, что централизованная система сама по себе ограничивает возможность жёстко привязать штрафы к конкретным расходам.

«Чем более централизована бюджетная система, тем сложнее закреплять конкретные доходы за конкретными расходами, потому что государство старается сохранять максимальную гибкость управления финансами».

При этом даже внутри такой модели государство всё равно может внедрять отдельные элементы прозрачности. Среди возможных мер эксперт назвала публикацию детализированных отчётов, открытые цифровые дашборды, визуализацию расходов по регионам, ежегодную публичную отчётность и развитие «бюджетов участия».

По её мнению, самым сильным шагом стала бы простая и понятная визуализация расходов, где гражданин мог бы буквально в несколько кликов увидеть, сколько средств собрали в его регионе и на что именно их потратили.

«Сегодня проблема не только в самих штрафах, а в отсутствии ощущения обратной связи между платежом и общественной пользой. Когда появляется прозрачность, уровень недоверия обычно заметно снижается».

Доверяй — но проверяй!

Сейчас в Казахстане продолжается реформа межбюджетных отношений. Государство постепенно усиливает роль районных и сельских бюджетов, а также развивает выборность акимов, чтобы жители могли активнее влиять на распределение средств на местном уровне.

По словам Бахмутовой, в европейских странах жители гораздо активнее участвуют в обсуждении местных расходов — от ремонта дорог до благоустройства дворов. В Казахстане такая практика только развивается, однако влияние граждан напрямую зависит от их вовлечённости в работу маслихатов и общественный контроль.

«Если граждане будут активнее задавать вопросы и следить за расходами, это будет влиять на решения».

Сейчас часть доходов и расходов постепенно передают на местный уровень. Например, местные бюджеты уже получают индивидуальный подоходный налог и часть корпоративного подоходного налога от малого бизнеса. Это позволяет регионам напрямую зависеть от развития собственной экономики.

При этом местные власти могут снижать ставки отдельных налогов, чтобы стимулировать бизнес и увеличивать поступления в бюджет.

По словам эксперта, эффективность системы всё равно во многом зависит от активности самих граждан. Депутаты обязаны учитывать мнение населения, а жители уже могут участвовать в проектах через программу «Бюджет народного участия».

Бюджет под контролем общества

Штрафы в Казахстане давно стали частью более широкой системы цифрового контроля, однако сами поступления от них остаются лишь небольшой долей бюджета. При этом именно штрафы вызывают у общества наиболее эмоциональную реакцию, поскольку люди часто не понимают, куда в итоге уходят собранные деньги.

Государство постепенно расширяет участие граждан в бюджетных процессах. В стране продолжается реформа межбюджетных отношений, усиливается роль местных бюджетов, развивается выборность акимов и программы общественного участия.

Эксперты отмечают: уровень доверия напрямую зависит не только от самих штрафов, но и от вовлечённости общества в контроль за расходами. Чем активнее граждане участвуют в обсуждении бюджетов, работе маслихатов и общественном контроле, тем понятнее становится сама система распределения государственных денег.

Оставайтесь с нами на Qazaq24.com, чтобы не пропустить важные новости и обновления по данной теме.